Уведу. Добьюсь. Присвою (СИ)

Разблокировала телефон и открыла рубрику контактов. Буква «А». Артём. Дрожащим пальцем ткнула на зелёную трубку рядом с именем. Он ответил почти сразу.
— Малыш? Всё хорошо? — тон удивлённый.
Ну, конечно, обычно я не звоню ему, боясь отвлечь или помешать.
— Артём, помнишь, ты сказал, что я могу задать тебе один вопрос, любой, и ты ответишь на него правду? — мой голос буквально звенел от напряжения.
— Да… — я услышала, как он напрягся.
— Тогда сейчас я хочу использовать эту возможность.
— Говори, — отрывисто и сухо произнёс он.
— Артём, ты женат?
Пауза. Время словно замирает. Сердце выскакивает из груди, буквально оглушая меня своим стуком. Чувствую, как по спине скатывается капелька пота. Пожалуйста, скажи «нет»! Умоляю!
— Да, — глухой короткий ответ.
Мои пальцы нажимают на красную трубку, заканчивая звонок.
  
Глава 60
 
Я стою возле какого-то торгового павильона у станции метро и тупо пялюсь перед собой, ничего не видя. Вокруг суета, движение, мимо проходят люди, на асфальте что-то клюют жирные голуби.
Жизнь течёт своим чередом, а во мне в это время что-то умирает. Наверное, это вера. Вера в мужчин, в любовь, в сказки.
— Девушка, у вас телефон звонит, — сказал проходящий мимо подросток.
Что? Я недоумённо посмотрела на него. А он показал на телефон в моих руках. Я вдруг сообразила, что он и правда звонит. Довольно громко. Я сбросила звонок и отключила звук.
С этим человеком мне больше не о чем разговаривать.
Несмотря на то, что разумом я сразу поняла — Полина сказала правду, но сердце всё ещё продолжало надеяться. До этого момента. Я даже не осознавала, насколько сильна во мне была эта надежда. Но одно единственное слово разбило её вдребезги.
Внутри меня — огромная дыра, пустота. Я ощущала себя так, словно лечу в пропасть.
Нет, сейчас нельзя!
Аня, я запрещаю тебе сейчас об этом думать! Вот останешься одна — тогда хоть обревись. А сейчас нельзя.
Не подходящее время для рефлексии, нужно поторапливаться.
Убрав беззвучный телефон, на котором отображался входящий вызов, в сумочку, спустилась в метро, действуя на автомате.
Я словно отключилась от происходящего, смотря на все со стороны. Словно сдала себя в аренду, словно все это не со мной.
Добравшись до нужной станции, встретилась с Марией Никифоровной, забрала ключи и выслушала рассказ женщины о том, что и где на даче лежит. Поблагодарила, отдала деньги за неделю.
Поехала на вокзал. По дороге остановилась и сняла деньги с карты. Наверное, я пересмотрела всяких детективов, в которых людей вычисляли по кредитной карте. Навряд ли у Артёма есть такая возможность, но кто его знает? Рисковать не хотелось.
Как я поняла, неподалёку от дачи есть населённый пункт с магазином, так что продукты можно не покупать. А вот с вещами мне следовало что-то придумать.
Пришлось ещё заглянуть в небольшой торговый комплекс, где я приобрела одежду для дома, а также джинсы, кеды, свитер и куртку. Купила минимальный гигиенический набор и комплект постельного белья. Ладно, думаю, на неделю мне хватит, а там, глядишь, может, уже и перееду.
Сложила всё в один большой пакет и отправилась на вокзал. Купив билет, поспешила на электричку, которая как раз отправлялась в нужном мне направлении.
Ехала я чуть больше часа. Изнутри душили обида, боль и слёзы, но я отложила страдания на потом. Всё это время старалась думать исключительно о практических вещах, не давая эмоциям воли.
Решив посмотреть время, достала телефон из сумочки. Ох, ё… сорок два пропущенных звонка. Телефон тут же зазвонил вновь. Нужно это прекращать. Я сбросила звонок и заблокировала номер.
Не могу! Не хочу! Не буду с ним разговаривать!
Мне сейчас слишком плохо, слишком больно, слишком… Всё слишком. Чересчур.
Нервы — оголённые провода.
Нужно побыть одной.
Мне нужно время.
Подумать, остыть, пережить.
Я просто не выдержу сейчас какие-то объяснения, давление, оправдания.
Не могу. Не сейчас. Я на грани.
Было несколько сообщений в мессенджере, но я удалила весь чат с Артёмом, не открывая переписку, и там тоже добавила пользователя в блок. Чтобы не было соблазна прочитать, что он там написал.
 
Что там вообще можно было написать? «Ой, прости, я забыл, что женат»? «Я как раз в процессе развода»? Или классическое «Я с ней давно не сплю, мы чужие люди и живём как соседи»? Сказки для дурочек.
Стиснула челюсти до боли в зубах. Дыши, Аня, дыши.
Нет, даже знать не хочу! Любые его попытки оправдаться будут выглядеть жалко и унизительно. Попробую сохранить хоть какие-то остатки достоинства.
Телефон вновь зазвонил, на этот раз на экране отобразился незнакомый иностранный номер. Видимо, итальянский. Ну да, я, конечно, совсем не догадаюсь, кто мне звонит! Заблокировала и его. Пусть меняет номера, мест в чёрном списке ещё много.
От станции до дома пешком идти было минут двадцать. Сама я бы ни за что бы не нашла дорогу, хорошо хоть можно вбить адрес в навигатор на смартфоне и просто следовать проложенному маршруту.
Пока ехала, солнце скрылось, небо затянуло тучами и начал накрапывать мелкий дождь. Я достала из пакета только купленную куртку. Зашла в местный магазинчик и купила пару упаковок быстрорастворимой лапши и пачку чая. Завтра схожу за продуктами.
Дождь усилился, и к тому времени, как дошла до указанного адреса, вымокла почти до нитки. Дом оказался на краю посёлка, почти у самого леса. Это был обычный зелёный деревянный домик, окружённый невысоким заборчиком. Ладно, потом осмотрю, сейчас нужно спрятаться от дождя и поскорей переодеться.
Дом небольшой, но ухоженный. Я заперла калитку и поднялась на крыльцо. Открыла дверь и прошла внутрь, осматривая свои временные владения.
Стены и потолок обиты вагонкой, на полу линолеум. Мебель старенькая, разномастная, видно, что хозяйка везла сюда всё то, что не было больше нужно в городской квартире. Но дом не был захламлён, везде порядок и очень чисто.
Маленькая кухонька, гостиная с древним телевизором и лестницей на второй этаж, хозяйская спальня и санузел со стиральной машиной. А ещё — замечательная веранда.
Поднялась наверх — там оказалась вторая спальня прямо под самой крышей. Потолок был очень низким и стоять можно было практически только посередине. Тут была не кровать, а тахта возле небольшого треугольного окошка. А тут уютно. Сразу же решила, что спать буду именно наверху.
Спустилась и включила бойлер, как объяснила мне Мария Никифоровна, чтобы нагреть воды и принять горячий душ после дождя. Согрелась. После душа переоделась в сухое. Ох, так намного лучше!
Поставила чайник, пока он закипал, побродила по дому, всё осматривая. Застелила постель наверху и заварила лапшу. Был уже вечер, а я ещё не обедала. Хотя есть особо и не хотелось, но я себя заставила.
Делала все эти обычные бытовые вещи словно робот. Пока у меня было чем заняться, я вроде как могла переключиться. Делать хоть что-то, лишь бы отвлечь себя, потянуть время.
После того, как поела, не знала, чем себя занять. Достала телефон, обнаружила кучу звонков и сообщений с незнакомых номеров, все заблокировала, сообщения поудаляла, не открывая, а сам смартфон отключила.
На улице всё ещё шёл дождь, поэтому я поднялась наверх и завалилась на тахту, слушая, как он барабанит по жестяной крыше. Не стала раздеваться и легла прямо в спортивном костюме. Было довольно зябко. Накрылась лёгким одеялом.
Чувствовала себя ужасно. Грустно и одиноко. Ещё и дрожь била от холода. Принялась себя жалеть. Выступили слёзы. Весь день сдерживаемые, сейчас они прорвали плотину, и я разрыдалась.
Сильно, взахлёб, отчаянно.
Конечно, он мне ничего не обещал. Да он ведь даже не объявил, что мы с ним встречаемся. Это я себе сама напридумывала.
Для него же, видимо, наше общение ничего не значило. У нас были не отношения, а так… развлечение на время.