Белая Длань (СИ)

- Надеюсь у вас есть хоть какой-то план, ваше величество? – выждав момент, обратился Корбрей к Гарденеру полушёпотом. Находились они на полпути к окрестному замку.
- Из замка будет выбраться намного легче, чем из кишащего стражей города. Сейчас я не смогу оказать тебе в должной мере поддержку, но после захода солнца это не мы будем заперты с ними, а они с нами. Да и жалости к ним у меня уже не будет. – ответил Лину в спокойной манере Эдмунд. Стражники не рыцари, да и вряд ли у кого-либо здесь найдётся валирийское оружие. В случае опасности, колебаться Гарденер не собирался, уж точно не во вражеском стане.
Корбрей на ответ Эдмунда уверенно кивнул, убеждаясь в намерениях своего сюзерена. Так и шли наследный король Простора и его верный рыцарь под пристальным взглядом стражи и заинтересованными перешёптываниями горожан, что наблюдали за этой процессией. Двигались они в ускоренном темпе, дабы исключить возможность внезапного побега гостей.
Конвой добрался до замка весьма скоро, после чего часть стражников вернулась в город, а ворота крепости закрылись, отрезая гостям путь к отступлению, но пока что тем это было и не нужно. Лошадей отвели в конюшни, а сами спутники направились внутрь крепости, что ещё раз убедило Эдмунда в неизвестных намерениях хозяев Плюща, ибо шли они поднимаясь всё выше по лестнице, а не традиционно вниз, где находились тюрьмы.
Где-то на третьем этаже Корбрею и Эдмунду пришлось разделиться – их развели по разным комнатам и оставили снаружи около двух караульных. С одной стороны с ними действительно обращались как с гостями, а с другой не забывали и напомнить о своём положении как пленников, что определённо вызывало у Гарденера недоумение и беспокойство.
Сама крепость была, не сказать, чтобы богато украшена, но при этом легко прослеживался уход и забота о древнем родовом гнезде Кидвеллов. На стенах висели различные гобелены и картины с изображением предков знатного семейства. Изюминкой замка был проросший практически на каждой поверхности плющ, что учитывая герб хозяев, не было чем-то удивительным, а скорее напоминало гостям о том, где они находились.
Комната в которой оказался Эдмунд была вполне уютной, если не считать возможность покинуть её затруднительной. Добротные деревянные стеллажи с различными декоративными диковинками и книгами расположились у дальнего конца стены, чуть ближе ко входу располагался небольшой письменный стол. У дальней стены, рядом с окном за которым всё-также можно было разглядеть плющ, расположилась двухместная кровать из бархатного белья зеленого цвета, что говорило о несомненной важности этой комнаты и о привилегированном положении того, кому приходилось здесь проживать
На небольшом столике близ кровати уместился серебряный поднос с различными угощениями в виде свежих фруктов и кувшина, по всей видимости, с вином. Атласные шторы с изображением растительности плавно колыхались под воздействием ветра, впускаемого внутрь из открытого окна, что придавало ощущение свежести. Все эти детали вызывали спокойствие и умиротворенность, но Эдмунд только покачал головой, понимая, что всё это было неспроста.
Уместившись на кровати, Гарденер уставился в потолок. Порой ему казалось, что в его нынешнем положении посещение городов, словно под воздействием проклятья, оборачивается для него самыми неожиданными последствиями. Хайгарден, Эпплтон, а теперь и Плющ, везде ему пришлось встревать в неприятности и хотя мест этих было не так много, все они были показательными в своей закономерности. Впрочем, обойтись без их посещения также было нельзя, иначе бы Эдмунд предстал перед богами не как их чемпион, а скорее как бродяжка, случайно попавший в их поле зрения. Было бы неловко, да и самому хотелось комфорта, тем более что, пока ничего непоправимого не случилось.
Притрагиваться к яствам или вину, Гарденер не стал. Так было безопаснее. Книги его тоже интересовали мало, вряд ли для него здесь найдется что-то действительно интересное, да и томительное ожидание не придавало Эдмунду спокойствия. Возможно, он просто накручивает себя и Кидвеллы не задумали ничего плохого, о чем говорила их репутация, но собственная паранойя не хотела отпускать мысли Гарденера из своих тисков.
 
Так Эдмунд провел в своей удобной темнице несколько часов, прежде чем дверь в помещение внезапно отворилась. На пороге стоял одетый в добротный дублет слуга, что, осмотрев покои и заметив Гарденера, двинулся прямо к нему. Слуге было около тридцати лет, однако, у него уже проявлялась небольшая залысина. Квадратный подбородок был слегка покрыт щетиной, а карие глаза, под цвет волосам, смотрели спокойно, можно даже сказать без всякого выражения.
- Доброго дня, сир. – поприветствовал слуга Эдмунда, глубока поклонившись. – Лорд Кидвелл приказал мне поинтересоваться устраивают ли вас ваши покои?
- Вполне, если бы не способ каким меня сюда доставели, то я бы непременно выразил лорду Кидвеллу свою благодарность, но пока что, лишь вынужден поинтересоваться сроком своего пребывания в этом месте. – ответил Гарденер с нотками язвительности, невольно выплёскивая на слугу накопившейся стресс.
- Что же, понимаю. – кивнул слуга, проигнорировав ядовитый тон наследника Дубового трона. – Я передам ваши слова лорду Кидвеллу. Касательно же вашего срока пребывания, то это также зависит от того захотите ли вы остаться здесь после званного ужина с хозяевами. Не желаете ли чего перекусить или же какого-то определённого напитка? – поинтересовался слуга, мазнув краем глаза по нетронутому столу с угощениями.
- Боюсь, что нет. – отмахнулся Гарденер. – Когда же мне стоит ожидать столь важной трапезы с лордом Кидвеллом?
- Ближе к восьми вечера, сир. Пока что я настоятельно рекомендую вам немного поспать и насладиться нашим гостеприимством. Уверяю, что с вами и вашим спутником всё будет в порядке, пока вы не совершаете никаких необдуманных поступков. – неодобрительно покачал головой на ответ Гарденера слуга. – В скором времени вас сопроводят для принятия ванны. Надеюсь, вы не против? – Эдмунд только покачал головой. – Отлично. Приятного отдыха, сир.
После чего слуга покинул покои Гарденера, вновь оставляя избранника Семерых со своим мыслями. – «Яства? Омовение? Меня хотят расположить к себе или же это как последний приём пищи у смертников? Что-то я не припомню подобной традиции в Вестеросе. Впрочем, мыло ли чем могут увлекаться столь непримечательные благородные как Кидвеллы?». – размышлял Эдмунд, не без иронии, соответственно.
Мысли о неизвестных намерениях Кидвеллов вызывали пищевое расстройство внутри Эдмунда, из-за чего тот отринул подозрительность и решил немного перекусить. Ничего необычного ни во время еды, ни после, наследник Дубового трона не заметил, но к вину притрагиваться поостерегся – всё-таки жидкость было отравить куда проще, нежели свежие фрукты. Однако, выбора у Гарденера особо не было, ему нужны были все силы к вечеру, и хорошо, если беда обойдёт его стороной, но если придётся драться, то стоило это делать хотя бы сытым и бодрым, а не наоборот.
После еды, как и сказал слуга, нагрянули несколько миловидных служанок, что в компании стражников сопроводили его в другое помещение, всё на том же третьем этаже крепости. Это была просторная комната с большой деревянной бочкой по середине, с импровизированным белым тканевым навесом, для приватности и сохранения температуры воздуха. Рядом стояли несколько деревянных ведер, видимо для служанок, что начали раздевать Гарденера стоило только двери в купальню закрыться.
Особо сопротивляться Гарденер не стал, прекрасно знакомый с подобной практикой в своих воспоминаниях. Служанки, весьма опытные, быстро избавили Эдмунда от частей гардероба, после чего помогли ему забраться в бочку для купания. Стыда наследник Дубового трона не испытывал, как и сами девушки, которые давно привыкли к подобной работе. Им было слегка за двадцать и если бы не уверенность Гарденера в то, что это были совершенно другие девушки, то он вполне смог бы принять тех за шлюх, которых видел не так давно в борделе, настолько те были похожи своей внешностью на них.