Непростой Путь Про-Героя. Том 3 (СИ)

Может быть, действительно переработала Исцеляющая? Тут ведь аж пять человек на ноги ставить надо было, мы двое тут до сих пор лежим, она нас каждый день подлечивала…
По правде говоря, выглядела пожилая женщина действительно не очень, ну, в смысле, хуже, чем я ее помнил. Морщины, мешки под глазами, пятна пигментные в паре мест… Эх. Старость не радость. Мои родители в этом мире были довольно молодые, пожилые люди в школах работали нечасто, а дедушек-бабушек своих я не знал, поэтому я, по сути, впервые за долгие годы взаимодействовал с кем-то такого преклонного возраста. Сколько ей? Семьдесят? Восемьдесят?
Чио тем временем издала что-то вроде «ох-хо-хо…»
Устала драться, наверное, бедная баб…
Тут я прикусил воображаемый язык.
Побольше уважения, Нирен. Ведешь себя, как прямоходящий австралопитек Ниренгек.
— Жить буду, — едко ответила Шузенчи,- Потому что, в отличие от некоторых, не сую голову в пасть ко льву! И пользуюсь головой не только для еды или ударов!
Так, она снова закипает… откуда в таком маленьком существе столько злости?
Сейчас она совсем не была похожа на умудренную годами китаянку из первой нашей встречи, скорее на циничную старую деву. Я бы не удивился, будь у нее сигарета в руках.
Пугающая метаморфоза.
Но при этом она с трудом опиралась на спинку моей койки.
— … нарастили себе мышц, натренировались, уже весь мозг мышцой зарос, а…
— Извините, — я встал и снова поклонился. — Я просто старался не допустить смертей среди ребят, вот и все.
Чио перестала ворчать.
— Все вы, герои, так говорите. Пока живы. Ах, я не… — она грустно улыбнулась, видимо, наконец взяв себя в руки, и похлопала меня по коленке, — Я тоже прошу прощения. И сядь уже. А не то за трость возьмусь!
Я присел на краешек кровати. Осторожно заметил:
— У вас потрясающая причуда. Но, наверное, и тяжелая отдача от злоупотребления. Вы поэтому рассердились, может быть?
Чио Шузенчи замахала руками и окончательно расслабилась, возвращаясь к образу благообразной старушики
— Не-не что ты, просто возраст… причуда не уменьшает срок моей жизни или еще что, вообще никаких таких вещей, вообще. Просто… усталость, вот.
Причуда не дает никакой отдачи? Хм. Странно.
— Так, — уставилась на меня добрая китайская бабушка. — А чего это ты сладкое не кушаешь? Непорядок! Ну-ка вот тебе конфеток, милок…
— Да я же уже…
Чио потянулась за тростью.
— Ну, может быть, хотя бы протеиновый батончик? — неразборчиво взмолился я, но медсестра была неумолима, и мой рот оказался полон окаменевших ирисок, которыми мне и пришлось обреченно хрустеть.
Затем она взяла свою трость-шприц, которая реально оказалась функциональным шприцом, и мне потребовалось помочь ей проколоть мне руку, чтобы взять кровь. Мол, слишком крепкие мышцы.
Я подумал об этом, потом вспомнил про свой «перелом» пальца на ноге и чугунную башку Бакуго, вспомнил про свое падение на вступительном экзамене, про многочисленные экстремальные тренировки, с которых я выходил целым, про то, что меня только что, не сдерживаясь, ударил монстр, якобы обладающий равной Всемогущему силой, и даже оторвал мне руку… а я все равно выжил.
«Хрустальная пушка», говоришь?
Ну я так и спросил:
— Шузенчи-сан, позволите вопрос? А как я выжил вообще?
Подозрения подозрениями, но…
Добрая бабушка снова сердито запыхтела, но все же обошлась без рукоприкладства:
— Если бы тебе не перелили кровь этой девочки и если бы не твой фактор причуды, то хоронили бы в закрытом гробу!
Я покивал. Потом помотал головой:
— Так, стоп. В смысле? Я знаю, что такое фактор причуды, это комплекс адаптационных реакций организма к его причуде. У меня вот… причуда дистанционного действия, и потому память улучшена, ориентирование на местности лучше… но…
Шузенчи фыркнула, сливая мою кровь в пробирку. Саркастически взглянула на меня, на секунду позволив сползти маске мудрой добродушной бабульки:
— Вроде и знаешь всякие умные слова, а основное-то упустил. Фактор позволяет твоему телу приспосабливаться к твоей причуде. Да, многие его черты врожденные, но не менее важно то, что он продолжает приспосабливать твое тело к твоей причуде — в зависимости от того, как ты ее используешь. Ты же знаешь, что причуду можно натренировать, как мышцы?
 
Я тупо кивнул.
— Ну разве тогда не логично, что само твое тело тоже развивается? Ты вот, как очередной Символ, — последнее слово она произнесла так иронично, что не возникло сомнений в том, о ком она говорит, — накачался, решил лезть на передовую, рисковать симпатичной мордашкой… увы, в стойкости и прочности тела ты действительно никогда не догонишь тех, кто от природы приспособлен для ближнего боя, но, тем не менее, твое сопротивление повреждениям растет соразмерно количеству таких ближних боев. То же и силы и скорости мышечных сокращений касается, и скорости реакции, и всего остального.
Меня ткнули тростью-шприцом под коленку, и когда я пошатнулся, «добрая бабушка» поймала меня за руку, наклонила и всунула в открывшийся было для вопросов рот очередную конфету.
В итоге я сосредоточенно жевал, пытаясь переварить услышанное и не упустить возможность задать еще вопросов умному человеку.
Услышанное не переваривалось. В целом, все звучало логично, но…
Складывалось не все.
— Позволите еще вопрос? А как я, ну… ускоряю свое мышление в бою?
Шузенчи снова фыркнула:
— Просто кажется, так твое сознание реагирует на выброс адреналина и кортизола в кровь в экстремальной ситуации.
Я нахмурился:
— Да не, я в курсе таких вещей, но это другое…
Сарказм медсестры можно было ложкой черпать.
— Сейчас твой анализ крови посмотрят в лаборатории, и если с кроветворением и печенью все хорошо, будем тебя выписывать, я, знаешь ли, устала сюда ездить на общественном транспорте. Будешь ежедневно отмечаться у меня в кабинете в течение ближайших недель, не хватало еще чтоб ты с желтухой слег.
— О, я это знаю… вы гемолиза опасаетесь, да?
— Ага-ага. Ты когда соберешься, зайди в четыреста восемнадцатую палату, поедете в Академию вместе со вторым, вроде ты более адекватный, присмотришь за ним…
Более адекватный я машинально кивнул. Забавно, не думал, что за Киотакой надо присматривать.
На этом она собралась уходить.
Я не выдержал и уже в спину Чио спросил:
— А почему, все-таки, вы «Вечно Юная Героиня: Исцеляющая Девочка»? Почему именно, ну… Девочка?
— А это старая шутка, юноша. — она хрипло, по-старчески хихикнула. — Очень старая…
А потом меня выписали из Госпиталя.
* * *
Пока собирался да гуглил обратный путь — это ведь, блин, Токио, другой город и даже префектура другая, а мне в Шизуоку надо! — параллельно думал.
О Киотаке, в первую очередь.
Он резкий. Очень резкий.
В нашем диалоге он требовал смерти для девушки еще до совершения преступления, просто на основании предположительных знаний будущего из мультика. Очень достоверного мультика вплоть до этого момента, но тем не менее.
И явно говорил со мной с позиции силы.
Почему?
Тут, как мне кажется, есть три варианта.
Первый. Киотака с кем-то сотрудничает прямо сейчас и верит, что его прикроют, в случае чего, как ценного агента.
Это — маловероятно. У него был всего год, чтобы найти себе «покровителей», и, учитывая где он и как он начал, я очень сомневаюсь, что за этот период ему начали бы доверять настолько, чтобы отправить «в поле».
О ком бы речь не шла — о той госслужбе Ястреба, о котором я помнил только то, что она есть, о другой правоохранительной структуре, о криминальной организации, о самом жирном злодее, которого мы в конце толпой должны запинать… да даже о Незу, даже он не пошел бы на такое. Да и зачем ему свой шпион в своей же Юэй?
Никто бы не доверился малолетнему преступнику, который за год вдруг исправился.