"Метель или Барыня - попаданка 2. На перекрестке дорог." (СИ)
Вот такая смесь зданий различных религий, многие из которых сохранились и до наших дней и действуют сейчас, поразила и захватила попаданцев на Невском проспекте и прилегающих улицах.
Проспект еще не принял свой классический вид, многие здания, прославившие его, будут построены позже, но уже сейчас чувствовался его потенциал, он уже поражал приезжих и жителей города.
Недаром Иван Пушкарев, один из авторов того времени, писал:
"Вот Невский проспект, предмет водевилей, эпиграмм, повестей и рассказов. Не бывавши даже в Петербурге, вы может быть слышали о Невском проспекте в какой-нибудь отдаленной деревеньке, в кругу семейств, посещавших нашу северную столицу. Добрые помещики любят развлекать однообразие сельской жизни, скуку семейных вечеров разговорами о Невском проспекте, о пышности и великолепии его магазинов, кондитерских, гостиниц, о красоте и ловкости магазинщиц и необыкновенной услужливости магазинщиков, о превосходной перспективе для прогулок, для приятных ощущений".
Так и наши герои, думается, в имении будут вспоминать о городе, "которого уже нет" в будущем, но который предстал перед ними во всей красе здесь и сейчас в прошлом-настоящем.
Пока же за Фонтанкой была ещё преимущественно частная купеческая застройка с большей степени деревянными домами, с огородами и заборами. Параллельно Невскому проспекту за Фонтанкой селились дворцовые служащие, там и сегодня улицы и переулки сохранили свои названия по их занятиям (Свечной, Кузнечный и т.п.).
Торговые здания располагались от Екатерининского канала (ныне канал Грибоедова) и до Садовой улицы по нечётной стороне. Больше торговых точек в то время было на Садовой улице от Невского проспекта и до Сенной площади, на которую и шли. На углу канала и проспекта располагались Милютинские ряды с лавками, за ними дом купцов Яковлевых, далее каменная аркада Серебряных рядов, за которыми виднелась Башня городской думы
А уже за Думой располагался знаменитый и поныне Гостиный двор - торговый центр Петербурга, а уж за ним и Садовая улица, на которую надо повернуть, чтобы попасть к Спасу на Сенной.
Гостиный двор был открыт, но друзья только прошли мимо, торопясь в храм, но запоминали, что интересного можно посмотреть. А посмотреть было на что - сквозь зеркальные стекла, как в калейдоскопе, пестрели различные изделия с волшебными прилагательными: аглицкое, голландское, италианское, французское. Но очень часто они выходили из-под рук чухонских или русских мастеров и только выдавались за иностранные, как и сейчас, когда итальянские или французские товары чаще всего сделаны в Китае.
Оставалось пройти еще чуть менее половины пути, но все уже устали, и поэтому по общему решению стали искать извозчика, который довез бы до места. А вот и он, сам с шиком подлетел к нашей компании.
Извозчики были, как правило, из крепостных крестьян, приходивших в город, чтобы заработать денег на оброк. От извозчиков требовалось знание грамоты, чтобы они могли название улицы и номер дома прочитать. Но требование это соблюдалось с трудом - грамотных среди крестьян было мало. Проезд на извозчике стоил дорого - до 80 копеек, в зависимости от расстояния. Примерно столько же составлял дневной заработок мелкого чиновника, поэтому горожане предпочитали ходить пешком. Но, поскольку, оставалось доехать совсем немного до заветного места, Миша сторговался на 15 копеек.
Итак, местный "таксист", свернув на Садовую улицу, с шиком стал подгонять лошадку, и мимо проносились здания, одно за другим по разным сторонам дороги, у всех даже в глазах зарябило от быстроты смены картинки, и не успели путешественники оглянуться, как очутились около Апраксина двора, в складских и торговых помещениях которого велась бойкая торговля, несмотря на Великий Пост. Здесь они резко остановили извозчика, поскольку решили дальше пройтись пешком.
На рынке, так же как и сейчас, можно было купить практически все: от ягод, грибов и кур с поросятами, до редких ценных книг, золота и оружия. Даже названия линий Апраксина двора говорили о их назначении: Курятная, где торговали курами, Суконная - на ней торговали сукном, Фруктовая линия, Ягодный проезд и Яблочная площадь. Приказчики зазывали наших героев, но все решили сделать покупки позже, специально приехав за ними.
При входе на Сенную площадь располагалась Гауптвахта. Перед ней ещё в начале XIX века устраивали публичные порки крепостных, о которых и писал Некрасов. Помните:
Вчерашний день, часу в шестом,
Зашел я на Сенную;
Там били женщину кнутом,
Крестьянку молодую.
Ни звука из ее груди,
Лишь бич свистал, играя...
И Музе я сказал: "Гляди!
Сестра твоя родная!"
Ну а чуть далее и возвышалось здание Пятиугольной церкви Успения Богородицы с трехъярусной колокольней, которую называли "Спас на Сенной", к которой так стремились. Она сразу привлекала внимание - его величественное и просторное здание увенчивали пять куполов, расположенных на многогранных барабанах. Стоявшая рядом трёхъярусная колокольня завершалась слегка удлинённым куполом, к ней примыкала высокая трапезная. Здание как бы парило в небесах, удивляя своими пропорциями и изяществом.
Войдя во внутрь, наши герои поразились красоте высокого вызолоченного иконостаса с иконами середины 18 века, который считался одним из лучших в столице. В церкви был также установлен престол с золочёной ротондой, украшенной серебряными барельефами, отличавшийся совершенством художественной чеканки. Весивший более 100 килограммов уникальный престол был пожертвован в 1786 году создателем храма, богатым откупщиком Саввой Яковлевым (Собакиным), который также преподнёс храму плащаницу малинового бархата, шитую серебром, золотом и жемчугом. Вот ее вынос и ждали посетители храма, внимая службе. Всех охватило общее ощущение ожидания чуда и оно состоялось - плащаница, чье появление так долго ждали, была поистине чудесной.
Выйдя из храма, все долго молчали, переживая чувство единения друг с другом и другими прихожанами, то чувство "благодати Божьей", которое так редко посещает сейчас современных людей. После долгой службы единогласно решили ехать на извозчике. Он уже вез всех медленно, так как на улицах явно увеличилась интенсивность движения. По улицам уже резво скакали верховые, неслись кареты, коляски и дрожки, возки, дормезы и скромные тарантайки.
В одном месте встретилось даже такое привычное явление современности, как транспортная "пробка", которая образовалась из-за ДТП образца 19 века - столкнулись и никак не могли разъехаться возок и тяжелая фура. Крики, ругань, свистки полицейских, советы со всех сторон сопровождали это происшествие также, как и в будущее время. Но вот, наконец-то, возок с трудом объехал фуру, которую откатили чуть в сторону, и движение вновь возобновилось.
Так, потихоньку- полегоньку, и возвратились в трактир. Скромно перекусив, все, кроме Натальи, легли отдыхать. Она же, пользуясь моментом и сказав, что хочет узнать про билеты, вышла в подсобное помещение гостиницы и перенеслась в будущее, чтобы пополнить еще запасы. Она делала просто - заходила в ближайший магазин и смотрела, что можно купить.
Были куплены еще спицы, крючки, иголки, нитки, разная рассыпная мелочь, которую она спрятала в сумочку, чтобы не особо было видно, а потом, вернувшись назад, действительно подошла к хозяйке и попросила ее узнать, можно ли приобрести для них три места на выбранный спектакль на любую ближайшую дату на Пасхе, на что ей обещали помочь в этом. Ну что же, теперь и ей можно немного отдохнуть.
Вечером, как и собирались, все посетили вечерню службу в Конюшенной церкви и помолились, каждый о своем. Наталья просила осуществления всех своих задумок, желала здравия своим друзьям, вспоминала Александра и просила помощи ему в его нелегкой службе. На этом очень насыщенный день закончился, и все разошлись отдыхать.
Глава 38. Пасхальные радости.
Глава 38. Пасхальные радости.