Ее монструозные валентины (ЛП)

— Пойдем домой, любимая.
  
Глава 8
 
Робин усадил меня на диван, а затем принес мне бабушкин гримуар, который я спрятала серди своих кулинарных книг.
Он быстро пролистал его, схватил несколько светящихся нитей между нами и пробормотал заклинание. Энергия потекла от него ко мне, и порезы на моей коже закрылись, как будто я никогда не была настолько глупа, чтобы ввязаться в яростную битву.
Астерион приготовил мне чашку чая и заставил опереться на себя, пока я пила горячий напиток. Я приподняла бровь.
— Не только люди используют зеленую магию, — пробормотал он, когда целительная энергия потекла через нас троих.
— Великолепный человек, — сказал Робин, поглаживая меня по лбу. — Милый человек. Мой человек.
Я замурлыкала.
— Мой эльф. Мой минотавр. — Засохшая кровь на моей одежде хрустнула, когда я двинулась. — Мне нужно в душ.
Я бросила телефон Робину.
— Закажи ужин.
Он поднял бровь, словно оспаривая мое право раздавать ему приказы.
— Пожалуйста, эльф, — сказала я, закатив глаза.
К моменту моего выхода из душа, мужчины уже набросились на гору лапши, которую заказал Робин. Я вздохнула, стараясь не думать во сколько мне обойдет прокормить своих монстров.
Когда я вернулась в общую зону своей квартиры, восхищенные взгляды обоих мужчин обратились ко мне. Я покраснела и поплотнее запахнула халат.
Под ним было мое самое сексуальное нижнее белье, но им необязательно это знать. Только после того, как я немного подкреплюсь, мы основательно поговорим о связи, созданной между нами и о ее значении для нашего будущего.
— Иди сюда, принцесса, — сказал Робин, отодвигая ногой стул от моего крошечного обеденного столика. Устроив меня поудобнее, он вручил мне полную тарелку и занял свое место в единственном кресле в гостиной. Они с Астерионом минуту наблюдали, как я жую.
— Перестаньте меня смущать, ребята, — сказала я с набитым ртом, — и ешьте свой чертов ужин.
Робин удовлетворенно вздохнул.
— Еда — единственное, что люди делают лучше всех. Такое разнообразие и креативность; действительно вершина достижений вашего вида.
Я прыснула от смеха.
— Не наше искусство, наша музыка, наша архитектура, наши технологии?
Он слизнул соус с пухлых губ, привлекая мое внимание.
— Нет, принцесса, ваша еда.
Астерион замычал.
— Я могу придумать что еще бы съел сегодня вечером.
Мои глаза метнулись к нему.
— Я тоже, — прошептала я, и улыбки моих мужчин стали хищными.
— Сначала нам нужно поговорить?
— Да? — спросил Робин.
— Это навсегда? Мы встречаемся? Мы собираемся жить в этом мире? Как я прокормлю вас обоих? Моя кровать не вместит нас троих. Как это, — я указала на нас троих, — будет работать?
Взгляд Робина смягчился, когда у меня перехватило дыхание от шквала посыпавшихся вопросов. Он встал и поднял меня с места, прежде чем я успела запротестовать, и посадил на диван рядом с Астерионом. Усадил меня к себе на колени и ступни положил на ноги Астериона.
— Кажется, ты очень обеспокоена, принцесса.
Я кивнула, уткнувшись ему в грудь, смущенная своей вспышкой, но радуясь, что начала разговор.
— Давай отвечать на вопросы по порядку, хорошо? — Он потянул за пояс моего халата, развязывая его.
— Это навсегда, — сказал Робин, обхватывая мое лицо и заставляя меня посмотреть в его глаза, — или до тех пор, пока ты будешь хотеть нас рядом.
— Навсегда, и точка, — заявил Астерион, впиваясь большими пальцами в мои стопу и снимая с них напряжение.
— Где ты хочешь, чтобы мы жили? — спросил Робин, проводя пальцем по моему горлу к груди, распахивая полы халата. Его глаза расширились, когда он увидел мое сапфировое белье по цвет глаз.
— Черт возьми, Джессика, — выдохнул он, поглаживая пальцами мою грудь.
Мое сердце бешено колотилось, пока он выписывал сложные узоры на моей коже в ожидании ответа.
— Я хочу, чтобы вы жили со мной. Но у меня нет места.
Астерион разразился хохотом, растирая мои ноги и превращая меня в лужицу на его коленях.
— Милая не охотница на монстров, Я ринц ада. Деньги больше никогда не будут для нас проблемой. Так что не волнуйся, что мы будем есть дома и вне его.
 
Мышцы моего живота слегка сжались, когда по нему прошлись пальцы Робина. Он скользнул рукой под ткань моих трусиков и провел вперед и назад.
— Мы найдем кровать побольше завтра, принцесса. Еще есть вопросы?
Он приподнял меня и взял один мой сосок в рот, прикусив его через кружево лифчика.
— Н-нет, — ахнула я.
— Хорошо. — Он стянул халат с моих плеч и взялся за бретельку. — Ты надела это для нас?
Я молча кивнула.
— Тогда встань. Дай нам посмотреть.
Он потряс коленями, заставив меня спуститься.
Я стояла посреди общей зоны, чувствуя себя глупо и немного смущенно из-за того, что так вырядилась. Огонь в их глазах быстро избавил ее от мысли, что я перестаралась.
— Великолепна, — сказал Астерион. — Повернись, детка.
Я медленно развернулась и остановилась к ним спиной, зная, что подвязки и чулки подчеркивают изгибы моей попки.
Робин выругался.
— Богиня, ты чертовски красива, Джессика, — прохрипел он. — Но сегодня ты подвергла себя опасности и заслужила наказание.
Я напряглась от возмущения, затем расслабилась, когда он провел теплыми пальцами по моим рукам.
— Сексуальное наказание, — сказала я.
— Сексуальное, как семь кругов ада, — согласился он, оттягивая подвязку и отпуская, заставляя меня вздрогнуть от острого укола. — Обещаю.
Робин поцеловал мое плечо, осыпал поцелуями спину, когда расстегнул лифчик и снял его с меня.
Астерион стоял передо мной и наблюдал, как лифчик спадает с меня на пол. Когда наши взгляды встретились, у меня перехватило дыхание от желания в его золотистых глазах. Он провел пальцами вверх и вниз по моим рукам, прежде чем обхватить груди. Я застонала, когда его когти выдвинулись и царапнули мои соски.
Робин опустился на колени позади меня, расстегнул подтяжки на моих подвязках и спустил чулки вниз к ногам один за другим, сопровождая это пощипыванием, которое заставило меня заскулить от желания. Сочетание удовольствия и боли пронзило мою сердцевину.
Я притянула лицо Астериона к себе, прижалась губами к его губам и скользнула языком ему в рот. Он запустил пальцы в мои мокрые пряди и резким рывком запрокинул мою голову назад, чтобы завладеть моим ртом. Я растворилась в его собственническом поцелуе, едва заметив, как Робин стянул с меня остальное белье, оставляя меня полностью обнаженной.
Астерион прижал меня к Робину, подталкивая к дивану, пока я не оказалась перекинута через колени Робина, грубая ткань его кожаных штанов натирала мою нежную кожу.
Робин погладил меня по попке.
— Ты готова, принцесса?
Я кивнула.
— Используй слова, любимая, — пробормотал он, поглаживая пальцами мою спину.
— Заставь, эльф, — нахально сказала я.
— Какое твое стоп-слово?
— Клубника.
Он шлепнул меня по попе, острое покалывание было больше неожиданным, чем болезненным.
— Богиня, видишь, как ее задница двигается, когда я ее шлепаю? Я мог бы смотреть на это весь день.
Он осыпал мою попку ударами, который становились все сильнее, пока я не начала извиваться.
— Чтобы спасти тебя! — рявкнула я
— Такая храбрая, — сказал Астерион.
— Такая смелая, — согласился Робин, когда ударил по чувствительной верхней части бедер.
Я закричала, боль оказалась намного острее, чем ожидала.
Робин остановился. Я лежала у него на коленях, тяжело дыша.
— Ты в порядке, принцесса? — Мое желание стекало по бедрам, тем самым бедрам, которые горели из-за моей незаслуженной, но сексуальной порки.
Мои ноги разъехались на его коленях, а глаза закрылись от смущения, которое быстро развеялось, стоило длине Робина стать еще тверже подо мной.
— Похоже, она более чем в порядке, — прорычал Астерион. — Посмотри, какая она влажная и блестящая для нас.