Как брат (СИ)

– Ты был прав…
Я пытаюсь сдержать слёзы, которые копились всю дорогу, но один всхлип всё же прорывается. И он, как спусковой курок для моего друга, который тут же подаётся в мою сторону и заключает меня в свои крепкие и такие необходимые мне объятья.
Обнимаю его талию в ответ, прижавшись щекой к груди и больше не могу сдержать рыданий. Ну почему мне так не везёт? Почему?!
– Он… – почти рычит Денис. – Он тебя… Что этот паданок сделал?
– Ничего такого…
– Где он сейчас? – дергается Дэн. – Дома?
– Неважно, – прижимаюсь я к нему сильней, останавливая. – Он …мерзавец, и я поняла это …раньше, чем что-то …произошло.
– Я его прикончу. Я его… – продолжает рычать Денис, стискивая пальцами моё платье со стороны спины.
– Всё …нормально, Динь. Это просто со мной… что-то не так. Никто …не хочет меня по-настоящему …любить, – шепчу я тихо между всхлипами, сжимающими горло. – Потому что …я произвожу не то …впечатление. Дело только …во мне.
– Мартышка, – выдыхает Денис и прижимается горячими губами к моей макушке. – Брось эти глупости. Ты потрясная. Самая лучшая.
– Не …успокаивай меня. Не нужно.
– Дурёха, – чувствую улыбку на его губах. – Ты же мега-классная… Просто, всё остальные придурки. И я придурок. Прости меня, ладно? Прости, что в последнее время вёл себя, как осёл. Дарин, ты заслуживаешь самого лучшего, веришь? И любви заслуживаешь. Настоящей.
– И …красивых свиданий?
– Ну конечно, моя родная. Самых-самых красивых.
– Спасибо, Динь, – улыбаюсь и я. – И ты извини меня за то, что не хотела тебя слушать…
– Я просто говорил не тем местом, – тихо смеётся он.
Снова ощущаю прилив слёз, потому что сердце сжимается от чувств.
– Я скучала, Денис. Ужасно скучала по тебе все эти дни.
Он стискивает меня сильней, смазано целует: в висок, скулы, губы, шею, а затем утыкается носом в изгиб моего плеча и выдыхает:
– И я, Рин. И я безумно по тебе скучал. Больше никогда не отпущу тебя от себя.
– Врёшь же…
– Ребят, простите, что вмешиваюсь, но…
Альбина?!
Отскакиваю от Дэна, краем глаза заметив, как он вновь беззвучно ругнулся и во все глаза смотрю на подругу:
– Ты здесь…
– Я зашла… – начинает она, но я останавливаю её взмахом руки.
– Всё… нормально, начинаю я пятиться задом к выходу. – Ты не должна объяснять. Это я вмешалась в ваш вечер. …Извините.
– Дарина! – доносится в спину от Дениса, но я не хочу останавливаться.
Меня снедают странные чувства. В груди всё звенит от боли, и в ушах тоже нестерпимый звон. Шея и лицо горят, всё тело дрожит. Господи, мне никогда не было так плохо… Что со мной?
Хочется сбежать на край света, спрятаться ото всех, даже исчезнуть… Да, исчезнуть будет самым лучшим решением.
Не могу. Мне страшно. Я буквально задыхаюсь. Это паника?
Когда я, чёрт возьми, доберусь до своей дурацкой комнаты?!
Дверная ручка, поворот, захлопываю дверь за собой и сползаю спиной по её гладкости на пол. Горло рвут рыдания, но я хочу добраться до своей кровати, чтобы заглушить их подушкой.
Нет, это не паника. Это ворвавшееся с разбега осознание того, что я не хочу…
Сворачиваюсь клубочком на простынях и обнимаю подушку, закусывая зубами её уголок.
Боже, я не хочу, чтобы Денис был с Альбиной. Мне больно от этой мысли. Я вообще не готова его с кем-либо делить. Я физически не выдержу взгляд его влюблённых глаз на любую из девушек. Не смогу смотреть, как он её обнимает, целует украдкой… Не смогу!!!
И сама я не хочу, чтобы меня обнимал или целовал кто-то кроме него…
Вот так всё просто оказалось. Щелчок, и то, что раньше было не понятно, стало ясно как день. Впрочем, что делать с этой ясностью далеко от понимания. Потому что Диня, как не больно это осознавать, тоже хочет от меня лишь секса – точнее хотел, раньше – а сейчас… сейчас он с Альбиной.
И я начинаю её ненавидеть… Добрую, отзывчивую и милую девушку, абсолютно не виноватую ни в чём, я начинаю ненавидеть. Это ужасно! Я не хочу это чувствовать!
Вообще ничего не хочу чувствовать!!!
Вот бы отключить человечность, как тот вампир из его же дневников…
 
Вздрагиваю от тихого щелчка двери и проглатываю очередной всхлип, замерев.
– Рин?
– Не-надо. Уй-ди… Зачем т-ты её опя-ать оста-авил.
– Твою мать, Мартышка, ты там ревёшь что ли? А Альбина ушла.
– Не …трогай м-ою ма-му.
– Принято, – тихо усмехается он уже у моей кровати, а я пальцами хватаю край пододеяльника, укрываясь с головой.
– Пожалу-йста у-йди.
– Размечталась, – хмыкает он и в наглую двигает моё дрожащее тело к стене, следом укладываясь рядом и обнимая одной рукой. – То есть, я не убедил тебя в том, что с тобой всё в порядке?
Я не отвечаю. Тепло его тела волнует кровь, несмотря на то что рассудком я понимаю, что отныне не имею права на эти чувства. Плюс, оно успокаивает. Его присутствие рядом затмевает весь ужас, что я испытывала ещё минуту назад. Он нужен мне. Весь, с потрохами. Как чёртов воздух.
Ненавижу себя за то, что делаю, но всё равно, откинув душную ткань, разворачиваюсь лицом к Денису. Он нежно улыбается мне, заставляя моё сердце приятно сжаться, а затем касается моей щеки тёплой ладонью, большим пальцем стирая остатки слёз. Готовлюсь к тому, что задумала, словно собираюсь прыгать вниз с огромной высоты, и Денис понимает… Его зрачки расширяются, делая взгляд тёмным и голодным, и я подаюсь к нему, припадаю к мягким губам своими.
Сознание окутывает нега, когда он не отталкивает меня, а наоборот, перемещает ладонь на мой затылок, аккуратно сжимает его пальцами и проникает в мой рот языком. Нежно, не торопясь, словно смакует поцелуй. И я смакую. Наслаждаюсь его горячим дыханием, как в последний раз.
Впрочем, это и есть последний раз. А затем я запрещу себе эту слабость.
Запускаю дрожащие пальцы под его футболку и не спеша скольжу ими по гладкой коже спины, а Денис проделывает тоже самоё с моим бедром и платьем. Низ живота наливается сладким томлением, кожа начинает гореть и каждый нерв изнывает от предвкушения.
Этот раз не похож на наши прошлые.
Как и поцелуй мы его смакуем, купаемся в нежности и ласках друг друга.
Не спеша, раздеваемся, позволяем один другому насладиться общей наготой тел. А затем я упоительно долго пробую на вкус каждый кусочек его кожи: изгибы плеч, ключицы, грудь, плоский живот с напряжённым прессом и на закуску – дорожку волос у паха. Денис рвано выдыхает, когда я так естественно и не принуждённо, словно делаю это не впервые в жизни, обхватываю пальцами его твёрдый член, на задворках сознания отмечая гладкость и шелковистость кожи. Хочу прикоснуться к ней губами, но страх неопытности берёт вверх, и я вновь приникаю к его губам. Денис несколько секунд оглаживает пальцами мою спину и ягодицы, а затем резко и в тоже время аккуратно переворачивает меня на спину, давая понять, что настала его очередь пробовать мою кожу на вкус.
Растворяюсь в нежности его обжигающих губ, вся дрожу и издаю тихие стоны от упоения, от чувств, что стреляют в мозг и сердце. Безумно приятно. Потрясающе. Умопомрачительно в своей новизне ощущений…
И Денис… Мой Диня оказывается в сто крат смелей меня.
Я задыхаюсь от горячего прикосновения его губ к самому чувствительному из мест моего тела, и тут же задыхаюсь повторно, когда его обжигающий язык скользит вдоль складок, затрагивая во мне те струны, о существовании которых я даже не догадывалась.
Это оргазм в чистом виде… Я о том, что достигаю своего пика буквально за несколько секунд. Меня всю сжимает, а в следующее мгновение подбрасывает ввысь, туда, где остро-сладкое наслаждение взрывается миллионом сверкающих искр…
Сквозь вакуум своего личного рая или ада, я чувствую кожей тепло и тяжесть тела Дениса, его губы на моей шее, руки, скользнувшие под мои лопатки и, наконец, твёрдость его плоти, медленно проникающую в меня…
Боже, как же это приятно… Быть с ним одним целым…