Белая Длань (СИ)

- Вещайте же, ваше высочество, уж очень интересно послушать, что же вам понадобилось от мертвых стариков. – благожелательно отозвался хозяин Холодного Рва, усаживаясь на землю и скрещивая руки, но при этом по-прежнему не сводя взгляда с спутника Гарденера.
Эдмунд старался не вдаваться в подробности, коротко рассказав об итогах битвы и своём новом положении. Если лорд Холодного Рва молча слушал, постепенно становясь угрюмым, то вот последний король Простора буквально рвал на себе седые волосы с небольшими вкраплениями родного русого цвета. Осознание того, что твоё собственное решение буквально перечеркнуло всю историю многовекового рода, было катастрофичным. После окончания рассказа Мерн буквально посерел, а глаза его заплыли от едва сдерживаемых эмоций.
А что Ланнистер? Он же мог взять на себя командование армией? – потеряно спросил его отец.
- Лорен Ланнистер за счёт того, что находился со своей армией практически в конце, смог сбежать и преклонить колени перед Эйгоном. Сейчас его потомки являются вторым домом в Вестеросе за счёт брака с Баратеонами, бастардами Таргариенов, что после восстания узурпировали трон. – ответил отцу Эдмунд, испытывая сожаление перед отцом, но не чувство вины, как перед остальной роднёй. В конце концов именно он был косвенно, если не прямо, виноват в случившемся.
- Позор, какой позор. – удручённо прошептал Мерн.
- Тебе ещё повезло. – отозвался наконец лорд Уильямм спустя время после продолжительного молчания.
- Повезло… Повезло?! Моя семья уничтожена! Наследием распоряжаются стюарды, а ты говоришь мне повезло?! Имей уважение, Осгрей, я – твой король! - растерянно и гневно отреагировал Мерн на комментарий своего вассала.
- Может и так, да только мы мертвы, ваше величество. Перед смертью все равны, не находите? – поинтересовался лорд Уильямм, а после продолжил. - Ваш род сгинул королями, да вымершими, но всё же королями, чьи подвиги запомнил на века весь Простор! В то время, как мой болезный брат встал во главе, а его потомки пустили по ветру всё наследие львов Простора! Нет более Северной марки, в Холодном Рве заседают Вебберы, а мой род низведен до состояния ленных рыцарей! Лучше смерть, чем позор! – грозно парировал великий воин Юга.
- Я сожалею об этом, лорд Уильямм. – выразил своё соболезнование Эдмунд.
- Оставь эти слова при себе, мальчик, ты ни в чём не виноват. Это у твоего отца не хватило ума выждать время, собрать информацию, придумать контрмеры в конце концов! Глупец, что свёл нас всех в могилу. – практически рычал лорд Осгрей, напоминая о том, что он не простой слуга, а великий лев Простора, которому когда-то принадлежал весь север вечноцветущего королевства.
- Гавен, с которым разговор состоялся раньше, также просил передать о том, что именно тебя он считает виноватым в своей гибели. – решился добить последний гвоздь в крышку гроба отца, Эдмунд, совместив это с выполнением последней воли брата.
- Я… - вконец сломался король Простора под натиском вины собственного лучшего друга и сыновей. – Я сожалею об этом. Кто мог знать, что всё так обернётся? Мы были должны что-то предпринять, чтобы остановить Таргариена и его драконов. Наша армия не должна была знать поражения.
- Тебе нужно было дважды об этом подумать после того, как Эйгон низвёл Хоаров и Дюррандонов, всем остальным хватило ума преклонить колени, но ведь у нас, в отличие от остальных, была Цитадель! – обвинительно покачал головой Эдмунд. – Мы могли найти иные способы. Не давать ублюдку генеральное сражение, ведь и так было очевидно, что дело не в количестве мечей или лошадей, а в подходе. Я знаю о чём говорю, отец. Дорнийцам хватило ума не вступать в прямое сражение, а вести борьбу осторожную, благодаря которой они изничтожили одну из тварей вместе с сестрой Эйгона.
- Но как? - шокировано отозвался Мерн IX. – Как у этих себялюбивых ублюдков это получилось?
- Подробностей не знаю, но это был не последний случай, когда людям может и хитростью, а где и изворотливостью удалось сокрушить этих раздутых ящериц. – ответил отцу Эдмунд, сейчас не в силах узнать того, кого когда-то считал своим примером.
 
- Сейчас я бы хотел узнать у вас, лорд Уильямм. Что вы можете посоветовать мне? – обратился Эдмунд к своему наставнику, что сейчас пребывал в не самом хорошем расположении духа.
- Что я могу сказать тебе, мальчик? Ты сказал, что на твоей стороне рыцарь Долины с валирийским мечом, да Кидвеллы, дери за ногу этих затворников? Будь у меня подобный набор я бы, конечно, обрадовался, да после отправился на Стену, ибо лучше умереть там, чем тебя засмеют здесь. – покачал головой Осгрей, вгоняя Эдмунда в тоску ещё сильнее. – Но. – сделал чёткое и громкое утверждение лорд Холодного Рва. – Это ведь не твой путь верно? Я могу сказать тебе, что делать с армией, но не с поиском союзников, уж точно не зная всей ситуации. Однако, твой отец, несмотря на свою самую глупую в жизни ошибку, на этом собаку съел. Он был не самым великим из правителей, зато умел заключать договора. И хотя я презираю ту выходку Лорена Ланнистера, но будь нашим противником кто угодно кроме Таргариенов мы бы гнали их ссаными тряпками до Ступеней, а может быть и куда подальше.
- Я понял вас. – кивнул Гарденер благодарно. – Отец? – позвал он короля Простора, что сейчас пребывал в прострации уставившись в одну точку.
- Что, сын мой? – глухо отозвался Мерн.
- Мне нужен твой совет. – кристально честно озвучил Эдмунд.
- Зачем? Я и так загубил всё, что было можно и нельзя. – пребывал король в состоянии самобичевания.
- Послушай же, отец. – схватил Эдмунд короля за плечо, подмечая, что в этот раз он, по прихоти судьбы, поменялся ролями с младшим братом. – Мне нужна твоя помощь. Как сказал мне Гавен – шанс ещё есть. Я не виню тебя за то, что ты отправил нас всех на эту бойню на Пламенном поле. Я виню себя за то, что не смог возразить тебе в тот день, согласиться с лордом Уильяммом, когда он говорил тебе о своих опасениях. Будь я чуть твёрже и решительнее, быть может, я бы смог избежать трагедии, но этого не случилось. – покачал последний Гарденер головой, словно осуждая самого себя. – А потому теперь я прошу тебя дать мне совет. Напутствие. Наше прощание, которого так и не случилось при жизни.
- Ты не виноват, Эдмунд. Не виноват. – прошептал Мерн, неожиданно крепко сжимая в объятьях сына. – Мне стоило послушать Осгрея, когда был шанс, но желание вписать себя в историю, стать лучше, чем был мой отец, что сгинул в сражении с Аргилаком затмило мой разум. Мой совет тебе. Моё напутствие. Моё прощание. Будь сильным, не иди на поводу амбиций, слушай тех, кому веришь и кто всегда рядом подле тебя. – с раскаяньем посмотрел король в сторону лорда Уильямма на что тот только похлопал своего старого друга и правителя по плечу. – Я верю, ты станешь королём, который заткнёт за пояс всех. Я не жду, что ты не сделаешь ошибок, но ты по крайней мере не сделаешь подобную моей. Прости меня за всё Эдмунд, прощай. – разорвал король объятья.
- Сир Уильямм, я ещё задержусь здесь и постараюсь найти ваших сыновей. – обратился Гарденер к наставнику. – Мне передать им что-то от вас?
- Да что им говорить? Как были молодым дурачьём такими и остались. – отказался Хранитель Северной Марки. – Пообещай только мне, что если потомки моего брата не окажутся совсем уж пропащими, то ты восстановишь справедливость для моего рода.
- Обещаю, сир Уильямм. – кивнул Гарденер, крепко пожимая руку своему наставнику и отцу его близких друзей
Вскоре, лёгким движением руки проводника, фигуры короля и его рыцаря вернулись на свои законные места. Мир замерших воспоминаний брал своё и Эдмунда ещё ждали люди, с которыми ему предстояло поговорить в последний раз. Однако, с каждым пройденным шагом в этом месте, Эдмунду становилось всё легче идти, при том, что чувство вины прошлого уходило на второй план, а на замену ему приходила ответственность, которую он брал на себя в эту ночь.
  
Глава 16. Прощание на Пламенном поле. Часть 2
 
Двигаясь всё дальше по мрачному полю остаточных прижизненных воспоминаний Гарденер раздумывал над тем, как же было всё проще в его прошлой жизни, не той когда он был Луи МакМёрфи обычным клерком ирландо-французского происхождения, а Эдмундом Гарденером, законным принцем Простора до Завоевания Эйгона. Тогда ему и в голову не могло прийти то, что он станет изгнанником на собственной земле, что его родные и близкие сгинут, а единственной возможностью увидеть их вновь и услышать их голос будет сделка с богом мёртвых, вернувшего его к жизни и преследующего свои неясные цели.