Пират Императрицы (СИ)
Иван украсил лицо той же ухмылкой, что была у старика. Он порылся свободной рукой в сумке и бросил на стол блеснувшее богатством ожерелье. Старик так и замер, уставившись на украшение. Он взял его дрожащими руками, рассматривал некоторое время, после чего вздохнул:
-Идём.
Спрятав ожерелье в карман, старик привёл Ивана с Настей в другую комнату, что находилась недалеко от его спальни. Здесь стопками лежала разная чистая одежда, от богатой до бедной. Выбрав подходящую, Иван и Настя незамедлительно переоделись за находящимися там ширмами и вышли к спокойно ожидающему их старику.
Тот всё время сидел у двери на стуле и крутил в руках ожерелье. Восхищению в его глазах, той радости, что сияла сквозь навернувшиеся слёзы, Иван невольно подивился, хотя и терзало чувство обиды, что без платы никто никому не поможет. И не потеря данного богатства волновала. Спасение жизни возлюбленной было важнее...
Старик молча махнул Ивану с Настей следовать за ним, а ожерелье всю дорогу прижимал к груди, как самое дорогое на свете, что наконец-то, пусть и на закате жизни, получил. Пройдя через двор, старик привёл их на конюшню и открыл дверцу последнего из коней...
-Счастливого пути, - отдал он уздцы Ивану, так до конца и не доверяющего ему.
Когда же Иван и Настя уже сидели верхом и были готовы умчаться прочь, старик неожиданно похлопал по сумке Ивана, что свисала у его бедра. Иван оглянулся на старика и пришпорил коня. Всё, что заметил он и Настя, - улыбку старика и как он махал им вслед рукою, словно провожал дорогих людей в добрый путь...
Когда же утро подступило, а город, что покинули, уже давно не был виден, Иван замедлил ход коня.
-Странный старик, но он помог нам. Хорошо, что французским владеет он, так хоть вы смогли поговорить, - вздохнула Настя, так и видя того человека в своих воспоминаниях.
-Душа моя, - ласково одарил Иван её поцелуем в щёчку. - Кого купить можно, тот ничего не стоит сам... Не верю в такую доброту, что он проявил к нам. Нас быстрее поймают, чем мы добрых людей отыщем.
-Мне кажется, он нам в сумку что-то положил, - задумчиво говорила Настя. - Мне так показалось.
Иван остановил коня и открыл сумку. Настя тут же улыбнулась тому блеску, что сразу стал радовать их глаза. Она достала из сумки ожерелье, и они поняли — старик отдал им это украшение, действительно, помогая от души.
-Видать, понял, что в беде мы, - Настя казалась сейчас такой счастливой, что тёплая волна тех же чувств прокатилась и в Иване...
Глава 61
Останавливаясь лишь чтобы отдохнуть и поесть, Иван с Настей добрались до нужного им городка. То был небольшой голландский город Аудеватер (Oudewater) со старинными то каменными, то деревянными домами, на крышах которых часто можно было видеть аистов и их гнёзда. Казалось, здесь веет иным духом, чем-то более чужим, настораживающим.
Люди смотрели с опаской, отступая чуть в сторону или ускоряя шаг, чтобы скрыться куда подальше. Затаив дыхание, Настя не смела даже что сказать или спросить у любимого. Тот же обнимал её одной рукой за талию, другой управлял конём. Он так же замечал реакцию жителей вокруг, но понимал, что те просто уже из века в век напуганы присутствием в их городе такого количества девиц, подозреваемых ведьм...
Вскоре подъехали к зданию весов для ведьм, на котором вывеска и созданная на камне картина говорили сами за себя. Спустившись на землю, Иван оставил коня на привязи и помог любимой спуститься. Обнимая её, видя, как она взволнованна и напугана, Иван прошептал:
-Уверен, ты тяжелее их стандартов, хоть и стройна, как берёзка, иначе бы не приехали сюда. Получим сие свидетельство и будем его хранить.
-Может я не тяжелее. Откуда тебе знать? Ты был здесь? - смотрела взволнованно Настя, невольно бросая пугливые взгляды на засматривающихся строгих прохожих.
-Был. Мы останавливались в Голландии, чтобы запастись материалами, в том числе и канатами. Именно здесь, в этом городе производят лучшие корабельные канаты. Слышал множество легенд местных. Взвешивают девушек здесь честно, хоть и дорого.
-Сколько же? - расширились глаза Насти.
-Ожерелья нашего должно хватить, - засмеялся Иван. - Но если бы и не хватило, есть одно место здесь, где можно поживиться.
Он приблизился к уху возлюбленной и прошептал:
-Некоторые из наших здесь свои богатства прячут. Не хватит, лишу их части.
-Это не честно, мне совестно, - вздрогнула Настя.
-А тебя обвинять честно? - строго взглянул Иван, и она растерялась совсем, ничего не ответив.
Только обидеть или ещё сильнее напугать любимую он не хотел. Поцеловав ей ручки одну за другой, Иван приложил её ладони к своим щекам:
-Прости, голубка моя...
Оглянувшись на выходящих из здания весов ведьм двух мужчин в простой одежде, они не стали ждать дольше. Войдя туда, сразу предстали перед собравшейся толпой великосветских господ и несколько людей из народа, которые что-то кричали и пытались доказать...
-Ванечка, уйдём... Не похоже на честный суд, - разволновалась Настя так, как никогда, но оказалось уже поздно.
Иван не успел что сказать. Грузный мужчина в белокуром парике и с лентой через плечо указал рукой на Настю и что-то воскликнул, указав при этом другой рукой поспешить исполнять его волю. Все тут же стихли и расступились. Подбежавшие две женщины-прислужницы схватили Настю под руки и увели за одну из дверей.
Иван было кинулся следом, как грузный мужчина остановил рукою в грудь и сообщил на французском языке, что следует написать бургомистру заявление о проверке данной особы, которую привёл, заплатить тому, заплатить секретарю, весовщику и судье. Вытаращив глаза, Иван слушал каждое слово и ужаснулся, когда было добавлено, что девушку проверят только когда все условия будут выполнены и если она не потеряет сознание прямо у весов.
Не желая выслушивать всё до конца, Иван полез в сумку и достал оттуда ожерелье. Ни на что иное не надеялся, как скорее получить нужную бумагу и уехать в Россию. Он попросил о выдаче свидетельства, что Настя не является ведьмой, и экипаже вернуться в Россию.
Сияние украшения тут же заняло внимание всех вокруг. Будто никогда ничего подобного в жизни не видели, будто это - некое чудо, что может принести каждому нечто давно желанное. Приняв ожерелье, как плату, проверка Насти было устроена немедленно. Ивана пригласили вместе со всеми, кто там ещё был, пройти в зал и встать чуть в стороне от весов, чтобы каждый мог лицезреть весь процесс...
Двое деревянных моста свисали с потолка на верёвочных канатах. На одном уже стояли тяжеленные гири, другая часть была чуть выше и предназначалась для того, кого будут взвешивать. Иван сглотнул нервный комок в горле, когда дверь в зал открылась и ввели завёрнутую в тонкое полотно Настю. Совершенно обнажённая, на вид спокойная, она прошла к весам и остановилась.
Одна из женщин-прислужниц ей что-то шепнула и чуть подтолкнула к весам. Настя плотнее прижимала к груди на вид нежную ткань, сквозь которую еле-еле проглядывали все её прелести. Сделав шаг на весы, Настя села на колени и опустила взгляд вниз...
Эта минута казалась часом. Все вокруг уставились на неё, потом на весы, стали шептать, переговариваться. Иван любовался любимой, уже видя, что всё прекрасно и как сама она сказочно прекрасна. Прослезившись от радости, он еле сдерживал себя, чтобы не кинуться к ней,... не похитить ото всех на свете немедленно...
Он разглядывал каждую линию её тела, волн распущенных волос, что каскадом спадали с плеч, к груди.... А та была столь прекрасна, пышна, упруга,... так виднелась через кружева материи... Иван словно попал в сказку, существование которой раньше не заметил. Снова проклиная себя, что не позволил судьбе соединить его с Настей раньше, Иван стоял, как в тумане...
Будто сама удача взяла Настю за руку и помогла спуститься с весов. Её подвели к Ивану, вручая, как заслуженную награду, а следом за этим на лежащей на столе судьи бумаге были поставлены различные печати...