Удавка новолуния (ЛП)

Он прервал её.
— Я не причиняю вреда детям. На самом деле, я никому не причиняю вреда.
Она фыркнула.
— Это спорное утверждение.
Деверо не мог винить её за осторожность.
— У меня девочка, — сказал он. — Я… нашёл её. Насколько я могу судить, она сбежала из дома, и у неё большие неприятности. Она не хочет говорить. Я пытаюсь выяснить, кто она, чтобы помочь ей.
— Вам следует обратиться в социальную службу.
  
Он и представить себе не мог, как перегруженный работой социальный работник справится с оборотнем-подростком, который убил двух человек.
— При обычных обстоятельствах я бы поступил именно так, но у меня есть веские основания полагать, что её жизнь в опасности. Я не думаю, что социальные службы смогут защитить её.
— А вы сможете?
Его ответ был тихим.
— Вы знаете, что я смогу. И в глубине души вы знаете, что я это сделаю.
Миссис Фостер долго не отвечала.
— Я не готова предоставить вам список детей из местных школ. Ни в коем случае. Вы можете угрожать мне чем угодно, мистер Вебб, но я не стану этого делать.
— Я вообще никогда не угрожал вам, — сказал он с лёгким раздражением.
Миссис Фостер глубоко вздохнула.
— Пришлите мне фотографию девочки. Если она будет похожа на кого-нибудь из детей, о пропаже которых недавно сообщалось, я скажу вам, кто она.
— Откуда мне знать, что вы не поделитесь её фотографией? — спросил Деверо. — Кто-то её разыскивает, и этот кто-то, вероятно, хочет причинить ей серьёзный вред.
— Что ж, я думаю, нам просто придется доверять друг другу.
Деверо провёл рукой по волосам.
— Хорошо. Подождите минутку, — он направился обратно на кухню. Девочка доела кукурузные хлопья, но всё ещё сидела за столом, уставившись в пространство.
— Я собираюсь сфотографировать тебя, — мягко сказал он. — Ты не против?
Она подняла на него глаза.
— Я не могу этого сделать, — прошептала она. — Я слишком устала, чтобы снова превращаться, — её плечи поникли. — Мне очень жаль.
Деверо застыл на месте.
— Мне нужна не фотография твоего волка, — сказал он, внимательно наблюдая за ней. — Кто-нибудь фотографировал тебя в таком виде раньше? Когда ты… обращалась?
Она молча кивнула, её лицо побледнело.
— Кто? — Деверо прорычал этот вопрос. Он ничего не мог с собой поделать.
— Я не могу тебе сказать.
— Нет, можешь. Всё будет хорошо.
— Если я скажу тебе, они убьют тебя.
Деверо сжал кулаки. Он почувствовал, как у него снова появляются когти, и ощутил знакомую колющую боль между лопатками.
— А как насчёт твоего имени? Теперь ты скажешь мне своё настоящее имя?
Она яростно замотала головой.
— Нет. Мне нельзя.
— Но…
Доктор Яра появилась в дверях и бросила на него предупреждающий взгляд. Деверо выдохнул и кивнул, показывая, что понял.
— Хорошо, — сказал он. — Хорошо. Всё в порядке. Могу я сфотографировать твоё лицо? — спросил он Мартину, стараясь сохранять спокойствие. — Я собираюсь поделиться этим снимком только с одним человеком. Она учительница. Возможно, она сможет нам помочь.
Девочка задумалась над этим.
— Хорошо, — прошептала она.
— Спасибо, — сказал Деверо. Его благодарность была искренней. Он поднял телефон, быстро сделал снимок и снова поднёс его к уху. — Миссис Фостер, — сказал он, — дайте мне номер вашего мобильного, и я немедленно отправлю вам фотографию.
Директор ответила не сразу. На секунду он подумал, что она повесила трубку. Затем она откашлялась.
— Я слышала это, — сказала она. — Я слышала, что она сказала, — она помолчала. — Мистер Вебб, эта девочка — оборотень? — в каждом её слове сквозил ужас. — Поэтому её жизнь в опасности? Потому что она… она… такая как вы?
Деверо не ответил. Он не смог.
Миссис Фостер заговорила снова:
— 0768 412 2085. Это мой личный номер. Вряд ли кто-нибудь знает его, кроме моей семьи и узкого круга друзей.
Деверо ввёл номер и нажал кнопку отправки. Он услышал слабое пиликанье, когда на телефон миссис Фостер пришло сообщение, а затем шорох бумаг. После этого ничего не последовало, просто тишина.
— Миссис Фостер? — спросил он.
— Её здесь нет. Я не знаю, кто она.
Бл*дь.
— Её нет ни в одной из запрошенных мной картотек. Ни в Уайтчепеле, ни где-либо ещё поблизости.
Надеяться, что она там окажется, было слишком самонадеянно.
— Хорошо, — сказал Деверо. — Спасибо, что попытались. Я больше не буду вас беспокоить. Я был бы искренне признателен, если вы никому не расскажете об этом разговоре.
— Могу заверить вас, мистер Вебб, что я никому об этом не расскажу, — её голос звучал напряжённо. — Я проверю другие районы города и посмотрю, что смогу выяснить. Ни один ребёнок не должен быть обращён в… — она не закончила фразу; казалось, она просто не могла.
— Да, — согласился Деверо. — Не должен, — и затем, поскольку больше нечего было сказать, он повесил трубку.
Глава 10
Лицо Скарлетт выражало беспокойство.
— Это точные слова Мартины? «Мне нельзя»?
Деверо скрестил руки на груди и кивнул.
— И всё же она позволила мне сфотографировать её и отправить кому-то другому. Она знает, что я активно пытаюсь установить её личность, и не остановила меня.
Вампирша задумчиво постучала кончиком ногтя по своему единственному клыку.
— Это идеальная детская логика. Ей было сказано не раскрывать своего имени под угрозой страшной боли, но если ты сам выяснишь, кто она, то она сможет искренне заявить о своей невиновности. Она хочет, чтобы ты выяснил, кто она такая.
— Но она слишком боится сказать мне об этом сама, — Деверо кивнул. — В этом есть определённый смысл.
— Конечно, есть и другое объяснение, — пробормотала Скарлетт.
Он взглянул на неё.
— Другой оборотень внушил ей держать рот на замке, — она приподняла брови. — Кто-то же обратил её. Кто-то выжег это клеймо на её коже. Само собой разумеется, что тот, кто это сделал, пытался держать её в узде. К сожалению, если так, то это ненадолго. Ни один живой оборотень не сможет удержать под контролем обращённого подростка. Возможно, именно поэтому она убила двух человек — тот, кто обратил её, потерял над ней контроль, и она сорвалась. В любом случае, сейчас эта маленькая девочка, вероятно, самое опасное существо во всём Лондоне. Оборотни не могут позволить себе ещё одну пиар-катастрофу. Не сейчас. Если они узнают о её существовании…
— Они этого не сделают, — прорычал Деверо.
По лицу Скарлетт было видно, что она ему не поверила. Не желая обсуждать этот вопрос, он сменил тему.
— Нам нужно обсудить кое-что ещё, — вкрадчиво произнёс он. — На самом деле, две вещи.
— Ммм?
— «Сердце».
В уголках её губ промелькнула едва заметная улыбка. Она протянула руку и положила её ему на грудь.
— Ты имеешь в виду твоё сердце? Оно потеряно?
— Нет, — ответил Деверо, не делая попытки убрать её руку. — И нет, — воцарилась пауза. — Но есть один молодой полицейский, который, возможно, потерял своё.
Скарлетт опустила руку.
— Ты имеешь в виду констебля полиции Фреда Хакерта?
Деверо выдержал её взгляд.
— Что случилось?
В ответе Скарлетт не было и тени смущения.
— Я соблазнила его, как злая роковая женщина-кровопийца, какой я на самом деле и являюсь. Затем, когда он мне надоел, я бросила его.
— Он влюблён в тебя.
— То, что чувствует Фред — это не любовь. Это не более чем мальчишеская похоть и желание обладать тем, что он не может заполучить. Он переживёт это.
Деверо скрестил руки на груди.
— Довольно холодно, не так ли?
— Я не давала ему никаких обещаний. Я не виновата, что он увидел в нашей короткой интрижке больше, чем следовало бы, — она холодно посмотрела на него. — Это всё? Или ты собираешься сказать, что я гадкая вампирша, раз играю с маленьким полицейским?
Деверо в ответ пожал плечами.
— Мне на него насрать. Но что меня беспокоит, так это то, что ты использовала то дерьмо, которое вы в «Сердце» распространяете по вентиляции, и заставила меня излить тебе душу.