Людоеды в Петербурге. Новые красные против новых русских

— Вас к рации, капитан. — Голос шофера отвлек сыщика от осмотра места происшествия.
Детектив подошел к вездеходу. Взял трубку. Его срочно вызывал подполковник…
Войдя в кабинет шефа, Сыскарь мельком взглянул на лоснящуюся лысину и отдал честь.
— Садись, капитан. Как продвигается расследование? — спросил подполковник тоном человека, прячущего козырной туз в рукаве.
«У него явно приготовлен для меня неприятный сюрприз», — догадался сыщик.
— К сожалению, ситуация тупиковая, — вздохнул Сыскарь.
— Ничего. Сейчас я найду выход из этого тупика. Мне только что сообщили, что преступники, которых вы ищете, спокойно едут по городу в бежевой «волге». В их машине находится улика, раскрывающая ваши «тупиковые» убийства. Сиди. Сейчас их приведут сюда, а мы пока объяснимся с тобой.
— Послушай, Влад, мне как-то не по себе от этих клещей, — Стас покосился на страшное орудие, лежащее на заднем сиденье «волги». — Когда я думаю, что ими убили Жанну, мне хочется кричать. Надеюсь, ты не собираешься держать их дома? Может быть, заедем в мой гараж?
— Хорошо, — Влад резко свернул в боковой проезд.
Клещи завернули в полиэтиленовый мешок. Спрятали его под полом гаража.
— Давай оставим здесь и оружие. Не дело хранить его дома.
Влад молча скинул пиджак, снял висевший под ним автомат, протянул его блондину.
— Пистолеты клади туда же, — посоветовал он Стасу.
«Волга» снова вырулила на проспект и тут же была остановлена подлетевшими с трех сторон милицейскими машинами. Каскадеров выволокли из «волги», заставили положить руки за голову.
«Господи, благослови этого сумасшедшего за то, что он согласился свернуть в мой гараж, — подумал Стас, наблюдая, как тщательно патруль обыскивает «волгу». Он посмотрел на невозмутимое лицо Трюкача. — Парню везет так же, как везло на гонках».
Влад послушно вывернул карманы. Доброжелательно улыбаясь, позволил обыскать себя. Его узнали. Напряжение, всегда сопутствующее задержанию, спало. Влад знал, что в милиции много поклонников автоспорта, поэтому относился к милиционерам с той же терпеливой теплотой, с какой писатель относится к своим читателям или артист к зрителям, прощая им колкие замечания или шуршание фантиков в зале.
Впрочем, каскадеры не могли пожаловаться на грубость. Сгоряча их даже не огрели дубинкой. На прощание командир патруля протянул ему руку.
— Извини, Трюкач. Служба есть служба, — сказал он громко и чуть слышно добавил: — Кто-то тебя подставил, парень.
— Учту, — понимающе кивнул Влад.
Вальяжно откинувшись на спинку кресла, подполковник протянул сыщику чистый лист бумаги.
— Здесь ты напишешь объяснение по поводу затянувшегося следствия, после чего я рассмотрю вопрос о твоей пригодности к службе в уголовном розыске, — это первое. Второе — сейчас сюда привезут двух арестованных. Это как раз те люди, которых ты ищешь. И ты упечешь их на долгие годы, после чего вот здесь, — он взял в руки другой лист бумаги, — я напишу рапорт о представлении тебя к внеочередному званию за успешно раскрытую серию убийств. Само собой, первый листок о твоем служебном несоответствии я уничтожу. И попробуй только дать им выкрутиться! Я заранее закрываю глаза на любые способы допросов. Ты меня понял, капитан?
Телефонный звонок прервал шефа.
— Да, — важно ответил он. И тут же его шея побагровела. — Что?! Как это вы их отпустили! После дежурства зайдите в мой кабинет! — В голосе подполковника прозвучала плохо скрытая угроза. — У задержанных не найдена улика, но это ничего не меняет. Или ты упечешь их, или я упеку тебя, — подполковник многозначительно указал на лист, лежащий перед капитаном.
— Кто же эти люди?
— Известный тебе каскадер и его лучший друг, — подполковник протянул детективу записку с двумя именами.
Из кабинета шефа Сыскарь вышел в весьма подавленном состоянии, недоумевая, каким образом подполковник смог узнать имена неизвестных до того, как их задержали. Это показалось ему странным.
Детектив навел справки о приятеле Трюкача. Надо было изучить его связи, произвести обыск. Начать он решил с гаража, по опыту зная, что автомобилисты наивно считают его самым безопасным местом.
 
Поздно ночью сыщик подъехал к гаражу Стаса. Недолго провозившись с замком, он вошел внутрь. Первая находка его удивила: наличие автомата и пистолета гарантировало хозяину гаража несколько лет тюрьмы. Когда же Сыскарь обнаружил под половицей гигантские клещи с огромными стальными зубьями, то, потрясенный, некоторое время стоял неподвижно, разглядывая страшное орудие убийства в тусклом свете карманного фонарика.
Трюкача и его друга следовало арестовать немедленно. Но детектив знал из материалов дела, что первой жертвой мнимого лендзира была возлюбленная Влада. Он вспомнил открытое, честное лицо Трюкача, мучительное переживание, застывшее в его глазах. Этот человек не мог быть убийцей. Детектив решил поговорить с ним напрямую.
Несмотря на поздний час, он поехал к Владу.
— Мне нужно поговорить с тобой, — сказал он открывшему дверь каскадеру.
— Я готов.
— Пошли в мою машину.
— С удовольствием, — буркнул готовый ко всему Влад.
Однако когда в руках детектива он увидел знакомый полиэтиленовый пакет, то сердце его тревожно екнуло. Несмотря на свою многоопытность, детектив не заметил этого секундного замешательства.
— Узнаешь? — сухо спросил Сыскарь.
— Узнаю, — ответил Трюкач так спокойно, как это никогда не делают настоящие преступники…
— Тогда рассказывай все, что знаешь.
Припертый к стенке, Влад рассказал детективу только половину известной ему правды, ни словом не обмолвившись о людоедстве…
— Парень, тебе давно надо было все рассказать мне. Я тебе верю, но мне приказано тебя посадить. Тебя и твоего друга, — Сыскарь вытащил наручники. — Но я тебе верю, — снова повторил он. — Если я тебя посажу, то настоящие преступники никогда не будут пойманы. Поэтому ты на свободе. Будем считать, что я вернул тебе долг.
«Если бы милиционеры почаще выскакивали на дорогу, у меня был бы шанс переловить всех преступников», — подумал Влад.
— Ладно, иди спать, Трюкач, — детектив устало положил руки на руль.
— Пожалуй, тут уснешь, может быть, выпьем по чашечке водки, капитан?
— Нас не должны видеть вместе. Прошай, — детектив с тяжелым сердцем захлопнул дверцу «уазика», понимая, какую ответственность он взял на себя, скрыв важнейшую улику. Нужно было на что-то решаться, и он решился.
Наутро тщательно выбритый, немного бледный, детектив вошел в кабинет высшего руководства — генерала, прозванного сослуживцами «Чеснок», и вовсе не за фамилию, а за непреклонную прямоту и честность.
— Генерал, — слегка дрожащим голосом начал детектив, — мне приказано посадить невиновного. Я не знаю, как вы поступите, но я вверяю свою судьбу и судьбу этих людей в ваши руки.
С сочувственной улыбкой врача, принимающего пациента, генерал выслушал сыщика. Эта улыбка сбивала, Сыскарь несколько раз прерывался. В конце доклада сыщик вытащил из принесенного с собой пакета главную улику — злополучные клещи.
Генерал встал, не спеша прошелся по кабинету. На его решительном, волевом лице появилась вдруг наивная хитринка участника новогодней лотереи.
— А почему вы, капитан, ничего не говорите об автомате и пистолете?
Потрясенный детектив замер, ожидая худшего.
— Вы правильно поступили, что пришли ко мне, капитан. Скажу вам больше: мы не только знаем об оружии Трюкача, но нами помечена каждая пуля из тех патронов, которыми он располагает. И если хотя бы одна из них угодит в невинного человека, я первый дам приказ об аресте вашего спасителя.
— Как, вы знаете даже это?
Многозначительная улыбка исчезла с лица генерала.
— Наши законы, наши власти странным образом покровительствуют преступникам… Трюкач делает то, что обязаны были бы сделать мы с вами. Честным людям стало тяжело дышать в нашей стране, не правда ли, капитан? Но скоро мы наведем порядок.