Северное море (СИ)

Конечно, мне хотелось бы просто пойти и обсудить это с Юлием, поделиться своим состоянием, уверена, он бы точно нашел нужные слова, чтобы успокоить. Всегда находил. Он мог просто обнять меня и нежно, тихонечко сказать, что рядом, никуда никогда больше не денется и в обиду не даст. Даже этого оказалось бы достаточно, а его философско-психологические размышления, каждый раз попадающие в самую точку, так вообще уничтожили бы всю тревогу и иррациональное волнение до последней капельки.
Однако, я прекрасно понимала, чем вся эта ерунда вызвана, и не стала беспокоить парня, отвлекая от решения важных вопросов своими переживаниями. В несчастье всегда поверить проще, чем в счастье, это действительно так. В счастье вообще верить страшно, потому что иначе будет в двести раз больнее, если оно внезапно закончится, прервется, исчезнет.
Уже стало привычно жить с мыслями о недосягаемости любви дорогого человека, привычно жить и жалеть себя, потому что он отверг тебя, привычно страдать по нему и пытаться научиться жить без него. Теперь же следовало дать время своему измучавшемуся сознанию, чтобы то приняло такую волшебную сладкую правду. Юлий – замечательный, пусть и со своими загонами. Юлий теперь рядом, теперь выбрал меня, принял ответственность и точно больше не бросит. Он просто не мог снова меня оставить.
Я видела любовь в его глазах. Точно видела.
Позволив гнетущему чувству перекантоваться у меня в душе, пока мозг примет реальность, я решила отвлечься, заняться домашними делами, прибраться, приготовить что-то, а потом почитать книжку, довольно интересную, кстати, хоть и не слишком позитивную.
Джон Грин, автор, которого в тот момент и читала, завоевал мою любовь еще со времен издания произведения «Виноваты звёзды». Как говорится, полюбила еще до того, как это стало мейнстримом. На экранизацию потом ходила в кинотеатр, и сидела, бесила друзей своими «в книге всё не так было».
***
— Бех, у нас только одна машина, Итан с Димой уже скоро будут, я считаю нужным поехать сразу с тобой. Всё равно никто не знает, что девочки здесь.
— Нет, я справлюсь один, останься и присмотри за ними, — твердо сказал Юлий, положив в салон машины коробку апельсинового сока. — Не знал, что Итан не один, а с Зайцем… Ладно, Настя хоть отвлечётся. Итан-то к Нике моей всегда неровно дышал.
— Бех, я еду с тобой, это не обсуждается.
Парень обернулся и глянул на дровосека, чье лицо на последней фразе стало каменным, серьезным и немного злым. Какое-то время они так и смотрели друг на друга в упор, глаза в глаза, я даже занервничала, в воздухе ощущалось неприятное напряжение. Но Юлий сдался:
— Ладно. Раз скоро будут… Позови Настю, она на втором, только помедленней.
Должно быть, некоторая иерархия в их взаимоотношениях всё же присутствовала. Прям волчья стая, а не компания друзей или подельников. Аж вспомнилось давнее глупое предположение про оборотней. А что? Если бы мы были в фэнтезийной книге, то готова почку поставить, что Юлий и Илья оказались бы волками-оборотнями, а Михаил – альфой другого враждебного клана.
Коротко кивнув, дровосек скрылся в дом. Воспользовавшись моментом, я подошла к Юлию, который как раз закончил собираться, положив пакет с неизвестным содержимым в багажник. На улице к тому моменту окончательно стемнело.
— Будь осторожен, ладно? — я обхватила его широкую ладонь с длинными пальцами обеими руками.
— Конечно, принцесса. Не переживай, — он чмокнул меня в лоб.
— Мы же еще увидимся? — в голосе прозвучала отчаянная надежда.
— Разумеется.
Притянув одним движением к себе за талию, парень нежно, но с выраженными нотками страсти поцеловал меня, после чего, крепко обнимая, прошептал на ушко:
— Обещаю, что больше никогда не отвергну тебя, милая моя. Я люблю тебя, Николь. Ты самая лучшая девушка на этом свете. Вот решу все проблемы, вернусь, и всё будет хорошо. Хочешь, куплю тебе дом в Финляндии? Попозже, правда, но куплю.
— Хочу просто быть с тобой, родной, а где именно жить – все равно, главное, чтобы с тобой.
 
Мы снова поцеловались, но вполне безобидно, хоть и чувственно, скрип двери довольно быстро заставил отстраниться, дабы не смущать Настю, и не вызывать у нее лишних негативных эмоций.
— Будь умницей, принцесса. Я всё улажу.
— Хорошо, я и не сомневаюсь в тебе. Я тоже люблю тебя, — последнюю фразу я произнесла уже шепотом, так как Илья со Змейкой были уже близко.
Отпустив руки, мы с Юлием отошли друг от друга на шаг.
— Пойду, возьму еще пару вещей, объясни им пока, что к чему, — с этими словами дровосек поставил на землю рюкзак, и вернулся обратно в дом.
— Так, — заговорил зеленоглазый принц спокойным, с нотками наигранного веселья, голосом, — девушки, слушайте меня внимательно. — Настя сложила руки на груди и смотрела куда-то в сторону, я же не отводила влюблённого взгляда от парня, будто пытаясь запомнить каждую деталь, каждую его клеточку, морщинку и родинку. Будто стараясь точно зарисовать его в памяти. — Мы сейчас уедем, однако, через пару часов к вам приедет Итан, вы обе этого классного парня знаете, а еще с ним будет наш общий товарищ Дима Заяц, его знаешь, Насть, ты, — продолжил говорить Юлий, всё также показательно игнорируемый змейкой. — Но до приезда ребят вам необходимо закрыть дверь и не выходить на улицу, по возможности еще и не включать лишний раз свет. Никто не знает, что вы здесь, но лучше не рисковать, мало ли, что эти поганые псы разнюхали. — Перенеся вес тела на другую ногу, парень откинул со лба выбившуюся черную прядь. — Илья считает, что я в большей опасности, чем вы, и что мне его компания важней. Я с этими не совсем согласен, но ладно. У Насти есть телефон и наши номера, если что, звоните. Ник, извини, что ты без телефона, точнее, без сим-карты осталась, замотались, другую тебе не купили, — обратился он ко мне, посмотрев в глаза. — Когда мы все уладим, либо приедем за вами, либо вас привезет домой Итан. Насколько это затянется, точно не знаю, но, надеюсь, мы все сделаем быстро. Продукты в холодильнике, еще еды должны захватить парни. Дома все необходимое есть, найдете. — Дверь снова скрипнула, взгляд Юлий перескочил на дом.
Илья быстрым шагом подошел к машине, он переоделся в клетчатую плотную рубашку, а в руке держал какой-то свёрток.
— Вторые ключи оставил на тумбочке. Можем ехать? — спросил дровосек, погладив медную бороду.
— Да.
— А… а оружие? — спросила я, посмотрев сначала на одного мужчину, потом на второго.
Они переглянулись.
— Ножи на кухне, все заточенные, в ванной под раковиной стоит перцовый баллончик. Этого достаточно, — ответил Илья, открывая пассажирскую дверь переднего сиденья. — Берегите себя, — произнёс он напоследок, и скрылся в салоне.
— Ну всё, мы поедем. Насть, прости меня, ладно? Скоро всё закончится, — Юлий сделал шаг к Насте, непонятно, для чего, но она тут же молча развернулась и поскакала к дому, чуть зацепив парня плечом. — Окей, — он вскинул брови.
Крепко обняв парня, я вдохнула знакомый аромат ментола, кофе и сигарет.
— Пока, принцесса, береги себя, — шепотом произнес Юлий, и, поцеловав меня в волосы, отстранился.
— И ты береги себя, любимый.
Чёрный Вольво, зашуршав шинами по траве, выехал на грунтовую дорогу. Я стояла у забора и смотрела на отдаляющийся свет от фар до тех пор, пока тот полностью не скрылся за поворотом. Дул прохладный ветер, заставляя оголенную кожу рук покрываться мурашками, где-то квакала лягушка, в отдалении слышался лай собаки, навевая воспоминания о даче. А совсем неподалеку, наверное, уже дремал рыжий конь, ставший свидетелем воссоединения двух влюбленных, но измученных душ. Большая круглая луна выглядывала из-за облака, пока оно полностью не заслонило её. На улице было тихо и спокойно, а вот у меня на душе – нет.
 
***
Дернув дверь, я поняла, что та заперта. Дернула еще раз. Бесполезно.
— Насть, — спокойно позвала я. — Насть, открой.
В ответ тишина.
— Настя! — на это раз вышло довольно громко. — Открой дверь!