Ожившая весна (СИ)
Утро. Ясное, теплое летнее утро. Свежий воздух, льющийся в открытое окно. Туалетный столик с баночками-скляночками. Шкаф-купе с большим зеркалом. Все бежевого дерева.
Белоснежное постельное белье на широкой кровати, с которой не хочется вставать и в которой, самое главное, все еще крепко спит Рустам. Так сладко, что хочется и дальше лежать у него на груди. Слушать медленное глубокое дыхание. Легонько гладить волосы на макушке и суровую складочку меж бровей.
Пусть поспит. Хоть целый день, если это ему нужно. Отдохнет наконец хоть немного. По-настоящему.
Потихоньку выползла из кровати. Оделась, заплела волосы в косу. И так же бесшумно покинула комнату.
Едва спустившись вниз, наткнулась на Янину дочку – Лизу.
За полгода что я ее не видела, девочка очень вытянулась. А «лонг боб», выпрошенный у мамы превратился обратно в копну волос ниже лопаток, заплетенную сейчас в две косички. Сколько ей уже? Девять?
- Доброе утро, Наташа. Ты проспала завтрак, но Аня приготовит новый. Идем в кухню.
Всю короткую дорогу туда девочка щебетала как птичка. Ей не хотелось «на уроки» к дедушке Захару и Ольге Александровне еще и «с этим противным Денисом», из-за которого они всегда затягивались. Но иначе никакой прогулки «за забор» после обеда. А в лесу, между прочим Денис видел зайца.
- Оставь уже Наташу, дочка, - окликнула Яна из залы. Девочка надулась на секунду, а потом продолжила рассказ.
- Об уроках я слышал, - отозвался дедушка Захар. Он сидел на диване и читал книгу.
На вид этому мужчине трудно было дать и пятьдесят. Высокий, подтянутый с ясными светло карими глазами, прямым носом и густыми седыми волосами, ухоженной бородкой и смеющимися губами он будто сошел с рекламы «омолаживающей» минеральной воды. Очевидное сходство с Максом не оставлялось сомнений, что это его отец.
«Противным Денисом» оказался, конечно же, Денис Ершов. Увязавшись за нами в кухню, наследник теперь бывшего владельца одного из крупнейших банков страны, неделикатно дернул Лизу за косичку.
- Как ты, Наташ? – спросил Ершов-старший вместо приветствия. Одетый во клетчатую рубашку поверх белой футболки и темно зеленые брюки с армейскими ботинками, он сидел за столом в кухне и неторопливо смаковал кофе.
Ореховые глаза мужчины смотрели нарочито весело, с добродушной заинтересованностью, но на их дне притаилась грусть. Отросшая рыжеватая щетина очень шла ему, придавая суровости излишне изящным чертам лица.
- Выспалась как младенец, Олег.
Запах яичницы сводил с ума. Я еле удержалась, чтоб не подойти к плите и не наблюдать, как она готовится, мешаясь Ане.
Перепалку между детьми прервала появившаяся Яна. Перекинувшись парой слов с Олегом, она увела Лизу.
Поблагодарив за яичницу, я принялась за нее, стараясь вспомнить о необходимости есть не спеша.
- А дядя Антон тоже стал зомби? – я чуть не поперхнулась.
- Денис! – мальчик вздрогнул от резкого окрика отца.
- Да ничего, Олег, - я отложила вилку и повернулась к смущенному ребенку, - да, стал.
- И тебе пришлось его застрелить?
Я промолчала. Не знаю, что можно говорить при ребенке.
- Папе пришлось застрелить дедушку, - всхлипнул мальчик, - И бабушку.
Олег оперся локтями о стол, сильно потер виски, опустив голову, вцепился пальцами в блондинистые волосы. Его родители…
А Денис заплакал. Я соскользнула на пол, стала на колени и обняла его. Неужели он это видел… Бедный малыш.
- Дениска, зайка, посмотри на меня, - я погладила большими пальцами щечки, стирая слезы, - Бабушка и дедушка сейчас вон там, на небе. Смотрят на вас с папой и мамой. И они грустят, когда ты плачешь. Они не хотели бы, чтоб вы вспоминали о них так… Береги хорошие воспоминания. Вот, расскажи, например, что вы делали на Новый год?
Я усадила его к себе на колени, и мальчик стал успокаиваться, рассказывая о празднике.
- Спасибо, - прошептал Олег. Я коснулась его предплечья, чуть сжала.
- Теперь твоя очередь, - сказал Денис.
Новый год. Елка до потолка в зале. Пришлось ставить стремянку, чтоб дотянуться до ее пушистой макушки. Торт, который мы приготовили со Снежаной в кухне, вымазавшись до ушей. Шоколадный и безумно вкусный. Ее предвкушение, радость от подарков и грядущей поездки на море. Сплетенный из бисера клатч для меня. Я даже не смогла забрать его. Не успела. Все, что осталось – это наше фото. Фейерверк в полночь. Неделя на море.
- Ладно слагаешь, - донеслось из-за спины, - может и другую сказочку расскажешь?
- Давай не здесь, Коля, - ссадив Дениса с колен, я встала, - Ань, спасибо за завтрак.
Плачущая девушка машинально кивнула, переводя непонимающий взгляд с меня на Колю.
Он тоже сильно удивился моей реакции, но, конечно, по другой причине. Не ожидал, наверное, что мне нечего скрывать.
Глава 33
Мы с ним вышли из коттеджа. По сочной зеленой травке – ходить по такой кощунство, мимо трудившихся на довольно большом огороде женщин, направились к воротам. Пусть бы только Рустам поспал еще. Худшее, что может случиться, это его присутствие при грядущем разговоре.
- Я ждала Антона чтоб уезжать, - убедившись, что нас никто не слышит, без обиняков начала я, - Внезапно приехала Карина. Рассказала мне все…
- Еще одна лживая сучка, - перебил он, дыхнув перегаром.
- Было бы похоже, если б твой брат по возвращении поняв, что я узнала правду, не попытался меня задушить, - сумев не поморщиться, невозмутимо продолжила я, - Карина врезала ему по голове. Он неудачно упал и ударился головой о ступеньку. Умер, а потом ожил. Его пристрелил охранник. А мы втроем сбежали.
- Я ж говорю, ладно слагаешь.
- У тебя другая версия? Я слушаю, - я стала перед ним, глядя в глаза. Свои он отвел, - Ее нет? Тогда все, можем возвращаться?
- Смотрю ты сильно горюешь, - выплюнул он, - Сперва подумал, ну выжить баба хотела, потому легла под первого попавшегося ублюдка…
Он не успел договорить. Неизвестно откуда взявшийся Макс, сильно врезал ему по лицу.
- Макс, какого хрена?
- Чтоб я больше не слышал от тебя ни одного кривого слова в ее адрес, - багровый от злости Макс схватил его за грудки, - Если кого-то захочешь посудить, то мы всегда сможем начать с вас с братцем и поговорить о Карине.
Отпустил, скорее отбросил даже и нарочито медленно отряхнул руки.
- Если ты, крыса, что-то там нарыл…, - почти заверещал Коля, смешно держась на расстоянии.
- Я нарыл столько, что если б не все это посадил бы вас обоих, - ровным тоном перебил Макс, гневно сверкая глазами - Пошел вон!
Макса я видела таким впервые. Интересно, о чем это он. Уж точно не только о Карине. Бизнес? Хотя, какая уж теперь разница.
И Коля чуть ли не побежал от него, как побитая собака.
Он не спросил о Снежане, тупо билось в мозгу. Не спросил, что случилось с ней, его маленькой крестницей.
Макс принялся теребить волосы. Светло-русые в модном беспорядке – видно, что давно не стригся, но его прическе это будто только на пользу.
- Все нормально? – я пожала плечами в ответ, - Если не прислушается ко мне, выгоню. Инна пусть остается.
- Ну что ты. Он брата потерял, последнего родного человека, и просто нужно хоть кого-то обвинить, злость сорвать.
Отец братьев скончался от сердечного приступа несколько лет назад, а мама умерла рожая Колю. Второй раз тот вроде бы женился, но там что-то сильно не сложилось. Подробностей я не знала, Антон не любил об этом говорить.
- Не убивать же его за это.
А выгнать, означает убить. Он придурок, как ни крути, но смерти не заслуживает.
- Он прекрасно знал, что произошло в особняке, - мужчина положил руки на узкие бедра, - Ваша домработница все видела и все рассказала, когда они приехали.
Олеся Евгеньевна! Впопыхах я ж совсем тогда о ней забыла.
- Бабуська упрямая. Все к дочери хотела добраться.
- Спасибо…
- Прекрати, Наташ, - отмахнулся он, - Я этому чуть шею не свернул, когда узнал, что они просто уехали прихватив оружие, которое привез Антон, не думая хотя бы попытаться тебя найти.