Игра в невесту (СИ)

— Хорошо, тогда потом принеси, — попросил Стас, обвивая мою талию руками, — Если бы ты не приходила ко мне, то я бы точно умер со скуки.
— Ох, милый мой… — горестно протянула я, — Если бы не чудо, то ты бы действительно умер. Для меня жизнь бы тогда прекратилась.
— Ну-ну, не говори так, — Стас приложил свой большой палец к моей нижней губе, — Разве я смысл твоей жизни?
Он задал вопрос, на который и сам знал точный ответ, но явно ожидал услышать его от меня. Я улыбнулась, качая головой.
— Весь мир… Вселенная… — ответила я, и лицо Стаса вновь начало светиться от счастья. Вложив мои щёки в свои ладони, он сладко меня поцеловал. Так нежно и чутко, словно желая после долгой разлуки вновь ощутить вкус моих губ на своих, прочувствовать каждое моё движение и вздох.
— Я прошу прощения… — из-за спины послышался женский кашель. Мы прервались, и я повернула голову к двери, где стояла медсестра, осуждающе смотря на нас, — Я дико извиняюсь, что помешала возлюбленным, но время для посещения окончено. Больному нужен покой, приходите завтра.
— Да, конечно, — я слезла с постели, поправляя расправившуюся рубашку, — Хорошего дня, — кинув в сторону Стаса последний взгляд, я поспешила удалиться из палаты, чувствуя как мои щёки начинают краснеть от всей неловкости ситуации. Но счастливая улыбка не покидала моего лица всю дорогу до дома.
— Тётя, я такая счастливая, такая счастливая! — с самого порога воскликнула я, бросаясь обнимать тётю Олю, — Я так люблю Стаса! Мы с ним всегда будем вместе!
— Ох, Лиса… — тяжело вздохнула тётя, — Ты так настрадалась из-за этого мужчины, столько слёз пролила…
— Тётя, это в прошлом! Теперь у нас всё будет просто замечательно! Как мы и мечтали!
— Дай бог, — тётя сделала повторный вздох, а потом опустила одну руку на мой живот, — Стас знает, что у вас будет сын?
Я закивала, не переставая улыбаться.
— Он обрадовался.
— Попробовал бы он не обрадоваться, — буркнула тётя, — Сам же ребёнка сделал.
— Стас, как увидел фото с УЗИ, ничего не понял. Сказал, что пятна какие-то.
— Я ведь тоже ничего не поняла. На ранних сроках толком ничего не видно. Только врач может точно определить пол будущего ребенка.
— Пойдём выпьем чаю? — предложила я.
— Ладно. Тогда иди поставь чайник, а я принесу коробку печенья. Соседка угостила. Говорит сама пекла.
Я кивнула и отправилась на кухню, где сразу же заметила перестановку. Стулья были расставлены как-то иначе, а на столе лежала новая скатерть. Старый сервис, который тётя всё никак не хотела выбрасывать, ссылаясь на то, что это подарок какой-то её далёкой подруги, лежал в мусорном баке.
— Решила сделать перестановку? — в лоб спросила я, когда тётя зашла на кухню.
— Да. Что-то настроение было такое. Захотелось прибраться, всё переделать, поменять местами, — тётя подошла к столу, кладя на него большую коробку, — Вот то печенье. Обязательно попробуй.
— Лучше бы ты дала мне его с утра. Я бы отнесла в больницу к Стасу.
— Ничего страшного. В другой раз, — отмахнулась тётя и принялась открывать коробку, — Его, кстати, когда выписывают?
— Уже завтра, — ответила я, сжимая руки в кулаках от нетерпения.
— Ну вот. Завтра поедете домой и всю оставшуюся жизнь проведёте вместе, — монотонным голосом произнесла тётя, даже не глядя в мою сторону.
— Мне кажется, или тебе не нравится, что я буду снова жить со Стасом? — прищурилась я
— Почему сразу не нравится? — тётя наконец подняла голову, — Вы взрослые люди. Тем более будущие родители. Кстати, когда вы планируете свадьбу?
— После родов, — ответила я, откусывая печенье, — М-м-м… И вправду вкусно…
— Как после родов? — ахнула тётя, — А почему не сейчас? Стас ведь уже здоров.
— Ну мы так решили. Я рожу, тогда и сыграем свадьбу, — пробормотала я, закидывая себе в рот ещё кусочек печенья.
— Дай бог, чтобы всё это было во благо, — медленно покачала головой тётя, осуждающе глядя на меня, — А то вы всё тянете и тянете. Так и к 30 годам не поженитесь.
— К 30 точно поженимся, — усмехнулась, — А если быть точнее, то к моим 23.
 
— Так это ведь уже через неделю? — напомнила тётя, будто бы я могла забыть о собственном дне рождения.
— Знаю.
— А твой Стас хоть знает? — спросила тётя, и я развела руками, — Как же это так? Жених не знает даты рождения своей невесты?
— Мы как-то не говорили об этом. Но зато я знаю, когда день рождения Стаса.
— Надеюсь, что и он удосужился узнать о тебе хоть что-то.
От хмурого настроя тёти я насупилась, закатывая глаза.
— Ну ты чего? Чем тебе так не угодил Стас? Я же вижу, что ты его недолюбливаешь…
— А за что мне его любить? — всплеснула руками тётя, широко распахивая глаза, — Ты нашла себе не мужика, а кучу проблем, из-за которых ты пролила немало слёз. Вон уже седые волосы на твоей голове. А тебе только 23 будет.
— Правда? Седые? — я схватилась за телефон, разглядывая в экране свои волосы.
— Конечно. Стас очень непостоянный. Все эти его фиктивные помолвки, крики, что он не хочет детей. Алиса, это ненормально. Сколько ты проплакала из-за этого мужчины…
— Тётя, но ведь это всё в прошлом…
— Алиса, а где вероятность, что подобное не повториться снова? Ты веришь, что больше не будешь лить слёзы из-за него?
Слова тёти зародили в моём сердце сомнение. Я неуверенно кивнула.
— Но я ведь его люблю… Да и Стас меня…
Последние слова я произнесла очень растерянно и нерешительно.
— А ты в этом уверена? — тётя наклонилась вперёд, беря мои ладони в свои, — Никогда раньше Гордеев Стас не афишировал свои отношения. Я так полагаю, что он ну очень непостоянен… Алиса, моя девочка, прошу тебя, будь осторожна со своей любовью… Хоть бы ты не обожглась о ту страсть, которая сейчас бушует в твоём сердце…
— Тётя, всё в порядке, — я провела большим пальцем по ладони тёти и спрятала обе свои руки под стол, — Можешь не волноваться. Стас сейчас совсем не такой, каким был в нашу первую встречу. Он изменился.
— Глупо верить в то, что мужчины способны меняться, — отворачивая голову, буркнула тётя Оля, — Но я тебя предупредила. Твой Стас не такой хороший, как это видят твои влюбленные глаза.
— Тётя, я знаю, — с улыбкой произнесла я, — Он довольно скрытый, но очень милый и добрый. Тебе не о чём волноваться. Стас правда любит меня.
— А он тебе говорил об этом?
Вопрос тёти застал меня врасплох. Я замерла, раздумывая над тем, что и так отлично знала. Я действительно ни разу не слышала от своего возлюбленного этих простых трёх слов. Стас даже не намекал мне, а когда я спросила его в лоб, очень умело выкрутился.
— Я же говорю, Стас очень скрытный и серьезный. Добиться от него слов «я тебя люблю» непросто.
— Ох! — тётя Оля вздохнула, качая головой, — В который раз убеждаюсь, что ты выбрала себе не мужчину, а кучу проблем на свою голову. Это же самый настоящий камень… Камень, ради которого ты готова на всё…
— Да… Камень… — я скрестила руки на столе, кладя на них голову, — Мой камень…
— Влюбленная дурочка, — повторно вздохнула тётя, продолжая качания головой, — Что же мне с тобой делать?
— Понять… И простить… — протянула я и тут же громко рассмеялась.
— Надеюсь, мой внук возьмёт от своих родителей только лучшие качества.
— Не сомневайся. Наш сын будет самым красивым и умным, — с широкой улыбкой ответила я и добавила: — Как Стас…
— В таком случае мы с ним настрадаемся! — воскликнула тётя, закатив глаза.
Я приоткрыла рот, чтобы что-то возразить, но в соседней комнате зазвонил телефон. Тётя побежала туда и ближайший час провела в гостиной на диване, болтая по телефону.
Наутро я проснулась в приподнятом настроении, потянулась и взглянула на часы.
«Уже через два часа мы со Стасом будем вместе. Его выпишут из больницы, и мы наконец поедем домой. Как же долго я ждала этого дня…»
В горле я чувствовала очередной приступ тошноты, головная боль снова дала о себе знать. Но мысли о предстоящей встрече туманили всю боль, заставляя улыбаться от снова и снова.