Поручики по Адмиралтейству (СИ)
И знаете, продержались, с трудом, но смогли. Ниже пяти тысяч метров не спускались, да и один из германцев тоже на этой высоте свободно себя чувствовал, от него в основном и бегали, аэропланы улетели ни с чем, однако «Цепеллины» гоняли нас, ох гоняли. Двое на собрата внизу поджидали, преследуя и третий пытался нас нагнать и вниз спустить. У него шансы были, пушки стояли на гондоле, пусть и мелкого калибра, поэтому на дистанцию выстрела я его не подпускал, благодаря шести моторам, удерживал в отдалении. Правда, топливо так быстро уходило, что вряд ли его на обратный путь хватит. Надо пару бочек незаметно полнить запасами из хранилища. Я прорывался и убегал, те за мной. У них парусность пусть меньше, и ветер боковой, сносило сильнее, но похоже движки неплохие стоят, мощные. Хорошо без повреждений обошлось, ни одного я ближе чем на два километра не подпускал, а ночью просто оторвались на скорости, до этого я их далеко не отпускал, и ушёл. В первое время нас ещё держали прожекторами, преследуя, но потом упустили, и мы, сделав несколько кругов, меняя курс, оставив сеть из германских дирижаблей в стороне, те явно спешат к Данцигу, направились к Штеттину. Вся команда чуть ли не вповалку, тяжёлый день, отдыхали все, кроме вахтенных, пользовались свободным временем. Губин в домашнем халате в душевую прошёл, первым успел. Любитель этого дела. Главное успеть всё за ночь сделать, мы сейчас недалеко от прусского берега находились, до Штеттина час лететь. Чёртов ветер, что мешал убегать от германских дирижаблей, я уже подумывал порваться через них и уйти вглубь суши, тут как раз помогал, подгоняя к берегу. В городе сразу поднялась тревога, видимо шум моторов услышали, а после удара по Данцигу, посты наблюдения явно были усилены. Тут под боковым ветром пришлось часть пути идти, потому без моторов никак. Прожектора не мешали, их просто не использовали, явно стоял режим светомаскировки. Ну этим они нам на руку играют, хотя солнечные очки были наготове, как и пулемётчики, задача которых гасить прожектора. Небо чистое, германских дирижаблей не вижу, можно работать. Броненосец был на месте, так даже и не один. Явно разных типов, но устаревшие лет на десять-пятнадцать, не современные дредноуты. Видно используются как учебные, или как корабли береговой обороны. А может и совмещают. По сути утопление этих галош нам ничего не даёт, кроме морального удовлетворения, но и потопить их не просто, палубы имеют серьёзную броню. А у нас осталось шестнадцать тяжёлых бомб, и семьдесят четыре средних. В Данциге мы хорошо порезвились, да и ранее с «Наутилусом» тоже, бомбы тратили без экономии, два промаха, блин.
Задачи нанести большие потери не стояло, главное пошуметь, навести панику, чтобы местные пруссы орали и звали на помощь. Надеюсь поможет и над Данцигом будет чистое небо. Первый заход оказался удачным, пусть одна бомба легла у борта, но вторая попала точно во вторую дымовую трубу, снеся её к чёрту. Дирижабль висел на месте, Бета удерживал, убирая снос, так что скинули вторую пару тяжёлых бомб, с двух километров, так даже нас подбросило, когда у броненосца произошёл подрыв пороховых погребов на носу. Изувеченный корабль быстро ложился на борт, задирая корму, а у нас осталась двенадцать тяжёлых бомб, и мы смещались ко второму броненосцу. Нас сразу после подрыва первой пары бомб, осветили чем могли, и пулемётчики привычно работали короткими очередями. С десяток прожекторов уже погасили. Стоит отметить, что в основном это были корабельные прожектора. Второй броненосец уже поднимал якоря, когда на него полетела первая пару бомб, тяжёлые и уже подвешивали следующие, я планировал ещё одну пару скинуть, если потребуется. К слову, все тяжёлые складированы были в бомбовом отсеке, а вот средние в других местах равномерно. Потом цель склады на берегу, мелочь из боевых кораблей меня не интересовала, и уходим в открытое море, где сделав круг, уже углубимся на территорию суши. Тут прямое попадание, причём сразу двух бомб, я не знаю как, но у броненосца был вырван целый борт, и тот ярко полыхал. Всё это было внесено в боевой журнал. Дальше скинули три пары средних бомб на три грузовых судна, двое под шведскими флагами, два тонули и один полыхал, но тонуть пока не спешил. Ещё две пары средних бомб на два крупных портовых пакгауза сбросили, остальное вываливали на немалое количество военного имущества и снаряжения, что штабелями складированы под открытым небом. Горело и взрывалось красиво, там и склад боеприпасов был, ему тоже досталось, повалили несколько портовых кранов, причалы разбомбили, полностью разнесли железнодорожную станцию, шесть эшелонов горело, четыре паровоза уничтожено. Вместо часа, два тут работали, две пары бомб осталось, одна тяжёлых, и одна средних, но тут стали торопливо уходить в море. Бета наконец засёк все три германских дирижабля, что сюда спешили. Что-то долго они, два часа ждали. Ну и расстояние не сказать что большое между городами. В общем, ушли, пока те прочёсывали территории над морем, мы низами ушли вглубь суши и к Данцигу.
А там облом, машинный двор пуст, кроме двух тракторов в полуразобранном состоянии, оба гусеничные, надо же, уже есть, ничего интересного. Сообщив об этом команде, дал отбой угону, и «Феникс», сбросив на причалы тяжёлые бомбы, один портовый кран рухнул, и на целые склады пару средних, по одной скидывали, направился в сторону наших. А всё, пора возвращаться, весь запас бомб мы потратили. Сам в шоке. Два заградителя, турбинный крейсер, два броненосца, второй тоже взорвался и затонул, огонь до пороха добрался, потом угольщик, пять утопленных судов нейтралов и несколько горело. Сильное повреждение двух портов, и сожжено множество военных грузов и снаряжения. Серьёзный получился вылет, богатый урожай собрали. Пусть кто повторит подобный вылет. В анналы истории он точно войдёт. Вон, рейды братьев Баталовых в Русско-Японскую вошли в историю, даже на уроках в военных удилищах разбирали их. Теперь будут разбирать и этот вылет. Судно набирая скорость уходило прочь, с сторону фронта, наших территорий, немцы тут кстати тоже нашу армию разбили, и окружив, добивали, а остатки русской армии отходили, фронт не удержали, наши территории отдавали. История не поменялась, тут тоже генерал Самсонов командовал. Правда, «Гёбена» и «Бреслау» в Чёрном море не было, Турция пока нейтральна. Есть изменения, есть, но и то что в своей истории помню, тоже случалось. А пока же мы возвращались, с победой, и это все понимали. Причём я на принцип пошёл. Сказал, что хочу два грузовика на аэродром доставить, значит будут эти грузовики. Поэтому хоть и летели по прямой, поскорее до линии фронта добраться и к нашим, но поисковые работы вёл, выискивал какое авто. Желательно грузовое, они нужны на аэродроме, но и что другое подойдёт.
И ведь попалось. Правда не то что я искал, но интересное. Пленных обнаружил. Целую группу. Мой дирижабль пролетел над ними, на высоте километра, я чуть поднял корабль. Помочь я им ничем мне мог, поэтому только внёс информацию в журнал, где отдыхали пленные, у дороги, под охраной роты германских солдат. Рота почти три тысячи военнопленных охраняла. А наши утекали, сам видел несколько групп, что смогли это сделать тихо. Всё это за пару минут, что пролетал мимо. Охрана подняла голову, прислушалась, мы на моторах шли, и продолжила своим делом заниматься. Охранять. А чуть позже я обнаружил именно то что искал. Ну почти. С учётом того что противник сам в основном пользовался гужевым транспортом, найти у них авто было сложной задачей, а я нашёл. Причём сближался бесшумно, тут неплохой попутный поток, поэтому двигатели не работали. Да и топливо к концу подошло, я пока не пополнял бочки. Надеюсь у германцев бензин будет.
- Боевая тревога, - скомандовал я Сапегину через Альфу, и тот ударил по кнопке, поднимая команду.
Когда все были готовы, а Бета, поправляя мундир, прошёл на мостик, Альфа доложился капитану:
- Наблюдаю ночную стоянку на берегу реки. Есть грузовик с закрытым кузовом, модель та же - «Даймлер». Потом два мотоцикла с колясками, похоже в них установлены пулемёты, и легковой автомобиль. Три палатки стоит, большая взводная и две офицерских. Ну и двое часовых. Один у техники, второй у палаток. Они по левому борту от нас, в километре. Похоже не видят.