Выбор девы войны

- Может быть, я не такая уж дева войны, как я думала. - Голос Лианы был смесью ироничного признания, разочарования и тревоги. - Почему-то я никогда по-настоящему не представляла, что у нас будет этот конкретный разговор, мама. И... и я боюсь.
- Боишься? - мягко спросила Хэйната. - Моя дочь боится? Нелепо. Небольшой приступ нервозности я допущу, но не страха. Не в той, кто всегда будет дочерью Дома Боумастер, что бы там ни говорила эта глупая хартия дев войны!
Лиана сама удивилась, разразившись булькающим смехом, а ее мать наклонилась вперед, протянув руку через стол, чтобы вытянуть указательный палец и вытереть единственную слезинку, которая, как Лиана не заметила, скатилась по ее щеке.
- Так-то лучше! - сказала Хэйната.
- Может быть, и так, мама, но это ни на йоту не приближает меня к решению моей проблемы, не так ли?
- Лиана Хэйнатафресса, ты собираешься сидеть здесь и рассказывать мне, как дочери своего отца, а также моей, что ты проделала весь путь домой, в Хиллгард, на свой двадцать первый день рождения, без плана кампании? Пожалуйста! Я знаю тебя гораздо лучше.
- Но, ты действительно не стала бы... Я имею в виду, вы с отцом не будете...?
- Шесть с половиной лет назад, возможно, я бы так и сделала, - призналась Хэйната. - Если уж на то пошло, четыре года назад я могла бы это сделать. Но сейчас? Сегодня? Сегодня ты заслужила право в моем сердце, а также по закону, принять это решение, не полагаясь ни на кого, кроме своего собственного сердца. Я бы любила тебя, приняла и уважала любое решение, которое ты могла бы принять, даже если бы чувствовала, что это ошибка, которая принесет тебе больше душевной боли, чем ты можешь себе представить. К счастью, я не думаю, что ты совершаешь ошибку, и у меня был каждый год из тех лет, когда тебя не было, чтобы наблюдать за ним каждый раз, когда упоминалось твое имя.
- Тогда ты действительно не будешь огорчена?
- У тебя что, стало плохо со слухом, когда ты была девой войны, дорогая?
- Нет! Нет, не стало, - заверила ее Лиана с другим, более свободным смехом.
- Хорошо, потому что я уже начала думать, что он у тебя испортился!
Они вдвоем просидели в тишине добрых две минуты, затем Хэйната взяла свой стакан с лимонадом, сделала глоток и снова поставила его на стол.
- Надеюсь, что у тебя действительно есть план кампании, - сказала она своей дочери со спокойным выражением лица, - потому что я совершенно уверена, что он провел последние семь лет, перебирая все причины, по которым это было бы совершенно неподходящим, неприемлемым, неправильным и дипломатически катастрофичным. Я бы ни капельки не удивилась, если бы сейчас ему удалось, с тем избытком благородства, который, как я заметила, он очень старается скрыть, решить, что на самом деле он никогда не испытывал ничего из этого с самого начала. На самом деле, он, вероятно, справился с этим почти так же хорошо, нет, может быть, даже лучше, чем Трайанал, когда дело касается Шарлассы.
- Трайанал и Шарласса? - глаза Лианы расширились.
- Конечно, Лиана! - Хэйната покачала головой. - Она милый, нежный ребенок, но это не единственная причина, по которой я была так счастлива, что она остается здесь, в Хиллгарде, пока мы совершенствуем ее образование во всех тех вещах, от которых тебе удалось сбежать. И она, конечно, думает, что она слишком плохо рождена, чтобы быть подходящей парой для Трайанала, в то время как он думает, что она слишком юная Лиллинара, всего на семь лет моложе его! - чтобы он думал о том, чтобы "ограбить колыбель" или использовать свое положение наследника твоего отца, "надавливая" на нее, чтобы она приняла его ухаживания. - Баронесса закатила глаза. - Бывают моменты, когда я чувствую, что меня окружают одни благородные, самоотверженные, совершенно разочаровывающие болваны.
- О боже! - Лиана рассмеялась, откинувшись на спинку своего стула. - Они действительно были бы идеальной парой, не так ли? И это исключило бы из уравнения все традиционное построение политических союзов, когда придет время найти Трайаналу жену. Более того, никто в Совете не сможет возразить, если отец и сэр Джасак оба одобрят это. И вы знаете, что сэр Джасак всегда поддержал бы Трайанала как своего зятя!
 
- Ты видишь? Ты действительно дочь своего отца. Однако, оставляя в стороне несомненные политические и тактические преимущества, я думаю, что это была бы хорошая идея, потому что, осознают они это еще или нет, они оба влюблены друг в друга. Что, как ни странно, возвращает меня к тебе, моя дорогая.
- Это так? Как? - голос Лианы был настороженным, и ее мать фыркнула.
- Ты слушала меня последние, о, полчаса или около того, не так ли? Трайанал и Шарласса? Ты и... кто-то еще? Ты случайно не видишь здесь никаких параллелей, не так ли?
- Ну, вообще-то, да, - призналась Лиана.
- Ну что ж. Тебе нужен мой совет или нет?
- Конечно, хочу, - сказала Лиана, в основном честно, и Хэйната улыбнулась.
- Боюсь, тебе придется быть откровенной, любимая, - сказала она. - Возможно, очень прямолинейной, потому что думаю, ты можешь быть уверена, что он придумал по крайней мере тысячу совершенно правдоподобных причин, почему все это было бы ужасной ошибкой и каким-то образом предательством гостеприимства и дружбы твоего отца. Не говоря уже о политической катастрофе. - Она на мгновение задумчиво склонила голову набок, затем пожала плечами. - На самом деле, идея "политической катастрофы", вероятно, является его лучшим аргументом против этого, поэтому на твоем месте я бы предприняла шаги, чтобы избежать или нейтрализовать это как можно раньше. Понимаю, что девы войны могут быть бесстыдно прямолинейны в подобных вопросах. Это правда, моя дорогая?
- Да, мама, я... слышала, как это говорили, - чопорно ответила Лиана.
- Хорошо. Лобовая атака - вот билет. Неожиданное нападение, - глаза Хэйнаты заблестели тем, что, как поняла Лиана, было неподдельным юмором, возможно, даже восторгом. - Из засады, прежде чем он сможет возвести свою оборону. - Она бросила на дочь еще один очень прямой взгляд. - Это было примерно то, что ты имела в виду?
- На самом деле, что-то очень похожее на это, мама, - призналась Лиана, чувствуя, как румянец заливает ее скулы.
Мать несколько мгновений рассматривала ее, затем улыбнулась.
- Хорошо, - снова сказала она. - А теперь, когда все улажено, моя дорогая, не хочешь ли еще немного лимонада?
 Глава восемнадцатая 
<Нет, она не сказала мне, почему она здесь.> Базел отметил, что многострадальный мысленный голос Уолшарно не звучал особенно удивленно. <Она никогда не говорит мне, почему она что-то делает. Почему она должна это делать? Я всего лишь ее старший брат. Всего лишь защитник Томанака. Почему, черт возьми, она должна беспокоиться о том, чтобы рассказать мне, почему она что-то делает? Вот что я могу сказать тебе, хотя у нее есть какой-то секрет, который приводит ее в абсолютный восторг от самой себя!>
- Что ж, - ответил Базел, его собственный тон был более миролюбивым и утешительным, чем у его спутника, когда Уолшарно плавно двигался по подъездной дороге к Хиллгарду, - полагаю, я не так уж сильно удивлен всем этим. Думаю, что никогда еще не рождалась сестра, которая не думала бы, что ее брат был таким после того, как совал свой нос куда не следует. Все мои сестры так и делали, никак иначе.
<Я скакун>, - отметил Уолшарно. <Мы должны совать нос в дела друг друга! Это одна из черт, которые мы разделяем с младшими кузенами.>
<И я уверен, что ты находишь это очень удобным, когда приходит время приставать к Гейрфрессе>, - проницательно заметил Базел. - <И не так сильно, когда она пристает к тебе.>
<Ты должен быть на моей стороне, ты знаешь, брат.>
<Ах, но она была бы не очень довольна, если бы мне пришло в голову начать лгать только потому, что правда - это то, что ты не очень любишь.>