Люби меня, девочка (СИ)

Одарила его укоризненным взглядом.
— Это очень глупое решение, ты же понимаешь? Потому что в этом случае я буду исходить из своих взглядов. Тебе это может совсем не понравиться.
Дамир снисходительно улыбнулся и бутерброды ближе ко мне придвинул, намекая на то, чтобы я начала уже их есть. Не стала отказываться. Тем более, вяленое мясо оказалось безумно вкусным. О чем и сообщила вслух.
— Это бастурма — сыровяленая говядина в пряных специях, — пояснил мужчина. — Приятного аппетита.
— Спасибо. А почему такое название?
Да, я любопытна. Но ведь и правда интересно. Можно было, конечно, заглянуть потом в википедию, но зачем? Тем более мой собеседник прекрасно знал ответ на мой вопрос.
— Само слово происходит от тюркского “басдирма” — давленное/прессованное мясо. Древние тюрки вели кочевой образ жизни, поэтому их основной пищей была конина. Куски мяса густо покрывали солью и помещали в холщовые мешки. Их вешали с обеих сторон от седла, и от компрессии седла и всадника из мяса выходила лишняя влага.
— Коней жалко, — вздохнула грустно, в красках представив происходящее.
— А коров — нет? — хмыкнул Дамир. — Сейчас в большинстве своем бастурму делают из говядины.
— И их, — согласилась я с ним. — Но кушать хочется больше, — вгрызлась зубами в бутерброд, откусывая новый кусок.
Мужчина рассмеялся.
— Ешь. Если что, там еще осталось.
Я кивнула и промолчала, с аппетитом принявшись уничтожать все приготовленное для меня заботливым мужчиной. Почти поверила, что я ему и правда нравлюсь, а не только как средство удовлетворения для уязвленного самолюбия.
— Так вот, — вернулась я к изначальному, как только слопала все предложенное и допила чай. — Очень не советую полагаться исключительно на мой вкус. Все же тебе жить в этом доме, а не мне. И нравиться должно тоже именно тебе.
— Верно. Но я верю, что ты сделаешь все как надо. Если бы исходила из своих взглядов, ты бы не задумалась о втором варианте. Да и в первом ты подбирала дизайн, учитывая мои интересы. Так что я тебе доверяю. И знаешь что? — лукаво прищурился он.
— Что? — напряглась невольно.
Слишком довольный он, и слишком многое мне позволял.
— Я не хочу видеть ни один вариант твоих решений до окончания работ. В понедельник придешь в банк, устрою тебе встречу с моим помощником, с ним и будешь решать и обговаривать все, что нужно.
Вот когда я выпала в осадок.
— Ты точно ненормальный, — пробормотала обескураженно.
Не может же он серьезно это говорить?
— Потому что доверяю твоему вкусу? — уточнил Дамир с самым спокойным видом.
— Да! А вдруг тебе не понравится? Это же не подарок выбирать отправлять помощника. Это дом, в котором тебе предстоит жить.
— Вот и сделай так, чтобы мне в нем хорошо жилось, — невозмутимо отозвался Валихалов и легонько хлопнул ладонью по столу. — Все, не желаю больше это обсуждать. Я сказал и решения не изменю.
— Но это недальновидно!
— Тогда тебе лучше постараться, чтобы я остался всем доволен по итогу.
З-замечательно. Я еще и виновата останусь в случае чего.
— Нет уж. Найди себе тогда другого исполнителя, — отказалась от подобного рода ответственности.
— Не думал, что ты такая трусиха, — разочарованно покачал головой Дамир, поднявшись на ноги.
— Я не трусиха, — процедила я недовольно. — Но и брать на себя ответственность в подобном случае не буду.
— То есть еще и не доверяешь мне? — нахмурился мужчина.
— Мне стоит напомнить о нашей прошлой сделке, чем она обернулась для меня с твоей инициативы?
Да, возможно, некрасиво с моей стороны тыкать его носом в прошлое, тем более сейчас он ведет себя исключительно воспитанно и вежливо, но… не доверяла я ему все еще, да. Не хотелось бы, чтобы моя слабость вновь оказалась использована им в угоду его желаниям.
— Не стоит, — процедил разозленно Дамир. — Внесу в наш с тобой договор пункты о претензиях.
И прежде чем я успела ответить ему, ушел. Сознание затопило чувство вины и сожаления, и я даже с места своего подскочила в стремлении догнать ушедшего и извиниться. На месте помогло остаться врожденное упрямство и сила воли. С банком тоже был оформлен договор, помнится, а на деле чуть не лишилась всего. Так что лучше десять раз перестраховаться, чем потом опять мучиться из-за смены чужого настроения. И пусть обижается сколько хочет. Я в своем праве.
 
Успокоив себя такими мыслями, убрала со стола и направилась искать оскорбленного мужика. Пора было возвращаться домой.
  
Глава 25
 
Мужчина нашелся на террасе. Вертел в руках телефон и задумчиво смотрел в небо. Его уже совсем затянуло тучами, а вдалеке сверкала молния.
— Кажется, нам пора ехать, — заметила я, остановившись рядом, в паре шагов от него.
Ветер тут же растрепал распущенные волосы, закрыв обзор на сад. Пришлось перехватывать отдельные пряди и убирать их за уши.
— Поздно, — отозвался угрюмо Дамир. — Сейчас польет.
Не прогадал.
Природа будто только этих слов и ждала. Над нашими головами прогрохотал гром, едва не сотрясая землю, сработала сигнализация сразу у нескольких машин, и в тот же миг на поселок обрушились тяжелые капли дождя, отрезав нас от окружающего мира серой ливневой завесой.
Все-таки есть в грозах нечто завораживающее и головокружительное. И не в повышенном уровне озона в воздухе дело. И не в запахе мокрой листвы и земли. А в ощущении собственной мизерности перед силой этой стихии. Богатый, бедный, сильный, слабый, здоровый, больной — все едины перед ее могуществом.
Настолько погрузилась в свои ощущения, что не сразу заметила изменения в поведении Дамира. Он больше не смотрел на сад — на меня. И так, как ни разу до этого. Без грамма похоти. Будто что-то решал для себя. Или решил, и теперь примерял на меня эту роль. Неприятное ощущение, к слову.
— Что? — поинтересовалась с самым безразличным видом, на какой была способна, только руками ухватилась за ограждение до побелевших костяшек.
— Думаю, — помрачнел он.
— Я заметила. Уточнишь?
Что он там такого надумал, что теперь хмурится?
— Расскажи о своем бывшем.
Че-го?
Вот уж чего-чего, а такого я точно не ждала.
— О бывшем? — переспросила недоверчиво. — Зачем тебе знать что-то о моем бывшем? — тоже нахмурилась, обернувшись лицом к Дамиру и глядя на него исподлобья.
— Хочу кое-что понять.
— Что именно?
— Насколько он одержим тобой.
Простой вопрос напряг больше прежнего. Не припомню, чтобы я хоть раз намекала на подобное отношение со стороны Костика. Логичней было бы вызнать причину нашего расставания, если уж на то пошло. А тут…
— С чего ты так решил? — поинтересовалась вслух.
— Предположил, — пожал Дамир плечами. — Константин Алексеевич Ивлев постоянно вертится возле твоего дома. Явно не просто так.
— Ты следишь за мной?
Иначе откуда ему известны такие подробности?
— Присматриваю, — поправил он меня. — Так что, насколько? — прищурился.
— Да не одержим он мной, просто я задела его самолюбие, бросив первой, вот он и бесится. Ничего такого. Пройдет, — отмахнулась я от его домыслов.
Истину прошлых отношений стоящему рядом знать не обязательно. И без того его слишком много в моей жизни в последнее время.
— Уверена? Как я понял, у него это уже полгода не проходит.
— Уверена, что это никого кроме нас с Костей не касается, — парировала мрачно и зло.
А чего он в душу лезет?
Интересно ему, так пусть сам тогда и выясняет. Тем более, именно этим и занялся давно. За моей спиной. Вот как тут доверять ему, если он с самого начала действует, не учитывая мое мнение?
В общем, не стала я дожидаться реакции Дамира на мои последние слова, поспешив вернуться в дом. Лучше еще поработаю, все полезней, чем вести непонятного рода беседы с тем, кого вообще не должно волновать, где я и с кем. Но почему-то волнует. Еще непонятнее то, почему это волнует меня.