Зима в сердце (СИ)
- Эмм... нет. Спасибо, Данил. Надеюсь, ты понимаешь, - я говорю быстро, потому что чувствую, как взволнована, - вернее, знаешь, что если откажешься возвращаться в СИЗО, то последствия побега могут быть очень серьезные. Даже при том, что ты не виноват в поджоге!
- А что, я так небезразличен тебе?! – интересуется, подходя поближе.
- Да.
- Почему?
- Потому что ты мой ученик, - отвечаю твёрдо, - и просто хороший человек.
- Это всё?
- Всё.
- Тогда скажи, почему у тебя нет парня?! – я слышу в его голосе агрессию.
- Данил! Ну причем тут это? - меня шокирует резкая смена темы, - мы же говорим о твоей судьбе… А ты о чем?
- И я о том же, - прожигает взглядом, - ответь. Так почему?!
- Ну, блин-оладь, - психую. Речь идет о его возможном переводе в колонию для малолетних преступников, а он достает меня каким-то несуществующим парнем, - Зимин! Это мое дело.
- Ладно. А почему тогда мои дела - твои? - замечает резонно.
- Я уже сказала. Ты мой ученик, - жалко повторяю. Мне уже не нравится этот лихорадочный блеск его глаз и странное состояние. Он ведь не выпивший? Не похоже. И характерного запаха нет. Курили они здесь что-то, что ли?!
- Тогда почему здесь не химичка, например, а ты? Я тоже ее ученик, - уточняет, делаясь привычно-дерзким. Подходит и кладет свои лапы на столешницу позади меня, по обе стороны, да так, что не получается даже отвернуться от него!
- Потому что это мой дядя работает в милиции, - стараюсь говорить уверенно, - а не химички! Данил, отойди, пожалуйста.
- То есть все только ради того, что я твой ученик?! – смеется, даже не думая сдвинуться хоть на сантиметр, - ты уверена? Что-то мне подсказывает, что химичка так бы не заморачивалась. А ты решила заморочиться?
- Ну, может я добрее, - улыбаюсь ему, - ладно, ты умный, не спорю. Умеешь думать!
- Я просто давно все понял про нас, - он снова говорит серьезно. И это пугает.
- Какой-то бред, Данил! - в нарастающей панике, я хватаюсь за кисти его рук, чтобы оттолкнуть от себя.
- Я же еще ничего не сказал тебе, а ты говоришь – бред…
Какие-то секунды просто смотрим друг на друга. Потом Зимин неожиданно отступает от меня сам.
Мрачный, он отходит к окну и, засунув руки в карманы, недолго размышляет о чём-то. За стеклом уже давно темно, если не считать света фонарей и витрин магазинов. Я так долго не смотрела на часы, что даже не знаю, который сейчас час...
- Дань, - мягко зову его. Он тут же поворачивается и возвращается ко мне. Слишком близко. Привычно пячусь.
- Ну что, подумал? На кону твоя музыкальная карьера, - захожу в этот раз с главного «козыря».
- К черту карьеру, - отвечает он без пауз, применив, вообще-то, более резкое слово, - я вернусь в СИЗО! Один, прямо сейчас. Тебе даже не придется вести меня за ручку. И сделаю все, как скажешь… Только у меня есть условие.
- Какое? - с готовностью откликаюсь.
- Только если мы потом поженимся, - впивается в меня напряженным взглядом.
Повисает дурацкая пауза. Я весело хмыкаю, не в силах сдержать улыбку. Думала, что Зимину уже сложно меня чем-то удивить, но нет! Он терпеливо дожидается, пока я беру себя в руки и справляюсь со смехом.
- Данил, как ты говоришь, хорош! Сейчас не время для шуток.
- Значит, все остаётся как есть.
- Ты ребенок, Данил, забыл?! – не выдержав, кручу ему пальцем у виска, - ну, ничего страшного, бывает. Окончание школы, музыкальные премии и Соммерты кружат голову, да? Ты чувствуешь себя взрослым. Но это не так. Детям в нашей стране запрещено жениться, уж извини…
Меня снова душит смех, хотя я изо всех сил стараюсь даже не улыбаться.
- А с восемнадцати? Я в курсе, не дергайся так, - спокойно продолжает он, - с восемнадцати женят?! Или с двадцати одного?
- С двадцати одного, кажется, - вру, не моргнув глазом.
- Ладно, я проверю, - Зимин снова хитро улыбается, - а восемнадцать мне всего через три с половиной месяца, дорогая, любимая моя Антонина Сергеевна!
Мой приступ смеха пропадает так же внезапно, как и накатил. Я снова боюсь неадекватности Зимина.
- Эээ… Но ты же талантливый музыкант! – меня хватает только на этот «бледный» аргумент.
- И что?
- А в голове, мхм… такая каша. Речь идет о твоем будущем!
- Мне все равно. Я назвал условие, - перебивает. На лице его ноль эмоций. Стоит надо мной, снова скрестив руки на груди и уставившись немигающим взглядом.
Ситуация нелепейшая. Это я чувствую себя сейчас маленькой девочкой, а Зимина - коварным взрослым, пытающимся меня перехитрить! Он даже не спорит со мной, не давая тем самым повода для новых, более убедительных аргументов. Недолго молчим.
- Что ж, очень жаль! – я говорю искренне, серьезно, - ты пока не вполне адекватен в силу возраста, но времени на то, чтобы набираться ума, у тебя, к сожалению, нет.
Решительно выхожу из кухни. Зимин, помедлив, идёт за мной. В коридоре молча наблюдает за тем, как я медленно обуваюсь. Парни из комнаты больше не проявляют к нам интереса, даже Тяпа. Все они дружно пялятся в ноутбук, что-то обсуждая.
- Подожди, провожу! Поздно уже, - наконец, изрекает Зимин. Он хитер, но зря считает, что я дам заморочить себе голову.
- Думаю, что ориентировку на тебя уже дали, - откликаюсь, - а наш городок, ты сам знаешь, маленький. Так что лучше не надо.
- Тогда подожди. Попрошу кого-нибудь, - он скрывается в комнате, несмотря на мой протест, и выходит оттуда с тем парнем, который открыл мне входную дверь.
- Это Дэн, - коротко его представляет, - проводит тебя.
Я неловко топчусь на пороге. Может, и правда? За окном непроглядная темень, поздно. Пусть хотя бы до остановки. Парень кивает Зимину и быстро обувается, накинув куртку. Тот по-прежнему стоит молча, облокотившись о дверной косяк.
- У тебя телефон есть? - робко спрашиваю я его, уже выйдя на лестничную площадку.
- Да, - улыбается. Мы стоим и молчим дальше, пока этот Денис не спрашивает меня с оттенком неудовольствия:
- Ну что, пойдёмте?
- Сейчас, - я злюсь на Зимина за то, что он фактически вынуждает меня проявить инициативу, - Данил, какой у тебя номер?
- Диктуй ты, - он достаёт из кармана телефон и с моих слов записывает номер. Тут же набирает и, убедившись, что в моей сумке раздается звонок, сбрасывает.
- А это мой.
- Ладно, пока, - ухожу. Очень злая.
Глава 17 Обещаю
- Тонечка, привет. Давай-ка сразу после работы ко мне! Новости есть, - звонит и выдает мне с утра дядя Ваня, едва я просыпаюсь. Вопреки всем ожиданиям, Зимин никак не проявил себя вчера вечером - ни звонками, ни смс-ками. И ночью, кстати, тоже.
Хотя наверняка ведь мучительно думал о многом. Я разговариваю по телефону негромко, чтобы не разбудить девчонок. На часах семь пятнадцать утра. Вчера я заснула только под утро, поэтому почти проспала.
- Да что случилось-то?!
- Ты нашла Зимина? – по его голосу слышу, какой он уставший после суточного дежурства.
- Нашла, - докладываю без энтузиазма.
- И?
- Не пришел? Я сказала ему, что хотела. А что там за новости, дядь Вань?
- Не по телефону, ладно? – он выдерживает паузу, - но если в двух словах, то виновный установлен. И это не Зимин! Подробности вечером. Просто на всякий случай - к десяти утра ждём начальство из командировки, а в девять у нас пересменка! Если Зимин не явится, то помочь ему ничем не смогу даже я. То, что он не виновен, не снимает с него ответственности за побег.
- Не виновен, вы сказали? А уже установлено кто, да?! – уточняю, чувствуя, как от радости начинает шумно колотиться сердце. Слава Богу, с этой историей скоро будет покончено.
- Тоня, - сурово перебивает меня дядя, - услышь меня! Я не знаю, действительно ли тебя так волнует его судьба и почему. Но у Зимина из-за побега будет уже второй привод за этот год, и колонии ему теперь уже, наверное, не избежать.
- Я поняла, - быстро отвечаю. Мысли крутятся в голове нестройным потоком, - спасибо, дядь Вань! Сделаю все, что смогу. Еще раз попробую уговорить его. Перезвоню вам!