Путеводная звезда. Том 2 (СИ)

- Думаю, да, - все также в глубокой задумчивости кивнул Николаев.
- Если в этот мир пришли боги… это значит, что появились новые игроки, перед которыми владеющие даром могут спасовать? - снова спросила Эльвира. - Новый уровень?
Удивительно, как она трезво и емко оценивает ситуацию - поразился я, всеми силами при этом стараясь скрыть от нее и Валеры лишние эмоции. Эльвира даже без моих знаний, и бесед с Астеротом, видит общую картину происходящего. Далеко не каждый наделенной большой головой и умудренный мудростью седин умный человек там умеет, а она вообще сходу в корень зрит.
- Нет, не думаю, - вновь покачал головой Николаев.
- Откуда тогда взялась богиня? И если пришла она, то могут ведь прийти и другие?
- Я не думаю, - медленно, все еще в задумчивости, после долгой паузы заговорил Николаев. - Не думаю, что подобное событие, я имею ввиду пришествие богов, может кардинально изменить баланс сил. Насчет того, откуда богиня… Которая, заметьте, проявила себя только одна, у меня есть теория. Эксперимент в лечебнице Лазаря, помните? - наконец закончил с размышлениями Николаев, вернув себе обычный, не отстраненный вид.
Мы втроем синхронно кивнули после его вопроса, хотя Николаеву это и не нужно было. Понятное дело, что мы помним о клиники Лазаря - подобное не забывается. Во время эксперимента мы присутствовали при добровольной эвтаназии пожилого, и тяжело больного человека. Так что да, эксперимент в клинике Лазаря лично я запомнил прекрасно.
Умирающий был помещен в специальную капсулу, так что можно было считывать ее вес до микрограммов. И в момент смерти вес капсулы с человеком стал меньше, пусть на исчезающе малые значения - часть материи исчезла, неведомым образом преодолев стены полностью герметичной капсулы.
Продемонстрированный нам эксперимент был частью введения в Освоение ментальной магии, как показатель материальности эфира, души, у обычных людей. Пусть и не в таких значениях как у одаренных; с результатами подобных опытов во время смертей владеющих даром мы ознакамливались по отчету - на такие опыты живых кандидатов не наберешься.
Замеры, кстати, производились последние несколько лет на постоянной основе, во время нескольких казней за государственную измену. Имен казненных мы не знали, в отчетах - кроме показателей, какая-либо информация отсутствовала. Зато показатели удивляли. В отличие от ничтожных, исчезающе малых значений у обычных людей, у одаренных цифры были порядком выше.
- Если воспринимать душу как материю, - заговорил Николаев, - то путем цепочки допущений можно прийти и к предположению, что и мысли наши материальны. Согласны?
- С предположением можно поспорить, - кивнула Эльвира, - но ход мыслей понятен.
- Держите в уме. Итак, в последние сто лет, с момента появления дара, вера в богов значительно усилилась. Вера среди простого народа, что важно. Вы прекрасно знаете, что чем ниже уровень жизни, тем больше слепого доверия институтам религии. И - вы же держите в уме информацию, что мысли материальны? — это, по моему мнению, несет свои плоды.
Итак, эксперимент Лазаря. Ничтожно малые значения. Доказанные. Но… богиня Кали - объект массового поклонения. И мое мнение, что она явилась в наш мир силой мысли тех миллионов, миллиардов людей, кто верит в ее существование. Соединяясь в общей направленности, мысли миллиардов создают собственную метасистему, выстраивающуюся в благодатную почву пятого элемента нашей планеты.
С этим можно поспорить, я сейчас выдаю сию теорию сходу. Но зато вполне очевидно, что Кали наблюдает и помогает Артуру и Саманте. И при всей своей неоднозначности, как мне кажется, она вряд ли будет преследовать цели близкие одержимым, одаренным или озаренным.
Вот только ее цели — это цели верующих в нее людей, вернее те цели, которые они ей же приписывают. В теории. В моей теории, которую я сформировал только что, в буквальном смысле на коленке. Но определенно, что тебе, - посмотрел на меня Николаев, - стоит очень осторожно и аккуратно ко всему этому относиться. Да, помощь, тем более от такой сущности, никогда лишней не будет. Главное не обжечься об огонь Прометея. А теперь скажи мне, пожалуйста, - другим голосом произнес Николаев. - За каким все-таки чертом тебе нужна была дата появления ближайшего к нам теневого слоя?
 
- Появилась у меня одна идея. Вам она, конечно, не понравится. Идея эта настолько дикая и плохая, но при этом быстрая, дерзкая и резкая, что с каждой минутой раздумья над ней мне она все больше и больше нравится.
- Рассказывай.
  
Глава 7
 
Уильям Эванс, еще неделю назад исполняющий обязанности операционного директора филиала корпорации «Некромикон» в Хургаде, а ныне уже, официально - первый заместитель операционного директора филиала корпорации «Некромикон» в Хургаде, прекрасно видел, что повернувшаяся к нему спиной женщина его не слушает. Она вот уже несколько минут стояла у окна и любовалась открывающимся с вершины небоскреба видом вечернего города. Но Уильям Эванс говорил и говорил, озвучивая отчетную информацию, переключившись в режим робота-автомата.
Искусственно и бездумно разбавляя фразы интонациями, чтобы не было слишком уж сильно заметно, что он тупо читает в проекции дополненной реальности заготовленный ранее текст, Уильям, или Билли-Бой, как его называли за глаза коллеги, в свою очередь обозревал и изучал свою новую начальницу. Также, как та обозревала вечернюю Хургаду. Вот только эмоции Билли-Боя кардинально отличались от эмоций нового операционного директора.
Уильям уже откровенно ненавидел так совершенно неожиданно вынырнувшую из корпоративных недр и прибывшую в Хургаду аж из Малайзии дамочку. Которая как чертик из табакерки нарисовалась для того, чтобы занять его(!), по справедливости, место.
О назначении этой чешской курицы на должность, которую Билли-Бой уже считал железно своей, было объявлено неделю назад. Но только сегодня пани Бланка Рыбка наконец прибыла в Хургаду. Причем без предупреждения, с утра заставив всполошиться весь небоскреб сверху донизу. И сходу, как быка за рога взяв, начала принимать дела и точечно, но грубо кроить идеально отлаженные процессы по своему разумению.
Продолжая доклад, и стараясь не сбиться в мыслях на липкие оскорбления, представляя возможные способы неожиданного возвышения этой чешской курицы (да откуда она вообще взялась?), Билли-Бой продолжал монотонно говорить. И скользить взглядом по фигуре так внезапно перешедшей ему дорогу дамочки.
На вид лет двадцать пять, во взгляде все сорок пять; светлые волосы стянуты на затылке в тугой пучок, так что над воротником брючного костюма видна изящная, не знавшая загара шея, с выступающими металлическими ребрами усиливающего скелет импланта. Очень громко кричащая демонстрация - словно бы в пику всем нормам корпоративной этики, не одобряющей внешне заметные признаки искусственных усилений организма.
Пока Уильям говорил, освещение кабинета в автоматическом режиме перешло в режим поздний вечер - как раз в тот момент, как тонкий краешек по южному быстро садящегося солнца скрылся за горизонтом. Панорама небоскребов делового центра за окном сразу исчезла, а из-за яркого света в высоких стеклах отразился интерьер кабинета операционного директора - огромного помещения, занимавшего практически весь этаж.
На лице новой начальницы - Уильям теперь прекрасно видел его отражение в стекле, так и застыла дежурная отстраненная маска высокомерия и властной небрежности, с которой она не расставалась с утра.
 
«Как в зоопарке, с-сучка» - не сдержался Билли-Бой от беззвучной оценки.
По-прежнему продолжая монотонный доклад, он поймал себя на мысли, что невольно представляет эту чешскую курицу в обтягивающем латексном костюме, лежащую на животе с растянутыми по краям кровати руками и ногами. А в этот тонкогубый презрительно сжатый ротик, оттянув голову за хвост волос, заставив эту дамочку раскрыть пасть, он бы с удовольствием вставил кляп с кольцом-расширителем. Был он как-то в Праге, знаменитой своими борделями, и не одну такую телку…