Северное море (СИ)

А Илья оказался и правда милым и приятным мужчиной, от которого прям чувствовалась сила духа и внутренний стержень. Мне бы хотелось иметь такого старшего брата, ну, или хотя бы друга.
***
Открыв глаза, я протянула руку к лежащему рядом телефону. Часы на экране показывали пятнадцать минут шестого, но, на удивление, я чувствовала себя выспавшейся, хоть и легла только около полуночи, а спустя полчаса тупого лежания, поняла, что спать точно больше не хочу. Откинув одеяло, я встала с постели и подошла к окну. Пейзаж выглядел умиротворенным. Глядя на природу, пробуждающуюся под недавно появившемся из-за горизонта солнцем, ощутила желание выйти и немного пройтись. Причин не делать этого не было.
Надев свободную темную футболку и любимые джинсы, в задний карман которых сунула телефон, тихонько, чтобы не разбудить бабушку, я стала спускаться по лестнице. Пройдя в коридор, прислушалась: вроде бы женщина не проснулась. Надев кеды, я прихватила джинсовку с вешалки и также тихо вышла на улицу, аккуратно притворив за собой дверь.
Воздух был свежий, бодрящий и по-особенному пах утром. На ветках деревьев пели ранние птички, по нежно-голубому небу неспешно плыли облака. В деревне стояла тишина: люди еще не проснулись, а вот местная флора и фауна уже вовсю пробуждалась. Совершенно особенная атмосфера, совершенно неповторимое чувство гармонии, спокойствия и умиротворения, которые в другие часы испытать просто невозможно.
Даже на душе в эти минуты воцарилась тишина и гладь, как у воды в плотине в безветренный день. Правда, ненадолго. У двадцать седьмого дома стояла машина Итана. Я была уверена на сто процентов, что это тот самый Вольво.
Илья, Итан, Юлий – сомнений, что они были знакомы и связаны, не оставалось. Илья знал Юлия и знал, где тот находится. Почему же он мне врал? По просьбе Юлия?
Я села на остановку и стала ждать. На улице в такие часы еще было довольно прохладно. Потихоньку начало клонить в сон. Поплотней запахнув джинсовую куртку и скрестив руки на груди, я продолжала сидеть, не сводя глаз с дома, но через некоторое время, незаметно для себя, задремала.
Разбудил меня звук открывающейся двери, чьи-то голоса и скрип ступеньки старой лестницы. Рано утром весь шум звучал отчетливей и громче, прям, как и вечером. Из дома Юлия вышла девушка: высокая, худая, с длинными прямыми каштановыми волосами, вслед за ней из дома выбежал Люк. Сначала я решила, что это девушка Ильи, но, когда она направилась к машине и разблокировала её, подумала, что она, вероятно, с Итаном. Солнце поднялось чуть повыше и даже немного начинало греть, на время не смотрела, но, думаю, было около семи утра. Девушка открыла переднюю дверь и, достав что-то из салона, вернулась в дом.
Я уже была готова встать и пойти к калитке, чтобы поздороваться с Итаном, ожидая, что тот тоже вскоре появится, но спустя пару минут на улицу вышли уже трое: Илья, та девушка и… Юлий.
В ушах зашумело, дыхание тут же перехватило, а сердце забилось учащенно, как при беге. Не сводя с них глаз, я продолжала, не двигаясь, сидеть на остановке. Илья что-то сказал, и оба парня засмеялись, после чего Юлий приобнял девушку за талию.
«Может, это его сестра?» — подумала я.
Но что-то подсказывало, что это всё же не сестра.
Перекинувшись еще парой слов, молодые люди сели в машину, а Илья вернулся обратно в дом, оставив Люка на улице. Вольво медленно выехал на дорогу, после чего умчался в сторону города. На трясущихся ногах я поднялась с лавочки и направилась к Илье, в горле пересохло. Пёс бы не дал мне войти, так что остановившись у калитки, я позвала хозяина собаки.
— Ника? — удивленно спросил он вместо приветствия, выглянув из-за двери. — Входи.
Косясь на Люка, я шагнула на участок. Щёки горели, руки продолжали трястись.
— Я видела его, Илья. Т-ты мне врал.
— Да.
— Но почему?
— Так надо было.
— Пожалуйста, объясни мне всё.
Глядя на меня, Илья молчал. Спустя пару секунд, он тяжело вздохнул.
— Ладно. Пойдем в дом.
Мы сели на кухне за стол друг напротив друга, казалось, что от напряжения воздух вот-вот зазвенит. Моё тело била мелкая дрожь, пока ещё непонятно, из-за чего конкретно возникшая.
 
— Будешь чай? — предложил мужчина.
В ответ я отрицательно покачала головой.
— Ладно, — он посмотрел в сторону, проведя рукой по бороде.
— Илья, пожалуйста, расскажи мне всё. Умоляю.
— Хорошо. На самом деле, мне немного жаль тебя… Ты так хотела его увидеть. Я знал многих его девушек, но ты мне чем-то всё-таки понравилась. Раз уж он не хочет поговорить с тобой, поговорю я. Думаю, он поймет.
— Он не хочет говорить? Он знает, что я его искала?
— Знает.
Подперев лоб одной рукой, я не сводила глаз с Ильи, тот выглядел спокойным, но во взгляде читалась озадаченность. Оба его локтя лежали на столе, пальцы он сцепил в замок.
— Он вытащил меня из воды?
— Да, он. Мы пришли на плотину, хотели искупаться, но увидели, что ты тонешь. Юлий тут же бросился в воду и вытащил тебя. Попросил меня остаться с тобой, предупредил, чтобы я ничего не говорил о нём, и ушел. На тот момент, я уже знал, кто ты такая, он рассказывал.
— Но почему Юлий не хотел, чтобы я знала, что он здесь?
— Он действительно сейчас здесь не живет, он… они с девушкой живут в другом месте сейчас.
Внутри что-то сломалось, надломилось, в ушах снова зашумело. Перед глазами возник образ девушки, которую я сегодня видела. Дыхание на секунду сбилось, вместе с сердечным ритмом.
— С той, с которой он сегодня уезжал? — спросила я, глядя на стол перед собой.
На ладошках выступил пот.
— Да.
— У них все серьёзно? Ты сказал, они живут вместе?
— Я не знаю, насколько серьезно, мы не говорили об этом, он вообще мало что про личную жизнь рассказывает, ты была исключением. Но да, сейчас они живут в другом доме загородом.
— Почему не здесь?
— Так надо.
— Ладно… Так почему он сам не захотел просто все мне рассказать?
— Не знаю, он решил, что так будет лучше, если ты просто будешь думать, что он исчез. Наверное, решил, что так тебе будет менее больно. В последнее время, точнее, в последний год, он стал очень замкнутым. Сейчас вообще всё сложно у нас, да и в целом.
— Ясно… Он вчера был дома, когда ты гулял с Люком? Я видела свет.
— Нет, они приехали позже, наверное, просто забыл выключить.
— Ну да, машины Итана не было вчера… — я убрала прядь волос за ухо.
— Машина Итана? — переспросил Илья.
— Ну, вроде да, это разве не она?
— Вообще, это машина Юлия.
— Да, точно. Илья… так это ты был с ним у магазина?
— Думаю, да, смотря, в какой день. Хотя, кажется, я помню…
— Почему ты не рассказал мне всё? — глядя в его медовые глаза, спросила я.
Кажется, скрыть отзвуки отчаяния в голосе не удалось.
— Я не мог. Он же попросил не говорить. Я бы не рассказал, но раз уж ты все равно его увидела… Не хочу тебя мучать, ты же искала бы его и дальше, доставала бы меня.
— Он говорил, что влюблен в меня, но не хочет быть со мной, потому что не хочет серьезных отношений, не хочет портить мне жизнь.
— Думаю, тогда так и было, — мужчина сделал ударение на слове «тогда».
Мне стало плохо. Очень плохо. Наверное, также, как в аэропорту при прощании. Я не знала, что делать дальше. Получается, я нуждалась в нём, но фигня эта была односторонней.
— Спасибо за правду, Илья. Раз уж я теперь знаю, скажи ему, что я все еще хочу поговорить. Последний раз.
— Хорошо, я скажу.
— Спасибо, когда он приедет?
— Не знаю, думаю, через неделю.
— Ладно.
Я тяжело вздохнула.
— Я так устал от этого… — то ли с горечью, то ли с раздражением произнёс Илья. — Сначала он постоянно страдал, и мне больно было на это смотреть, теперь ты тут бегаешь, страдаешь, тоскуешь. Развели какую-то фигню.
 
— Он тоже переживал?
— Ну, конечно… Слушай, Ник, мне правда жаль, что так вышло. Он рассказывал о тебе. Ты хорошая девчонка. Но правда, тебе нужен не он. Я говорил ему, что не стоит привязывать тебя к себе, еще и поездка в Финляндию эта… Но он тоже человек, не лишенный слабостей.