Белая Длань (СИ)

Он был бы и рад поверить в сказки в своём необычно трудном и тяжёлом положении, да только вот характер не позволял. Вряд ли Бейлишу удастся остановить то чудовище, а значит рано или поздно оно бы вернулся сюда, даже если бы его командиры продолжали вести себя, как ленивые слюнтяи. После этого участи Болтона могли бы позавидовать разве что мертвецы. Иллюзий Русе не питал – на Стену ему отправиться не позволят. Казнят на месте без всякого суда, что в его обстоятельствах и не нужен был особо. Последняя надежда рода его единственный сын-бастард Рамси, который получил от Русе официальный статус законного наследника, стоило только лорду занять место официального регента при малолетних Бране и Риконе Старках.
Толку правда от калеки и мальчишки всё ещё пускающим струю соплей из носа было мало, особенного после того, как в занятый его войсками Винтерфелл добралась младшая из девчонок Старк. Рамси оставалось только грамотно подсуетится в случае его смерти и удавить последних законных волков прямо в своих постелях. Дальше только женитьба на одной из последних живых представительниц рода сюзеренов и Болтонов с насиженного места уже убрать не удастся – северные лорды этого сделать не позволят. Правда девчонка была крайне дерзкая и идти на поводу у Болтонов не собиралась. Однако и Рамси лыком шит не был. Он умел обращаться со строптивыми суками и уж к этой точно найдёт подход. Таким образом они смогут сохранить пусть и не всё, но большую часть своего влияния. Под таким углом их положение смотрелось уже не таким критическим, пускай сам Русе и был обречён на позорную смерть.
Вот только все эти мысли ушли на второй план стоило только Болтону осознать, что тряска, пробудившая его ото сна, в этот раз была вполне реальной. То было не сонное видение, а вполне себе живые ощущения, что полностью лишили Русе покоя. Главным же подтверждением этого служила суета в замковом дворе, обеспокоенные крики гарнизона и замелькавшие огни ламп и факелов прямо за окном. И конечно же вся эта ситуация не могла не напрячь лорда Дредфорта, что уже собирался облачиться и выйти из своих покоев, как внезапно замок сотрясла новая волна. В этот раз она раздалась откуда-то с другой стороны и повалила поджарого регента прямо на пол, вызывая у него новую порцию раздражения и холодной ярости.
- Что происходит? – холодно вопросил Болтон, настежь отворяя двери из собственных покоев и привлекая к себе внимание стражи. – Откуда взялся этот шум? – продолжил он, прожигая своим холодным мёртвым взглядом лорда Слейта, временно исполняющего обязанности кастеляна замка и лорда Чёрной заводи.
- Лорд-регент, - не стал долго расшаркиваться мужчина, чью неаккуратную бороду уже тронула седина, а уродливый шрам над правой щекой создавал ощущение будто бы он родился с одним глазом, а вовсе не с двумя. – Боюсь андалы всё же решились напасть. – констатировал и так вполне понятный Болтону факт Слейт, вызывая у того лишь ещё больше раздражения. Такого, что даже желваки лорда Дредфорта заходили ходуном.
- Скажи мне то, что я и так знаю ещё хоть раз, Слейт, и посмотрим, как долго ты будешь кричать, лишившись своей кожи. – процедил Русе сквозь зубы, заставляя лорда Чёрной заводи ощутимо вздрогнуть. – Конкретнее. – добавил он, не желая тратить лишнее время.
- Кхм. Да, лорд-регент. Каким-то образом врагу удалось снести Водяные ворота. Мы направили туда большую часть сил из внутреннего двора, но оказалось, что, то был лишь отвлекающий манёвр. На самом деле главный удар был направлен на западную стену, что рядом с Надвратными вратами. Неизвестно сколько сил у захватчиков, но все они рвутся к механизму управления подвесным мостом. – отчитался кастелян, заставляя Болтона начать продумывать варианты своим усталым от вечного недосыпа разумом.
- Вы уже сообщили о том, что гарнизону стоит немедленно возвращаться на подмогу к Надвратным вратам? – вздёрнул свою редкую прямую бровь Болтон, испытующе впившись в фигуру лорда Слейта.
- Да, сир, но боюсь им потребуется время, которого у нас может и не быть. – испытывая опасение перед фигурой представителя известного на Севере рода линчевателей, всё же по существу отозвался на вопрос лорда кастелян.
 
- Понятно, тогда приготовься, Слейт. Пойдёшь со мной и окажешь гарнизону поддержку. – уже собирался вернуться в свои покои дабы облачиться в доспехи Болтон, как вдруг услышал звон мечей на нижних этажах Крепости, куда вела длинная винтовая лестница. По сему выходило, что не только открытие врат было целью лазутчиков, но и главные покои лорда, единственной защитой которого была не такая уж и многочисленная домашняя гвардия.
- Уверен кто бы это ни был он не пройдёт, сир. – постарался заверить его Слейт, но престарелого лорда Русе уже слушать не собирался. Времени на это не было и пускай сейчас лорд Дредфорта был не в лучшей форме, но без боя он точно не сдаться. В конце концов он был потомком Красных королей и не отступит перед лицом смерти.
- Стой на месте, Слейт, и не дай никому пройти, даже под страхом смерти. Пускай хоть в этом от тебя будет толк. И пускай нас сегодня рассудят Старые боги. – обозначил обязанность кастеляна стоять на его страже Болтон, удаляясь в покои, что некогда принадлежали всем известным лордам из рода Талли. Даже если Русе не успеет облачиться в доспехи, то хотя бы возьмёт в руки оружие, иначе врагу слишком легко дастся его смерть, чего он допустить никак не мог.
Собственно, примерно так всё и вышло. Звон мечей и крики воинов становились всё ближе и ближе, пока лорд Дредфорта облачался в латы. Понимая, что времени было немного Русе первым делом озаботился железным нагрудником и наплечниками, полностью забывая о поножах или о чём-то другом. Времени на это как раз таки хватило, прежде чем тело Слейта сорвало двери покоев с петель. Кастелян упал прямо к ногам Болтона, что так и не смог разобрать лиц или опознавательных знаков на обмундировании вошедших. Те ничего не сказали и говорить что-либо не собирались, а лишь быстро бросились в его сторону, скрываясь в полумраке господских покоев.
Болтон был неплохим мечником, по крайней мере в молодости, но сейчас годы давали о себе знать, да и нынче ему катастрофически не хватало времени на практику. От первого удара клинком он отбился и даже второй смог парировать весьма успешно, а вот третий, самый коварный, рассёк его незащищённое бедро, из которого хлынула кровь. Подол ночной рубашки обагрился, а раненная нога предательски подкосилась, однако изо рта Болтона не вырвалось ни единого болезненного стона. Покрепче сжав собственный меч, Русе нанес удар, но враг, что нанёс ему ранение оказался куда проворней и быстрей, чем он сам, легко избегая столь медленного пусть и сильного замаха. По сути, это стало для Болтона концом, ведь уже следующие удары он отразить был не в силах.
Первый рассёк ему руку с мечом, начисто перерубая сухожилия и даже часть кости. Второй вошёл ему прямо в левый бок, сквозь рёбра, почки и даже часть кишок. Русе успел хорошенько прочувствовать холодную сталь за эти несколько мгновений, чтобы говорить об этом наверняка. Впрочем, мыслительный процесс регента Севера был прерван финальным ударом, что с яростной силой прошил его доспехи и тело насквозь, разумеется, вместе с сердцем. Последним, что увидел перед собой Болтон было лицо его убийцы, которое он смог разглядеть лишь благодаря усилившемуся свету из окна, где по всей видимости что-то успело сильно загореться.
- За моего брата. – практически выплюнула ему в лицо молодая копия почившего Эддарда Старка. По крайней мере именно такое сравнение пришло в голову уже бывшего регента первым и вместе с тем последним.
Финальные слова в его жизни, обличали его самое противоречивое в судьбе решение. Взгляд Русе опустел. Из него ушла жизнь. Церемониться с его телом никто не стал. Убийца схватил убиенного лорда за плечом в железном наплечнике, но не для того, чтобы поддержать, а чтобы использовать как опору и извлечь запачканный кровью клинок. Далее мертвец был презрительно отброшен в сторону кровати. И так уж сложилось, что непокрытая голова Болтона была направлена на высокие колонны громоздкой кровати, вырезанные в виде прыгающей форели, что естественно не добавило ей целостности после столкновения. Кровь из раскроенного черепа залила бледное лицо Русе, сделав его самым натуральным Красным королём. Правда совсем не тем, на кого тот некогда равнялся и к кому стремился, шагая по трупам и головам всех, кто его окружал.