Люби меня, девочка (СИ)

Все.
Закончилась сказка.
Да и начиналась ли она?
  
Глава 40
 
Настолько погрузилась в свои невеселые думы, что позабыла о том, что я теперь под присмотром. Да и не заметила я Ильяса. Врезалась в него на всем ходу. Так и застыла, глядя на него. Почему-то одолел ступор. А еще опять плакать захотелось. Просто Ильяс смотрел на меня с таким искренним беспокойством в черных глазах, придерживая за плечи, что я почти поверила, что он переживал.
Обманчивое впечатление, конечно же.
Как и все, что связано с Дамиром.
— Пропусти, — попросила глухо, отведя взор.
— Что они тебе сказали?
То есть он знал о приходе гостей.
Тут же усмехнулась данной мысли.
Конечно, знал. Ему наверняка доложили обо всем, еще когда мы пришли. Но не вмешался. Не предупредил. Позволил случиться всему. Нет, я, конечно, знала, что не нравлюсь ему, но не думала, что настолько. С другой стороны, сказал бы он, и что дальше? Что бы это изменило? А ничего. Вот и не стала ничего ему говорить больше. Еще бы сам Ильяс тем же озаботился.
— Ира, что они тебе сказали? — слегка встряхнул за плечи.
И я не выдержала.
— Да какая разница? Разве не этого ты добивался, не предупредив об их приходе? Или скажешь, не знал? Или что? Что, Ильяс? Зачем тебе знать, кто и что мне сказал? Я ведь не нравлюсь тебе. Ты не раз давал понять, что был бы рад, если бы мы с Дамиром расстались. Вот. Мы расстались. Радуйся. И меня отпусти, — дернулась прочь из его рук.
Мужчина отпустил без раздумий. Правда, дальше пройти все равно не позволил.
— Я тебя подвезу, — сообщил Ильяс беспристрастно, идя следом.
— Спасибо, я не домой.
Куда-куда, а в пустую квартиру возвращаться, где в последний раз ночевала с Дамиром, не хотелось. Мне вообще больше ничего не хотелось. Только уйти, пропасть, исчезнуть навсегда. Да так, чтобы Валихалов меня никогда не смог отыскать. Еще больше мне хотелось пойти и побить его первым, что под руку подвернется. Причинить столько боли, сколько смогу, чтобы моя собственная отпустила.
— Значит, подвезу туда, куда скажешь. Но одну в таком состоянии я тебя не оставлю, — донеслось упрямое от Ильяса.
— Зачем тебе это? — все еще не понимала я его мотивов.
В благородные порывы тоже не верила.
Мне кажется, я вообще больше никогда не смогу никому довериться.
— Считай, у меня совесть проснулась, — пожал он плечами.
Ответа более дожидаться не стал, перехватил за руку и самолично повел на выход. Не сопротивлялась. Мне вообще было все равно. Разве что, будучи в машине, попросила довезти меня до общежития девочек. И все.
Дальше я просто смотрела в боковое окно. Правда не видела ничего. Память как на повторе крутила слова матери Дамира, радость той девицы и ее матери… и собственное чувство унижения, которое я испытала после.
Как он мог?
Что я ему такого сделала?
Зачем было убеждать меня в своей любви, если на деле ничего такого нет?
Что за игра такая?
Для чего?
В конце концов, мог бы просто оставить наши отношения на уровне свободных любовников. А не… это все.
Предатель!
Чувство обиды и унижения накатило с новой силой, до крепко сжатых в кулаки ладоней. Ногти болезненно впились в кожу, наверняка оставляя следы, но едва ли это было больнее, чем поглощающее разум разочарование.
Что ж, в следующий раз умнее буду.
Или нет.
Потому что разумом я, похоже, так и не научилась пользоваться. Ведь вместо того, чтобы следить за дорогой, настолько погрузилась в свои думы, что не заметила самого главного. Ильяс не просто увозил меня как можно дальше от дома Дамира, но и от общежития девочек. Вообще из города, судя по направлению движения.
— Ильяс… Куда мы едем? — поинтересовалась осторожно, сосредоточив внимание на водителе, который…
Украл меня?
Так получалось?
Или я на нервах преувеличиваю?
— Ты же не хочешь, чтобы Дамир тебя нашел?
Не столько спросил, сколько констатировал факт.
Пока я переваривала, что да, меня все-таки украли.
Снова…
И не то, чтобы я хотела вернуться, но…
 
Блин!
— Остановись! — потребовала.
Конечно, Ильяс меня не послушал.
Когда вообще хоть кто-то меня слушал из них?
С самого начала творят, что хотят.
А значит…
Схватилась за руль и дернула на себя, вынуждая съехать на обочину. Послышался визг шин, сигнал других водителей, чертыхания сидящего рядом. А затем он остановился, обернулся, уставившись на меня со всей мрачностью.
— Совсем больная?! — ожидаемо вспылил через паузу.
Но и я не владела сейчас спокойствием в должной степени.
— Да! Выпусти меня! — потребовала повторно, дернув ручку двери в безуспешной попытке выбраться наружу.
Уж лучше пешком куда глаза глядят, чем с ним непонятно куда и зачем.
— И что дальше? Куда ты пойдешь? Домой не хочешь, к подругам своим? Чтобы поплакались с тобой вместе, пожалели, поругали Дамира, напились, а потом пошли разборки устраивать ему?
— Да! — прокричала по инерции.
И уже затем призадумалась над его словами.
С девчонок и впрямь станет устроить нечто подобное. И меня подговорить. Или как раз я их на это запрягу. Ни то, ни другое меня не устраивало.
— И что ты предлагаешь? — поинтересовалась уже куда спокойнее.
Наверное, я достигла предела разумных поступков, да и к чему они? Ничего хорошего не выходит все равно. Может тогда лучше и правда пойти от противного?
Сбежать…
Тем более, не я одна мыслила в этом направлении.
— Защиту.
— Защиту? — переспросила, напрягаясь все больше.
Слишком странно вел себя Ильяс. Непривычно. И не говорил, что ему нужно.
— Сейчас Дамир наверняка уже входит в дом. Как только поймет, что ты исчезла, поднимет на уши всех кого можно и нельзя, чтобы вернуть тебя. И едва ли твоих ресурсов хватит ему противостоять.
— А твоих значит хватит? — не удержалась от сарказма.
Ильяс пожал плечами, мол, сама знаешь. Но правда в том, что я не знала. Ни как быть сейчас, ни как дальше. Все, что понимала, я не хочу видеть Дамира. Никогда. Но и сидящему рядом не спешила доверять так сразу. Хотя все равно уточнила:
— Что взамен?
— А взамен… — улыбнулся Ильяс. — Ничего. Исчезнешь из его жизни, он немного побесится, но в итоге все равно женится на другой, а в скором времени у него родится ребенок, возможно, не один, он тебя и забудет. Как и ты — его. Найдешь другого. Все в выигрыше.
Все, да не все. Потому что стоило только представить, что Дамир реально женится на этой своей Теоне, а та родит ему ребенка, и заживут они дружной семье, внутри все как кислотой ошпарило. Враз захотелось вернуться и врезать Валихалову от всей души. Желательно чем-нибудь тяжелым. По морде. Чтобы ни одна тварь больше не засматривалась на него. Тут же поморщилась от подобных мыслей. Правду говорят, ревность никого не красит. Да и глупо ревновать того, кому ты нафиг не сдалась. Но я ревную. И бешусь. Саму себя впору ненавидеть за эти чувства. И избавиться от них не получается. Что бесит еще больше. И раз уж сама не могу это сделать, пусть и правда Ильяс поможет.
— Вези, — выдохнула по итогу мысленных терзаний. — Увези меня отсюда. Как можно дальше.
А там… посмотрим.
Но все лучше, чем страдать, живя рядом с предателем, для которого чужие чувства — хлам. Еще не дай бог встретимся в магазине или просто на улице, в парке. Свят-свят-свят. Обойдусь без такого счастья!
Надеюсь только, что и правда не ошибаюсь.
  
Глава 41
 
Городской пейзаж довольно скоро сменился сельским, и я несколько расслабляюсь. Вряд ли Дамир так сразу поймет, где я и с кем, а когда поймет, то уже не важно будет. Не собираюсь я задерживаться рядом с Ильясом, несмотря на все его слова. Не то, чтоб не верю, но… не верю, да.
И не зря, как оказалось.
Едва ли километр проехать еще успели, как Ильяс вдруг сбавил скорость, а затем вовсе остановился на обочине.