Уведу. Добьюсь. Присвою (СИ)

— Вот как? Очень по-мужски, — фыркнула она.
Да уж. Мне на это нечего было возразить.
— Где же все настоящие мужики, Ань? Какие-то одни малахольные кругом, — расстроенно вздохнула Полина.
Едва я вошла домой, как зазвонил телефон. Неужели Игорь? Но это оказалась мама.
— Аня, почему не звонишь? Если я не напомню, так сама и не вспомнишь матери позвонить? — накинулась она на меня.
— Мам, извини. Как раз сегодня хотела тебе позвонить, только с работы пришла, — ответила я.
— Только пришла? Как-то ты поздновато. На часы-то смотрела?
— Семь часов, мам, — удивилась я.
— Начало восьмого вообще-то. Я же тебе говорила, что приличные девушки поздно вечером одни не гуляют.
Я даже вспыхнула от злости.
— Я вообще-то с работы, — возмутилась я. — Это стандартный рабочий день. Ещё час на дорогу.
— Да? Ну, смотри мне там. А то знаю я молодёжь. Только оставишь одних без контроля — сразу разболтаетесь! Вон у Зинки, соседки снизу, так сын наркоманом стал.
О, нет! Я вздохнула, призывая на помощь всё моё терпение.
— Мам, мне же не шестнадцать лет. Хватит. Я взрослый человек.
— Ха! Взрослая она! Давно ли ты взрослой-то стала? Ох, совсем ты, я смотрю, от рук отбилась, Аня! Я столько сил вложила в твоё воспитание. Мне только дочери-наркоманки или проститутки не хватало!
Да ё-моё! Мама! Челюсти сжались сами собой.
— Мам, я сейчас трубку повешу, — пригрозила я.
— Ладно-ладно. Я просто переживаю. Вот будут у тебя свои дети — поймёшь.
Ох, сколько раз я слышала эту фразу! И не сосчитать. Я заверила маму, что я веду себя хорошо, и переживать не о чем, после чего мы попрощались.
Ну, почти хорошо… вот только целуюсь пьяная на вечеринках с незнакомцами в масках… И не просто целуюсь, а ещё и прижимаюсь к ним совершенно бесстыдным образом, льну к крепкому мужскому телу словно мартовская кошка. Ох… От этих воспоминаний я вспыхнула от стыда. А ещё от желания. Вот чёрт!
А мама-то, не так уж и не права была в своих опасениях, что я превращусь в проститутку. По-моему, именно это со мной и происходит. Приличные девушки так себя не ведут. Да что же такого особенного было в том незнакомце, что у меня так сорвало от него крышу? Со мной ведь никогда раньше такого не случалось. Может, дело всё же в том, что так на меня повлиял алкоголь, а не мужчина? Ох, не знаю…
Мама бы в обморок упала, если бы увидела меня в том клубе. Мало того, что я одета была как… Нет, платье было красивое, но уж больно яркое и вызывающее. И я в нём тоже казалась такой… дерзкой и провокационной. Меня, с одной стороны, это смущало, а с другой — нравилось, волновало. Это было сложно объяснить. Я и сама толком не понимала.
Она всегда жёстко меня контролировала. Мне нельзя было в школе краситься, отращивать длинные ногти и волосы, надевать короткую и облегающую одежду. Я всегда выглядела очень скромно, как и положено хорошей домашней девочке. Я не ходила гулять с парнями, да и к одноклассницам мама отпускала меня неохотно.
Маму я всегда слушалась. Единственным моим скрытым бунтом был пирсинг языка. Да, весьма глупо. Но я боялась делать что-то более заметное. Можно было бы сделать тату в каком-нибудь скрытом одеждой месте, но тату я сама не хотела. А пирсинг, она так и не заметила за всё время. В принципе, он мне не так уж и нравился, сделала я его исключительно в порыве бунтарства. Сейчас его уже можно было бы снять, но я к нему привыкла, поэтому оставила. Он, вроде как, напоминал мне о том, что я взрослый и свободный человек и могу жить так, как хочу. Ага.
Поужинав и почитав книгу, я приготовила одежду на завтра, приняла душ и отправилась в постель. Завтра мне предстоял важный день — подписание контракта с «Грандом». Я переставила будильник, так как встреча была назначена на одиннадцать, и с удовлетворением подумала о том, что этой ночью точно высплюсь.
Но мысли не отпускали меня. Тревога, волнение перед завтрашним днём, сомнения, опасения, что, что-то вдруг пойдёт не по плану — так и кружили хоровод у меня в голове. Я ворочалась в постели в тщетной попытке погрузиться в сон. В итоге уснула лишь под утро.
   
Глава 11
 
В тот момент, когда прозвенел будильник, мне казалось, что я лишь сомкнула глаза, хотя часа три я всё же поспала, судя по данным фитнес-приложения на умных часах.
Впрочем, когда я вспомнила про то, куда мне нужно сейчас ехать, то сон как рукой сняло. Я вскочила и начала собираться. Нет, я, конечно, не опаздывала, но всё же боялась опоздать, а потому всё делала в спешке.
Позавтракать не получилось — еда просто не лезла в сжимающийся от нервного напряжения желудок, а вот кофе выпила. Тщательно привела себя в порядок, стараясь придать себе максимально профессиональный и деловой вид. Ещё раз пригладила волосы дрожащими руками перед зеркалом в прихожей, оправила юбку. Всё, я готова!
В гигантский офис компании «Гранд» я входила, знатно оробев. От волнения, внутри живота образовался тугой узел, а ладони были влажными. Так, спокойно, Аня. Они уже согласились подписать контракт, всё пройдёт хорошо!
Всё и правда прошло хорошо. Владимир, тот самый, с которым я общалась, оказался приятным и симпатичным, серьёзным мужчиной в очках. Он улыбнулся мне и сказал, что его впечатлил мой основательный подход к делу. После небольших устных уточнений и пары дополнительных вопросов, контракт был подписан.
Когда я выходила из здания, то на моём лице расцвела счастливая улыбка. Да! Я сделала это! Хотелось прыгать, танцевать и кричать от радости! Моя первая серьёзная победа! Да ещё какая! По праву можно гордиться!
Я летела к метро, совершенно окрылённая, сверкая глазами и одаривая прохожих улыбками и позитивным настроением. Мне было так радостно и хорошо от моего успеха, что в груди поселилось тёплое чувство любви ко всему миру.
Когда вошла в наше офисное здание, то, глянув на часы, обнаружила, что обеденное время закончилось. Нет, столовая-ресторан была открыта постоянно, и сейчас там было полно посетителей и сотрудников других компаний, но наши обедали обычно чуть раньше.
Я, однако, была здорово голодна. Утром, из-за нервов, так и не смогла впихнуть в себя ни крошки. Сейчас же нервное напряжение отпустило, и я очень хотела есть. Решив, что ничего страшного не произойдёт, если я быстренько пообедаю, торопливым шагом вошла в столовую.
Взяв поднос с едой, села за столик у окна. Заканчивая есть салат, заметила Артёма, входящего в столовую. Он, видимо, тоже не успел пообедать. Я отвернулась и уткнулась в свою тарелку. Вскоре почувствовала, что он сел напротив.
— Ты даже разрешения не спросил! — возмутилась я.
— Можно? — спросил он.
— Ты уже сел, — хмыкнула я.
— Верно, — усмехнулся он. — Ты заключила контракт?
— Да, — я довольно улыбнулась.
Поскольку меня до сих пор так и распирало от радости, не смогла долго держаться с ним строго. Хотелось поделиться с Артёмом своим восторгом, ведь если бы не он, Грымза бы отдала моего клиента Валечке.
— Поздравляю, — тоже слегка улыбнулся он, а я вновь невольно залюбовалась на его улыбку.
— Спасибо! Знаешь, если бы не ты…
— Ешь, — велел он.
— Что? — опешила я.
— Ты вчера не поела, и сейчас сидишь болтаешь. Тебя и так скоро ветром унесёт, — хмыкнул он. — Ты из-за этого не пользуешься зонтом, верно?
— Ну… когда сильный ветер… — замялась я.
— Я так и думал, — усмехнулся он и вновь добавил повелительно: — Ешь.
Меня немного возмутили подобные приказы, и его властный тон. Захотелось тут же сделать всё наоборот, чтобы доказать, что я сама решаю, когда и что делать. Но сидеть голодной было невероятно глупо и по-детски, поэтому я, чуть поразмыслив, принялась за еду.
— Так на чём мы там вчера остановились? — уточнил он, когда я поела, и допивала сок из стакана. — Кажется, ты говорила, что я тебя привлекаю, и ты хочешь познакомиться со мной поближе?
Я поперхнулась, и чуть не прыснула на него соком.