Выбор девы войны

- Не думаю, что какой-либо здравомыслящий человек мог бы винить его за это. Но на этот раз нам с ним придется работать вместе, если мы хотим предотвратить именно это.
- Прошу прощения?
- Я обнаружил слишком поздно, опасаясь, что мой родственник Йерагор забрел в опасные воды. - Тон Кассана был тоном человека, признающегося в чем-то, чего он явно не хотел бы делать. - Возможно, это по крайней мере частично моя вина. Он знает, как сильно я ненавижу Теллиана, как далеко я был готов зайти, чтобы одержать над ним верх, и он объединил свое состояние с моим. Это, вероятно, открыло дверь к тому, что произошло... но я считаю, что им манипулировал кто-то другой. Кто-то, кто был бы рад увидеть, как все королевство снова погрузится в Смутное время.
Он сделал паузу, и Хатан склонил голову набок. Он никогда бы не ожидал, что Кассан впутает Йерагора в нечто подобное!
- Манипулировали, милорд? Кто?
- Я не могу быть уверен, - ответил Кассан тем же неохотным тоном, - но кое-что, что его леди сказала в письме моей жене, показалось мне... странным. Я поручил своим агентам в Ист-Райдинге очень осторожно разобраться в этом. Двое из них, похоже, бесследно исчезли. Третий пришел ко мне с историей, в которую я очень хотел не верить, но, боюсь, он был прав.
Ноздри барона раздулись.
- В Эрсоке творится колдовство, сэр Хатан, - решительно сказал он. - Я не верю, что Йерагор осознает это, но у меня есть неопровержимые доказательства. Я полагаю, что кто-то из-за пределов королевства, кто-то, кто знает все о моей вражде к Теллиану, использовал колдовские средства, чтобы повлиять на него. Это было последнее, во что я хотел верить, но когда мой агент сообщил, что Йерагор действительно послал убийц, чтобы убить короля, я не мог допустить, что он может ошибаться. - Плечи Кассана поникли. - Я развернул своих оруженосцев, и мы поскакали так быстро, как только могли. Всю дорогу я молился, чтобы мой агент ошибся, но эти, - он устало махнул рукой на тела мертвых наемников, усеявших землю, - выглядят в точности как убийцы, которых описал мой агент.
<Тораган!> сказал Гейрхэйлан. <Как ты думаешь, Кассан из Фрамана действительно может говорить правду?>
<Я полагаю, все возможно. И он действительно сказал, что здесь замешано волшебство>, - ответил Хатан, но все же не смог изобразить свою обычную язвительность.
- И что именно вы предлагаете нам с этим делать, милорд? - резко спросил он.
- Первым шагом должно быть обеспечение безопасности короля, - ответил Кассан. - И после этого, это должно быть отправкой магов короны в Эрсок для расследования и вынюхивания любого колдовства.
Ему явно было неловко говорить это, что неудивительно, подумал Хатан, учитывая его хорошо известную враждебность к магам.
- Это единственный способ убедиться, что мы знаем, что происходит на самом деле, - продолжил барон. - Я почти уверен, что Йерагор не осознает, что им манипулирует и контролирует кто-то другой.
Он снова печально покачал головой и придвинулся немного ближе к Гейрхэйлану. Его боевой конь был меньше, чем высокий скакун, факт, которым Кассан обычно горько возмущался и делал все возможное, чтобы не признавать. Теперь он потянулся вперед и вверх, почти умоляюще положив одну руку на бронированное предплечье Хатана.
- Я почти уверен в этом, - сказал он тихо, так тихо, что Хатану пришлось наклониться к нему, чтобы расслышать. - Но я не уверен. Боги, как бы я хотел быть таким! По правде говоря, я боюсь, что он может точно осознать, что он сделал, и если королевство узнает, что один из четырех баронов добровольно прибегнул к использованию колдовства, только боги знают, как оно отреагирует!
Хатан медленно кивнул, вынужденный против своей воли признать точку зрения Кассана.
- Для Теллиана и меня будет важно выступить единым фронтом, если это так, - сказал Кассан с горьким выражением на лице. - И не буду притворяться, что эта мысль меня хоть немного радует. Но если мы двое будем вместе, тот факт, что мы не можем договориться ни о чем другом в мире, должен, по крайней мере, заставить лордов-правителей признать, что ни один из других баронов не занимается колдовством. И если окажется, что Йерагором манипулируют неосознанно или даже против его воли, нам с Теллианом все равно придется объединиться, чтобы либо не допустить, чтобы это стало всеобщим достоянием, либо справиться с последствиями, когда правда просочится наружу.
 
<Теперь это больше похоже на Кассана>, - сказал Гейрхэйлан. <"Последствия", о которых он беспокоится, вероятно, в основном связаны с тем фактом, что Йерагор - его двоюродный брат!>
<Может быть>, - ответил Хатан. <Даже вероятно. Но это не делает его неправым. Если Йерагор - тот, кто использовал волшебство против Борандаса, и теперь он пытался убить короля, королевство может слишком легко разорваться на части, охотясь за другими предателями и скрытыми волшебниками. И он прав еще кое в чем; если он и Теллиан выступят единым фронтом, всем остальным придется отнестись к ним серьезно!>
- Я надеюсь, вы не воспримете это неправильно, милорд, - сказал он вслух, - но я думаю, что барон Теллиан и король захотят увидеть это ваше свидетельство о Йерагоре.
- Конечно, это так. - Кассан издал резкий смешок. - Если бы положение было обратным, я бы, конечно, хотел это увидеть. Потребуется некоторое время, чтобы собрать все это, но я захватил с собой копию отчета моего агента. - Он убрал руку с предплечья Хатана и потянулся к сумке на поясе. - Думаю, что лучшее, что можно сделать на данный момент, это оставить моих оруженосцев в безопасности за стеной, пока вы отнесете отчет обратно королю и покажете его ему и Теллиану. Как только у них будет возможность взглянуть на это, тогда...
Рука, потянувшаяся к сумке на поясе, внезапно метнулась в сторону. Она сомкнулась на рукояти кинжала, и прежде чем Хатан успел среагировать, кинжал вылетел из ножен, прошел в открытое забрало его шлема и вонзился через левую глазницу в мозг.
Гейрхэйлан был удивлен не меньше своего всадника. Его голова качнулась в сторону, пытаясь отбить кинжал в сторону, прежде чем он сможет попасть в цель, но было слишком поздно. Кассан и его оруженосцы быстро, но тщательно спланировали поездку на встречу с посланником короля, и в тот момент, когда скакун был полностью сосредоточен на Кассане, Тармак Дирксон согнул правую руку. Кинжал с коротким лезвием в подпружиненных ножнах, пристегнутый к его предплечью, щелкнул в его руке, и он сделал выпад одним гибким движением. Лезвие вошло в цель, вонзившись в глазное отверстие в стальной пластинчатой защите Гейрхэйлана.
Через мгновение после того, как Хатан обмяк и начал сползать с седла, Гейрхэйлан рухнул под ним.
- Измена! - закричал Кассан, разворачивая своего коня обратно к своим потрясенным оруженосцам. - Предательство! Они убили короля!
 Глава тридцать восьмая 
- Хатан!
Мучительный крик вырвался у Теллиана Боумастера, когда Датгар и Гейрфресса почувствовали смерть Гейрхэйлана. Скакуны повторили беспомощный протест, крича от ярости, и Лиана почувствовала вкус крови, когда ее зубы впились в губу.
Они с отцом уставились друг на друга, чувствуя боль друг друга. Это было все, что они могли сделать, казалось, целую вечность, но затем Теллиан резко встряхнулся и повернулся к королю.
- Хатан мертв, - сказал он голосом из кованого железа. - Как и Гейрхэйлан. Кассан убил их обоих.
Лицо Мархоса окаменело.
- Как? - требовательно спросил он.
- Кассан, - выплюнул Теллиан. - Кассан сплел историю о том, что за всем этим стоит Йерагор, сплел ее достаточно хорошо, даже я мог бы поверить, что в этом есть доля правды. Он предложил Хатану "доказательство"... а затем вонзил кинжал ему в глаз. Он мой, Мархос, мой! На этот раз я возьму его кровь!
- На этот раз ты получишь его кровь, милорд, - пообещал Мархос. Король и барон долгое, ледяное мгновение смотрели друг другу в глаза, а затем Мархос невесело улыбнулся. - Конечно, сначала мы оба должны прожить достаточно долго, чтобы ты смог его забрать.