Выбор девы войны

Не слишком убого, признал Варнейтус. Получите от кого-то деньги за то, чтобы стать его наемным убийцей, от которого невозможно отказаться, а затем избегайте навлекать подозрения на себя, устроив все так, чтобы человек, который заплатил вам, был тем, кого люди, скорее всего, заподозрят! Я думаю, что мне, возможно, придется пересмотреть свою оценку возможностей Артнара в сторону повышения. И как бы я ни был зол, я также должен признать, что он был ближе к тому, чтобы заполучить Теллиана, чем кто-либо другой! Конечно, во многом это было связано с Салганом. Жаль, что его не будет рядом, чтобы предпринять какие-либо другие попытки. Он покачал головой. Я начинаю понимать, почему братья-псы так неохотно идут за Базелом, учитывая, насколько фатальными до сих пор были их неудачи. Кто бы мог подумать, что даже Базел может метнуть кинжал так далеко и так точно свободной рукой? Но, черт возьми, я действительно думал, что на этот раз у него все получится!
Правда заключалась в том, подумал волшебник, нетерпеливо взмахнув грамерхейном, что если бы не присутствие не просто одного, а не менее трех защитников Томанака, Теллиан или Датгар определенно были бы мертвы. И если бы кто-нибудь из людей Салгана сумел всадить стрелу или две в Базела, или Вейжона, или даже, Фробус, в проклятого скакуна Базела! - Варнейтус посчитал бы операцию ошеломляющим успехом, несмотря на впечатляющую кончину брата-пса.
Но они этого не сделали, и было не так, что превратило попытку в столь же оглушительный провал. Хотя, теперь, когда он подумал об этом, усиление подозрений Теллиана в отношении Кассана, вероятно, само по себе имело бы смысл. В конце концов, дело было не в том, что Боги Тьмы на самом деле нуждались в Кассане, чтобы победить; он был нужен им только для того, чтобы разрушить сплоченность королевства, пытаясь победить. На самом деле, их даже больше устроило бы, если бы все королевство превратилось во что-то вроде того бесконечного кровопролития в Ференмоссе. Двадцать или тридцать лет гражданской войны, предпочтительно с достаточным отвлечением внимания, чтобы разрушить эксперимент князя Бахнака по объединению градани, были бы почти идеальными с точки зрения его госпожи.
Что ж, поскольку ты никогда не ожидал, что они преуспеют, по крайней мере, тот факт, что они этого не сделали, не нарушил ни одного из твоих собственных планов, сказал он себе так философски, как только мог. И тебе, вероятно, следует убедиться, что Кассан узнает об этом, как только ты сможешь это сделать, не вызывая никаких подозрений о том, как ты так быстро узнал о неудаче Артнара. Не то чтобы небольшая задержка не могла быть полезной. Он неприятно улыбнулся. В конце концов, это даст тебе больше времени, чтобы решить, как именно ты хочешь сообщить Кассану о... неверном направлении Артнара. Никогда не помешает добавить немного соли на рану, когда дело доходит до посева раздора, не так ли?
***
<Так вот ты где... наконец>, - сказал Уолшарно, когда Базел Бахнаксон вышел из задней двери деревенской гостиницы. Прохладный, тихий рассвет пробивался под высоким дубом, который затенял гостиницу, и градани широко потянулся, наполовину прижав лисьи уши, зевнув, когда скакун неторопливо подошел, чтобы поприветствовать его.
- И тебе доброго утра, - сказал Базел, оправляясь от зевка и протягивая руку, чтобы потереть нос Уолшарно. - Я надеюсь, ты провел спокойный вечер?
<Это тяжелая, очень тяжелая жизнь>, - печально сказал Уолшарно, поднимая голову, чтобы игриво прикоснуться губами к ушам градани. <У некоторых людей над головой хорошие, уютные крыши, а другие остаются на морозе всю ночь напролет.>
- Сейчас холодно, что ли?
Солнечный свет уже пробивался золотыми лучами сквозь листву над головой, обещая много тепла, и Базел усмехнулся и похлопал Уолшарно по шее.
<Ну, это могло быть так. На самом деле, это мог быть дождь или снег, если бы ты знал об этом, и если бы это было так, я все равно был бы на улице в них!> с воодушевлением продолжил Уолшарно. <Во всяком случае, я бы не вписался в эту жалкую маленькую конюшню!>
 
- И я сам не помещался в эту "жалкую маленькую" кровать, - отметил Базел. - В этой спальне твердый пол!
Он потянулся назад, чтобы размять поясницу, и кто-то засмеялся у него за спиной. Он повернул голову, оглядываясь через плечо, и улыбнулся, когда Хатан Шилдарм присоединился к нему и Уолшарно.
- Заставляет тебя чувствовать себя виноватым, не так ли? - спросил Хатан.
- О, не так сильно, как все остальное, - возразил Базел с усмешкой.
- Но не из-за отсутствия попыток. Ты это имеешь в виду?
<Скажи ему, что защитник Томанака не прибегает к хитрости, чтобы получить то, что он хочет>, - сказал Уолшарно.
- Теперь я этого точно не сделаю. - Базел со смехом покачал головой. - Во-первых, потому что это была бы ужасная ложь, и, во-вторых, потому что он не поверил бы ни единому слову из этого.
Уолшарно фыркнул и ткнулся носом так сильно, что пошатнулся даже массивный градани, а Хатан рассмеялся. Очевидно, ему не нужно было на самом деле слышать, что сказал Уолшарно, чтобы сделать довольно проницательное предположение о его содержании. Он начал говорить что-то еще, затем сделал паузу и повернул голову, прикрывая глаза рукой, когда другой скакун, на этот раз железно-серый, меньше (хотя ни одного скакуна на самом деле никогда не назвали бы "маленьким"), чем Уолшарно, и, очевидно, по крайней мере, на несколько лет старше, подошел к нему.
- Доброе утро, Гейрхэйлан, - вежливо поздоровался Базел, и новоприбывший фыркнул, очень по-лошадиному покачав головой, прежде чем кивнуть градани.
Было время, когда Базел Бахнаксон был не самым любимым человеком Гейрхэйлана в мире. Те времена давно прошли, но у "скакуна Хатана" было хорошее имя. "Душа шторма" - вот что значило Гейрхэйлан, и характер серого был таким же бурным, как и предполагало его имя.
Несмотря на это, он заржал от восторга, как детский пони, когда Хатан полез в поясную сумку и извлек большой кусок кленового сахара.
- Жадный! - сказал сотойи, когда Гейрхэйлан осторожно слизнул сахар с его ладони. Скакун проигнорировал обвинение с барским высокомерием... и громко захрустел сахаром.
<Приятно видеть, что некоторые всадники ветра действительно ценят своих братьев>, - заметил Уолшарно.
- Ха! - Базел покачал головой. - Конечно, "ценит", не так ли? Думаю, вопрос больше в том, кто не хочет оказаться под чьим копытом!
- Такого рода честная оценка не сделает вас друзьями, милорд защитник, - сказал Хатан.
- Да, - вздохнул Базел и снова покачал головой с печальным выражением лица. - Это нелегкая участь - быть честным человеком. Никогда не будет конца неприятностям, в которые это может привести человека! Если бы я тогда имел хоть малейшее представление о том, куда это меня приведет, я бы так легко не поддался на его маленькое приглашение. Я имею в виду, когда дело доходит до проблемы, что такое один маленький демон, так или иначе, по сравнению с человеком, который всю свою жизнь говорит только правду? И в придачу я градани.
Хатан рассмеялся. Но затем он в последний раз похлопал Гейрхэйлана по шее и повернулся к Базелу лицом, и выражение его лица стало гораздо серьезнее, чем было раньше.
- Гейрхэйлан говорит, что силы Датгара постепенно возвращаются. Говорил ли Уолшарно с ним сегодня утром?
<Да, говорил>, - ответил Уолшарно, и по силе его мысленного голоса Базел понял, что он одновременно обращается и к Гейрхэйлану. - <Думаю, что он почти полностью восстановился, хотя я пока не испытываю особого энтузиазма проверять это.> - Он тряхнул гривой и сильно дунул. <Он уже не так молод, как раньше, и я не думаю, что ему повредит отдохнуть еще день или около того, прежде чем мы отправимся в Сотофэйлас.>