Северное море (СИ)

Засов на двери, за которой все еще сидела Настя, визгливо проскрипел «кх-и-и-и-и-к», что вышло даже громче лестницы, и за эти секунды я сотню раз пожалела о том, что девушка не полезла через потолок. Хотя, конечно, если бы она попыталась, кровать могла перевернуться, и тогда исход тоже остался бы плачевным.
Приоткрыв дверь, Настя выскользнула в коридор, и мы максимально медленно и беззвучно настолько, насколько возможно, продолжили спускаться.
Бешеный пульс. Шаг. Ступня невесомо коснулась деревяшки. Вдох. Вес тела перенесся на опорную ногу. Скрип. Замерли, прислушались. Тишина. Выдох. Еще один шаг. Снова скрип. Какой-то шум на улице. Остановились, замерли, вдохнули. Тишина. Шаг. Пульсация крови в ушах. Тишина. Вдох. Скрип. Выдох. Шаг. Прислушались. Тишина. Дыхание Насти у меня за спиной. Шаг.
Комната, из которой доносился храп и запах еды, кажется, жареного мяса, находилась прям сбоку от лестницы. На первом этаже оказалось значительно теплее, чем на втором, наверное, потому что тут были нормальные стены и потолок. В сознании возникла картинка – воспоминание, как Юлий готовит утром завтрак, стоя у плиты с оголенным красивым торсом. Как же я скучала по парню, как же хотела увидеть, обнять, прильнуть к любимым, горьким от сигарет губам…
«Когда же мы увидимся, любимый?»
После этого мысленного вопроса всплыл четкий образ: тёплый взгляд изумрудных глаз, тихий и спокойный голос, произносящий: «всё будет хорошо, принцесса», прикосновение ласковых рук со сбитыми костяшками и запах ментола.
«Пожалуйста, путь это окажется знаком, что мы скоро встретимся…»
Я сделала шаг на последнюю ступеньку, скрип тут же разнесся по всему этажу. Настя застыла. Мы обе, кажется, задержали дыхание, превратившись в каменные статуи, боящиеся даже моргнуть. Храп прекратился. Моя левая нога опустилась на пол. За ней последовала правая. Освобожденная от давления старая доска снова мерзко скрипнула.
— Тихий, ты? Слышь, прихвати таблетки от желудка, болит, собака, страшно, — послышался голос Сергея.
Я сделала еще пару быстрых шагов к двери. Под Настиной ногой вновь застонала несчастная ступенька, и девушка прыгнула ко мне, спрятавшись за спину, словно надеялась получить защиту.
— Ты там умер, а?
Дверь оказалась не заперта, и мы быстро выскочили на улицу. Ладони потели, по коже то и дело пробегали холодные мурашки, а сердце не переставало сжиматься от страха с момента переворачивания кровати до нынешнего. Снаружи оказалось свежо и тихо, только где-то в лесу ухал филин и гудели полчища комаров.
— Не понял, — прозвучал злой и в то же время удивлённый голос. Обернувшись, мы увидели выходящего из туалета Тихого. — А ну, стоять!
— Беги, — коротко сказала я Насте, и рванула с такой скорость, на какую только была способна.
— Держи их! — крикнул появившийся из ниоткуда Володя.
Споткнувшись о корень одного из многочисленных деревьев, совершенно незаметный в темноте, я чуть не упала, но смогла удержать равновесие, хоть уже и упёрлась обеими ладонями в землю. Мигом вернувшись в вертикальное положение, я побежала дальше, грудь от активного дыхания, ускоренного не только бегом, но и животным страхом, потихоньку начинала гореть огнем. Нога уже коснулась заветной тропинки, как раздался душераздирающий визг Насти, разнесшийся эхом по лесу. Обернувшись, я увидела, что Тихий схватил её.
— Беги! — крикнула она.
Мой взгляд метнулся на Володю, который был уже слишком близко. Не оставалось времени думать и анализировать, но интуитивно я понимала, что всё равно не смогу освободить девушку, что мы просто не справимся с тремя здоровыми мужиками. Следом за Володей уже нёсся Серый. Сорвавшись с места, я побежала дальше.
Мозг был полностью занят лишь ужасом и желанием выжить, но где-то в подсознании возникли мысленные просьбы у Насти простить меня, обещания, что приведу помощь, если выберусь сама, и мольбы. Мольбы к Богу и к Юлию помочь, спасти.
Цепляясь ногами за торчащие корни, царапая лицо о ветки, попадая в паутину, я летела вперед, даже не видя тропинки перед собой. Преследователь был слишком близко, отчетливо различались его шаги и дыхание, в груди всё горело, ноги дрожали, но я не сбавляла скорости ни на секунду.
 
ВЫЖИТЬ — это стало единственной существующей и важной задачей.
И, о, чёрт, я снова споткнулась, на этот раз всё же рухнула на землю, в следующий же миг меня схватил Володя. Катаясь спиной по грязи и траве, я буквально кричала и рычала, пытаясь спихнуть его, вырывалась из мерзких клешней, отпинывала с себя это животное ногами и руками, лишь бы не попасть опять в неволю, не оказаться с этими разозлёнными подонками один на один.
Сил не хватало, просто не могло хватить. Преследователь уже начал тянуть, ставя меня на ноги, не разжимая ни на мгновение своей хватки, а в кустах стал четко слышаться звук приближающихся шагов Серого.
— Юлий! — выпуская надежду на очередное волшебное спасение из подсознания, отчаянно выкрикнула я.
— Не поможет он тебе, тварь, — прорычал подонок, делая рывок к себе.
И именно в это мгновение, свободной рукой, которой пару секунд назад отпихивала Володю, удалось нащупать камень. Крепко зажав его в ладони, совершенно не раздумывая, я ударила преступника по лицу, вложив всю оставшуюся силу в этот удар. Хотела попасть в висок, но, кажется, попала в глаз. Взревев, как дикое животное, мужик отпустил меня, схватившись обеими руками за своё лицо. Сложно сказать, что произошло дальше, вроде как, я умудрилась спихнуть его и с изумительной ловкостью освободиться, снова оказавшись на ногах.
— Тварь, убью! — прозвучало совсем рядом.
Несясь вперед через кусты и колючие ветки, огибая стволы деревьев, оставалось молиться лишь об одном: только бы снова не упасть. Впереди начал проглядываться свет, и я двигалась к нему, совершенно не уверенная в том, что это не мираж и не галлюцинация. Но чем свет становился ближе, тем меньше оставалось сомнений в его реальности. Лес словно начал потихоньку расступаться, заветная поляна была уже близко.
Еще совсем немного.
Почему-то казалось, что там, на полянке, ждет спасение, но расслабляться было нельзя, следовало готовиться к тому, что придется продолжать бег, потом, возможно, попытаться затаиться в лесу, а затем уже искать выход к людям. Главное – избавиться от преследования.
Я сошла с ума? Или это волшебная, просто невозможная правда? Много машин, включенные фары, звуки голосов, но не было и мысли о том, что это могут быть другие люди Михаила. Не было мысли свернуть в чащу, спрятаться.
Освещенная поляна слишком близко, оставалась всего пара метров. Рывок… и я упала. Упала, не дотягиваясь лишь на несколько сантиметров до границы света. Не хватило всего одного шага. Володя, а может, Сергей, тут же нагнал меня и схватил. Оказывается, шансов убежать почти и не было.
— Юлий! Помоги! — истошно завопила я.
Впрочем, звать на помощь не требовалось, нас и так услышали и заметили. Дальше все происходило как-то непонятно, будто замедленно и замылено, моё сознание начало воспринимать информацию очень странно. Поляной оказалась та грунтовая дорога, по которой нас везли в дом, освещали её фары четырех машин. Были какие-то крики, Сергей меня отпустил, затем кто-то поставил на ноги и оттолкнул в сторону. Разборки, мужики, орущие друг на друга, угрозы, возня. Много криков. И всё как в тумане. Мир вокруг плыл, а меня лихорадило.
— Ника, милая, девочка моя, как ты? — взволнованно произнес знакомый голос. Перед глазами плясали черные пятна, не позволяя ничего разглядеть и понять. Меня взяли за плечи, в страхе я отшатнулась. — Это я, спокойно, Николь, милая, не бойся.
 
Зелёные, болотные глаза, борода. Передо мной стоял Илья. Обвив его руками, я уткнулась лицом в крепкую грудь и впервые за время похищения начала рыдать в голос. Теплая рука мягко гладила по волосам, а другая крепко обнимала, прижимая к сильному торсу. Мужчина успокаивал меня, говорил, что всё позади.
Долгожданный родной запах, защита, спасение.