Древние боги нового мира. Книга 2 (СИ)
— Внимание! Высадка через одну минуту! Даю обратный отсчет!
Проверил оружие. Магазины и их заполнение, а также загрязнённость. Как трещотка ведет себя при перекидывании плеча, вызвав явный негатив у находившихся напротив бойцов. Пох. Вроде всё норм. Краем глаза замечаю, что бойцы и напротив, и рядом тоже клацают своими приблудами.
— Ноль! — командует офицер транспортного средства, в это же время падает аппарель и к открытому проёму устремляются бойцы в легких и средних скафандрах абордажников.
Следом за ними наружу выходит полтора десятка дроидов, под предводительством двух «погонщиков». Ну и потом уже я. Весь такой красивый и нарядный. Увы. Не все мой наряд оценили. Причем очень нехорошо. Из бойницы донжона, если я вообще что-то понимаю в средневековых укреплениях, прилетает заряд плазмы, который растекается по силовому щиту, убив его на девяносто девять процентов.
Бойцы и дроиды мигом накрыли бойницу облакам плазмы и взрывов ОФП от боеприпасов штурмовых игольников. Еле успокоить удалось. Вместо этого повели на лестницу в донжон. Идиотов нет. Впереди штурмовые дроиды. Люди сзади.
Итог… Хз как у местных мозги работают. Местная гвардия, офицеры, прирезали и сюзерена, и его жену, и его дочку девяти лет, и сына, которому вот только исполнилось семь. И ждали награды, покорно склонив головы, обрамленные вычурными шлемами, и воткнув обнаженные мечи в пол. Награды они дождались… Их тела украсили стену снаружи крепости, перехлёстнутые веревками за шею, высунув языки.
Оставив разбираться с этим вот всем командира абордажной команды, забрал бот и ушел на крейсер, вызвав подмогу для остающихся. Выходя в разреженные слои атмосферы, засёк пару штурмовиков «Шален-5» и абордажный бот, падающие в предыдущее место локации. Наши своих не бросают! Направился к крейсеру, где загрузил резерв абордажников, девок, из секс-рабынь, детей и поехал отдавать людей по всей планете.
Уже всех развезли, возвращались на орбиту, когда почувствовал невнятный зов… Или вой…Немедленно прошел в кабину пилота:
— Ныряем туда.
— Куда? И вы вообще кто такой? — вполне обоснованно ответил пилот, которого нам друг другу не представили.
Пришлось снимать затемнение с визиря шлема, передавать коды, выслушивать их подтверждение от флота и, в итоге, почти выйдя в космос, отключив компенсаторы, бот перевернулся, мотанув на экранах изображением планеты, от чего немного затошнило, и что вызвало злорадную улыбку на лице пилота, занимать своё место в десантном отсеке.
Мара, прикусив нижнюю губу, стояла у столба, чувствуя, как веревки натирают стянутые за спиной руки. Вот и всё. Вот и помогай односельчанам. Еще бабушка предупреждала ее, что не стоит показывать свой дар всем встречным-поперечным. Так нет же. Мы же добренькие… Хотите, чтобы куры хорошо неслись — пожалуйста! Чтобы земля родила много и обильно? Да не вопрос. Чтобы жена не померла от родов? Мара хорошая. Мара всем поможет. Итог — вот пожалуйста. Сами односельчане и сдали. Приехавший клирик в черной сутане зачитывает обвинительный приговор. Рядом стоят четыре солдата в кольчугах и с копьями. На головах шлемы. Очень серьезные ребята, чуть ли не из баронской дружины. Она сама привязана к столбу, а у ног лежат охапки хвороста, ожидая поджога. Решили спалить, как банальную ведьму. Ведь хотела всем хорошо сделать. От обиды из-под прикрытых век брызнули слёзы. Я вам… А вы… Сжечь. Как ведьму. Из груди ее исторглась такая тоска, что, не была бы привязана — сама бы повесилась. Девушка прикрыла глаза, две мокрые дорожки проложили свой путь между складок щек и носа. До чего же обидно. И не за себя. За этих дураков.
В воздухе появился пузатый аппарат. Народ залепетал. Клирик сбился. Сбоку появились два стремительных силуэта, прошлись над площадью на сверхмалой, заставив людей пригнуться от грохота двигателей и ушли в набор, делая косую петлю и заходя на боевой.
— Стас Алексу!
— Ответил.
— Псион в опасности?
— Так точно.
— Стас, вытаскивай, если что — мы весь этот гадюшник с землей сровняем!
— Ну хоть меня пожалейте… Работаю…
— Принял.
Облетев по кругу скопление людей, абордажный бот выпустил стойки шасси и плюхнулся на дорогу, жопой как раз к месту экзекуции. Задняя аппарель упала и снаружи появились бойцы в черно-матовой броне, с совсем нестрашными обрезками металла у плеч, которые оперативно взяли зону вокруг бота под контроль.
Рыцари короля, осуществляющие контроль внешнего пространства, каждый со своими копьями (рыцарское «копье» — не название инструмента убийства, хотя и оно тоже, это еще и название отряда, которое сопровождало рыцаря в походе. В отряде присутствовал минимум один воин, одоспешенный победнее своего господина, но тоже представляющий сильную угрозу. У знатных и богатых рыцарей «копья» могли достигать чудовищных размеров, человек в тридцать-пятьдесят. Туда входил личный обоз, шатер, повар и всякие скоморохи со шлюхами. В древней Руси такое тоже было. Каждый воин, которому была пожалована земля, с которой он кормился, обязан был по первому требованию выставить на войну не только себя, но и боевого холопа на коне. А вот количество этих холопов и качество их экипировки на прямую зависело от четей, то есть мер земли, которым владел боярин. То есть, «человек боя»), а это от двух, до пятнадцати вассалов на одного рыцаря, прекрасно вооруженные, отлично обученные, в прекрасных доспехах и с очень дорогим оружием, ухмыльнулись и двинулись навстречу незнакомцам, разминая в руках свои мечи. А ведь меч — это признак аристократии. Такого бронированного танка средневековья не так уж и просто взять.
Клирик смотрел на это войско божье с огромными глазами и елием в душе. Которое спустя секунду сменилось хной, когда под звук трещоток весь цвет рыцарского воинства пал, не смотря на свою непробиваемую броню, а бойцы в черной броне бросились вперед и расчистили проход до распятой девушки. Солдаты, охранявшие клирика, расступились в стороны. Из бота показался симпатичный парень, одетый в отличительную от абордажников броню, с открытым шлемом, который деловито направился к Маре, доставая на ходу нож. В воздухе еще раз пронеслись два стремительных силуэта. Собравшийся народ пригнулся. Сзади раздался звук перерезаемых пут и Мара с облегчением смогла растереть руки. Подхватив ее под локоть, парень молча потащил девушку к боту.
— Вы мешаете справедливости Святой Церкви! — дорогу храбро заслонил приблудший клирик.
В ответ парень коротко махнул рукой, затянутой в броню, от чего тело клирика унесло в сторону. Удар Мара не смогла усмотреть, но судя по звуку клацающих челюстей, проповеди клирик читать еще долго не сможет, если вообще сможет. Бойцы, прибывшие на боте, дружно вскинули к плечам оружие, прикрывая отход. Крестьяне просто молчали.
— Добро пожаловать в новый мир. — произнес парень, подводя Мару к открытой аппарели абордажного бота — Алекс Стасу.
— Ответил.
— Псион на борту. Всё нормально. Возврат на точку.
— Стас Генезис-1. — раздалось в эфире.
— Ответил Стас.
— Хоть «вжик» разрешите.
— Генезис-1 Стас. Вы нас прикрывали?
— Так точно.
— Генезис-1 Стас. «Вжик» разрешаю. После этого уход на базу.
— Стас Генезис-1. Принял. Исполняю.
Посередине площади собралась почти вся деревня. Некоторые мужики уже обирали павших рыцарей, за что им точно прилетит. И не им одним, а всей деревне, если не сдадут в соответствующие органы. Но ведь можно шлем и меч сдать, а наконечники стрел придержать. А наконечники стрел — это офигеть сколько бабла. Другие под руки выводили на площадь избитого представителя церкви. Третьи, женщины в основном, судачили о том, какие времена настали. Когда одна маленькая девчонка, сидящая на заборе, вытянула руку с указательным пальцем и криком:
— Смотрите!
Два стремительных силуэта с короткими крыльями почти мгновенно приблизились к деревеньке. Прошлись над домами, почти касаясь их крыш и двумя росчерками ушли в небо. Целую секунду недоумевающие жители смотрели вслед беззвучным аппаратам, когда их достигла ударная и звуковая волна.