Бытовик (СИ)
— Охрименко, болван!
— Виноват, ваше благородие, их благородие, поручик Насонов велел доставить их благородие господина скубента! — Охримчук, орал, напрягая жилы на шее, на всякий случай тоже целясь в меня из своего оружия.
— Их благородия? — из-за угла особняка вышел офицер, который при виде меня, досадливо сплюнул.
— Господин студент магической академии, а для кого на входе табличка висит — «Для лиц с магическими способностями вход с другой стороны»?
— Я вашу табличку в глаза не видел…- как можно более ядовито, ответил я: — Меня ваш коллега перепоручил вашему солдату, и я шел, строго следуя его указаниям…
— Ну да. «А географию зачем учить? Извозчик сам довезёт!». — военный продемонстрировал, что автор «Недоросля» здесь тоже творил.- Господин офицер, я попросил бы вас…- я задумался над ответом, но военный решил не связываться — буркнув что-то вроде «Идите туда», он покинул поле словесной баталии, так что я мог считать себя победителем, правда, совсем недолго.Через несколько секунд, в сопровождении, красного как рак, Охрименко, я шагнул в дверь с противоположного торца здания, под медной табличкой «Для господ с магическим даром». Но, дальше мне пройти не удалось. Я оказался в небольшом коридоре, обитом металлическими полосами серого металла, причем, дверь за моей спиной захлопнул Охрименко, оставшийся на улице, а пройти дальше, внутрь здания, мне не дал очередной офицер, вставший передо мной.- Вам, господин студент придется подождать здесь. И прошу вас, без глупостей. — офицер многозначительно похлопал ладонью по, висящему у него на шее, подобию старинного офицерского горжета, в середине которого, пульсировал синим цветом большой кристалл, судя по размерам — искусственный фианит, так как я, даже не представляю, сколько должен стоить природный драгоценный камень таких размеров.Сидеть мне пришлось около часа. За то время, что я грустил на жесткой скамейке, мимо меня, в ту или иную сторону, прошло несколько человек, военных и цивильных, как я понимаю, носителей магического дара. Причем, к моему удивлению, представителей третьего сословия, в узком смысле — извозчиков или мастеровых, или, как тут называют, наемных работников, я в этом коридоре не видел. Значит, носители магии тут, как минимум, материально благополучные лица, что не могло не радовать. И хотя я в себе магии не ощущал, судя, что в арке на меня сработала какая-то сигнализация, местный гаджет опознал меня как носителя магии. А это прибор, его не обманешь, значит, я тоже маг, осталось только эти магические способности в себе обнаружить и научиться владеть ими.Я попытался воспроизвести пассы и движения знакомого мне волшебника — Гари Поттера, заменив его волшебную палочку трофейной тростью, но почему-то ничего не получилось. — Господин студент, не стоит и пытаться…- офицер очевидно заметил мои ужимки: — Зачарованный свинец не даст тут магичить. А вот я могу ответить парой-тройкой боевых заклинаний.
Подпоручик любовно погладил по обрешетке коридора, выполненного из серых металлических полос, а затем, вновь многозначительно похлопал ладонью по своему горжету. Видимо, недавно выдали молодцу эту игрушку, что он ее все время поглаживает.
— А вы знаете, что свинец выделяет множество вредных веществ, которые вызывают преждевременную смерть и потерю мужской силы? — мстительно заявил я дежурному по свинцовому коридору: — А вы тут постоянно, возле свинца, торчите. Между прочим, я читал, что Римская империя из-за свинца пришла в упадок, и, в конце концов, погибла.
— Ну, как нам в гимназии рассказывали, что Римская империя пребывала в упадке несколько веков. — ухмыльнулся офицер: — Такой срок погибать я согласен, господин умник.
— Господин подпоручик, велели задержанного на допрос проводить. — раздался голос за спиной дежурного и он, криво усмехнувшись, уступил мне путь.
— Прошу вас проследовать, господин студент.
Проплутав по узким коридорам вслед за моим сопровождающим, молодым человеком в зеленом мундире без погон, я был помещен в небольшой кабинет с убогой обстановкой и табличкой у входной двери «Допросная камера номер шесть».
В «камере» уже сидели мои давешние знакомцы, поручик и подпоручик.
— Присаживайтесь. Побеседуем с вами о происшествии.
— Это официальный допрос? — уточнил я.
Офицеры переглянулись.
— Ну, если вы так этого хотите… — начал подпоручик.
— Я ничего не хочу…- отрезал я: — Но, если это допрос, я хотел бы, чтобы меня ознакомили с моими правами и вашими полномочиями, ну а если мы просто болтаем по-дружески, то я вас буду, к примеру, звать Пьер и Жорж, а вы меня по-простому, по-свойски — князь.
Контрразведчики переглянулись.
— Мне никогда не нравилось имя Жорж, поэтому придется вас допрашивать официально. Итак, ваше имя, фамилия, отчество, чин и звание…
— Господа, давайте не будем ломать комедию… — припустил я в голосе металла, так как знал, что автобиографические вопросы способны меня утопить, я на них, просто, не отвечу, потому что ничего не знаю о теле, в которое угодил.
Глава 4
Глава 4
— Ну что же, допрос так допрос. Давайте для начала определимся с вашими полномочиями. Я лицо гражданское, а вы, судя по всему, военные. Где, в какой точке правового пространства, мы с вами пересеклись?
— Согласно статье пятой Уложения о преступлениях воинских, в случае, если преступление совершено в отношении военнослужащего Императорской армии, то расследование проводят военные следственные органы. Вы, князь, что, плохо учились в гимназии? Это, если я не ошибаюсь, изучают еще в седьмом классе. — ехидно заявил подпоручик.
— Вы, кстати, не представились… — замечание относительно учебы в гимназии я пропустил, не признаваться же, что я никогда не учился в гимназии.
— Поручик Насонов Евграф Никифорович, подпоручик Меньшиков Михаил Александрович… — представились офицеры, а я снова ляпнул то, чего спрашивать не стоило.
— Простите, а Меньшиков — это из тех самых?
— Каких — тех самых? — удивился подпоручик.
— Простите, что-то я сегодня, как-то странно, себя чувствую. — по взгляду подпоручика я понял, что спрашивать о том, не являлся ли основателем их рода Алексашка Меньшиков, вор и казнокрад, будет крайне неуместно.
— Кстати, о вашем странном поведении… — тут же подхватил мою мысль Насонов: — Говорят, что вас сегодня просто не узнать. Ведете себя крайне дерзко, избили барона Фриксена. Что-то случилось?
— А что могло случиться? — пожал я плечами: — Вероятно, я потерял практически всех родных, а барон вел себя премерзко, поэтому был наказан. Больше ничего не случилось.
— Но ведь раньше он вел себя точно также? Что случилось за последние дни?
— Не знаю… наверное, понял, что больше терпеть это невозможно.
— Давайте вернемся к Анне Семеновне Агополковой. Когда вы с ней виделись последний раз и о чем разговаривали?
— Господа, если мы и встречались, то ничего более значимого, чем обычное приветствие знакомой барышни, при этих встречах не происходило. Кто вас проинформировал о ином, ввел вас в заблуждение, не знаю, сознательно или по скудоумию…
Офицеры переглянулись, и у меня возникла мысль, что кто-то из них обладает способностью детектора лжи, больно быстро они теряли интерес к направлениям допроса, быстро переходя на новые.
— Скажите, князь, а вы имеете знакомства среди членов запрещенных кружков или групп?
— Да бог с вами, господа. Мне ли интересоваться всякими карбонариями и возмутителями спокойствия. Весь мой род предан… — я кивнул на парадный портрет мужчины, висящий на стене: — Государю и всем ветвям государственной власти.
Чуть не спалился, а вдруг это какой-нибудь военный министр или еще какой сановник, но тут же я вспомнил, что похожий портрет этого же мужчины я видел в кабинете проректора. Вряд ли у местной контрразведки и Магической академии один начальник, следовательно, это и есть император.
— Но вам же должно быть известно, что среди отпрысков известных фамилий, в последнее время, просто поветрие пошло, выступать против существующего строя, требовать всяческих реформ, в том числе и свобод для низшего сословия. — продолжил Насонов, внимательно глядя мне в глаза.