Выбор девы войны

- Должен ли я предположить, что вы также направите Орден в поле? - спросил затем Юрохас Вейжона.
- Я так и делаю. - Улыбка Вейжона была кривой. - Мы больше не находимся на той стадии, когда нашим парням нужно держать оруженосцев барона и воинов князя Бахнака подальше друг от друга, но Хартанг говорит мне, что у нас, вероятно, было бы что-то вроде мятежа, если бы мы попытались удержать их дома! - Он покачал головой. - Просто есть некоторые вещи, которые вы, кажется, не можете заставить градани не делать, и оставаться дома после чего-то подобного - одна из них.
- Я пришел к шокирующему выводу, что сотойи и градани похожи даже больше, чем всегда утверждал Венсит, - криво усмехнулся Юрохас. - На самом деле...
- Нет, - твердо сказал Теллиан. Юрохас посмотрел на него, и барон фыркнул. - Вас не пригласили, Юрохас. Норандор может означать, что вы больше не прямой наследник короля, но если бы с вами что-нибудь случилось, это было бы так же плохо, возможно, еще хуже! - чем если бы что-то случилось с Трайаналом. Можете ли вы представить, как отреагировали бы Кассан и его люди, если бы вам удалось погибнуть на Вурдалачьей пустоши, сражаясь бок о бок с градани в рамках всего этого плана, которому они противостоят как угрозе самому существованию королевства?!
- Его светлость совершенно прав, ваше высочество, - сказал сэр Джерхас с непривычной, решительно ледяной официальностью. - О самой возможности не может быть и речи!
Юрохас мгновение переводил взгляд с одного на другого, затем пожал плечами.
- Что ж, - мягко сказал он, - если вы оба так к этому относитесь, полагаю, это все, что можно сказать по этому поводу. Это означает, что нам, вероятно, следует перейти к остальной причине вашего визита. Полагаю, у тебя есть сообщение о ходе работ по каналам и туннелю, Теллиан?
- Конечно, - ответил Теллиан, рассматривая кажущуюся кротость принца с явным подозрением.
- Тогда, думаю, нам следует пойти дальше и начать с этого, - невозмутимо сказал Юрохас, и Базел спрятал улыбку. Возможно, он еще не знал Юрохаса так хорошо, как Теллиан, но он узнал его достаточно хорошо, чтобы прекрасно понять скептицизм барона.
И глубоко сомневаться в том, что вопрос о том, где принц Юрохас собирается провести лето, был отдаленно близок к разрешению.
 Глава двенадцатая 
- Прелестно! - вздохнула баронесса Мяча, глядя вниз на сверкающее аметистовое великолепие, выложенное на фоне черного бархата.
Скатерть и драгоценный камень изысканной огранки на ней были разложены на полированном столе красного дерева точно в центре луча золотого солнечного света, и солнечные блики танцевали в глазах, которые были почти того же оттенка, что и камень. Ни расположение ткани, ни выбор драгоценного камня не были чем-то отдаленно похожим на случайность, и мастер Талтар Шифбирер (который очень мало походил на волшебника по имени Варнейтус) широко улыбнулся за тщательно вежливым выражением своего лица торговца, в то время как Борандас Дэггерэкс, барон Халтан, слегка поморщился.
- Это довольно красивый камень, миледи, - признал Талтар через мгновение, - хотя, боюсь, он немного великоват для нежной женской руки.
- О, я совершенно согласна, - ответила темноволосая баронесса. - Но если вставить в подходящий кулон, возможно, из серебра, а не из золота, я думаю...
Талтар решил позволить себе встретиться взглядом с бароном Борандасом. Борандас смотрел на него в ответ мгновение или около того, затем криво улыбнулся, признавая свое неизбежное поражение.
- Ты действительно этого хочешь, любовь моя? - спросил он, и мысленные уши Талтара навострились от мягко поддразнивающего, бесспорно нежного тона барона.
- Да, - вздохнула Мяча, поднимая глаза с легкой улыбкой. - С другой стороны, боюсь, что мастер Шифбирер имеет слишком хорошее представление о ценности своего товара! У меня слишком много мусора и красивых игрушек, чтобы оправдать оплату ему того, что, я не сомневаюсь, он потребовал бы от вас, милорд.
Талтар отметил, что она действительно говорила так, как будто имела это в виду, и это тоже было интересно. Мяча была почти вдвое моложе Борандаса. Она также была его второй женой, на два года моложе старшего сына Борандаса, Торандаса, и когда три года назад отец Мячи устроил их брак, почти всеобщее мнение заключалось в том, что Борандас покупал себе сладкий, аппетитный кусочек, чтобы согреть постель и польстить своему эго, когда ему перевалит за шестьдесят. На самом деле, таково было мнение Талтара, возможно, еще тридцать или сорок секунд назад.
 
Иногда я склонен забывать, как много... деталей и нюансов можно потерять, полагаясь исключительно на заклинания прорицания и грамерхейн, подумал он. Полагаю, мне следовало уделять больше внимания и не так сильно полагаться на придворные сплетни. Конечно, необходимость беспокоиться об этом ублюдке Брейасе ничуть не упростила ситуацию в данном случае.
Выражение лица профессионального торговца скрывало его внутреннюю хмурость так же легко, как и улыбку, что было к лучшему. Мысли о Брейасе Дэггерэксе, сыне покойного дяди Борандаса, имели тенденцию оказывать на него такое воздействие. Столкнуться с любым магом, который был бы тесно связан с одним из баронов королевства, было бы достаточно плохо, но Брейас был значительно более талантлив, чем большинство его собратьев. Он был не просто ходоком по ветру и целителем, но (если слухи были правдивы) также обладал даром предвидения. И чтобы довершить несчастье Талтара, он вдобавок был говорящим с разумом и тем, кто поздно осознал свои магические способности. Это умение говорить с разумом делало его особенно хорошим в обнаружении любого использования магии поблизости, а тот факт, что он был взрослым человеком до того, как пробудились его магические таланты, означал, что он также был обучен как рыцарь, прежде чем стал магом. После чего он пошел дальше и добавил в свой репертуар обучение боевым искусствам мастера мишука. Его навыков владения оружием (и без оружия) было бы более чем достаточно, чтобы сделать его особенно устойчивым к попыткам убийства, и успешное нападение из засады на любого ходящего по ветру, даже без этих навыков, было нелегким достижением в лучшие времена.
Все это означало, что, хотя убить его было бы не так уж невозможно, чрезвычайно трудно было бы сделать это любым способом, который не требовал бы очевидного использования магии или какой-либо другой неестественной силы, которая привлекла бы всевозможное нежелательное внимание. Талтар был совершенно готов к тому, чтобы убить Брейаса, действительно, он с нетерпением ждал этого и был более чем готов использовать все, что требовалось, чтобы это произошло, но на данный момент он не мог позволить себе никаких шагов в этом направлении. Последнее, что ему было нужно, это привлечь внимание других магов к Норт-Райдингу, прежде чем он крепко вцепится в Борандаса или его наследника.
Для этого будет достаточно времени позже, напомнил он себе сейчас. Терпение и хитрость так же важны, как и более надежны, чем грубая сила, особенно в подобное время. Как только все части будут на месте, ему придется погибнуть, но давай не будем толкать себя под локоть только потому, что мы находим его дальнейшее существование чертовски неудобным.
Все это было достаточно правдиво, хотя "неудобно" было бледным описанием ситуации. Единственной хорошей чертой рождения и способностей Брейаса было то, что король Мархос зачислил его в число магов короны, которые служили его следователями и агентами. В некотором смысле это делало его еще более опасным, но это также означало, что его вызвали в Сотофэйлас на летнюю сессию Великого совета, которая заставит его быть занятым по крайней мере месяц или два. Его таланты и влияние на кузена были настоящей причиной, по которой Талтар отложил свой первый визит в Халтан до тех пор, пока не уверился, что маг будет где-то в другом месте. И почему ему вообще потребовалось более шести месяцев, чтобы должным образом подготовить почву для этого первого подхода.