Цена зла (ЛП)

Я протягиваю Рэту стопку папок. Пока он листает их, я просматриваю другие, и заставляю Страйкера просмотреть еще больше, в то время как другие ребята поднимаются наверх и осматривают фургон.
— Спайдер, смотри. — Рэт показывает мне одну из папок. Там полно бумаг, на которых есть черно-белые ксерокопии удостоверений личности. Некоторые выглядят как различные типы виз в США, рабочие визы и тому подобное. Другие — студенческие удостоверения. Там десятки мужчин и женщин, несколько подростков разного возраста.
Там есть несколько копий фотографий, люди, которые выглядят так, как будто их сняли высококлассной камерой, все с именами, полом и возрастом, написанными рядом с ними.
— Похоже, у этого парня есть досье на десятки людей, но кто они такие? — спрашиваю я больше для себя, чем для кого-либо другого. Все сигналы тревоги в моей голове срабатывают.
— Зацени это. — Страйкер протягивает мне страницу из своей папки.
Я просматриваю ее. На ней есть ряды телефонных номеров. — Похоже на какой-то список контактов.
— Еще фотографии, — говорит Страйкер, поднимая их.
— Держу пари, если мы проверим, эти кредитные карты принадлежат людям на этих фотографиях, — говорит Рэт. — У него здесь чертова база данных.
— Да, но это еще не все. — Я просматриваю еще несколько телефонных номеров, не узнавая ни одного из них.
— Тогда в чем же дело? — спрашивает Страйкер. — Спайдер, что, черт возьми, здесь происходит?
Я провожу пальцем по другому списку номеров, все из которых помечены как мотели или отели типа «постель и завтрак» и несколько пансионатов, большинство из них в Неваде.
Мой мозг замирает, когда я вижу номер в одном из списков. — Страйкер. — Я поднимаю страницу, указывая на номер. — Пансионат Рози. По этому номеру звонила Стефани.
— Спайдер, здесь перечислены сотни мест. Тут… о черт. — Он замирает, уставившись на одну из страниц в своей руке. — О, Спайдер… — Он произносит мое имя низким певучим голосом. — Кому-то нужно кое-что увидеть.
Мне не нравится, как это звучит, я выхватываю у него бумагу и смотрю на черно-белую копию фотографий на странице. В отличие от большинства фотографий, которые являются плохими снимками удостоверения личности, которые вы получаете, когда регистрируетесь для получения водительских прав, этот снимок выглядит гламурно, как будто он был сделан профессиональным фотографом.
Второй раз за этот день кровь стучит у меня в ушах.
Черт бы меня побрал.
Имя рядом с изображением — Эмма Вайнмэн. Имя другое, но лицо безошибочно узнаваемо.
Это моя маленькая воровка.
Глава 21
Возвращение монстра
Эмма
За несколько минут до конца моей смены Моника просит меня доставить заказ одному из членов MК в комнату для вечеринок. Она наливает виски и добавляет его на поднос с корзинкой крылышек, затем ставит поднос на стойку для меня.
Кухня обычно закрывается в полночь, а сейчас уже почти семь, но приказано, чтобы кухня оставалась открытой для членов MК в любое время.
Я беру поднос и оглядываюсь через плечо на Клайва, охранника, который следил за каждым моим движением с тех пор, как Спайдер ушел со Страйкером более часа назад.
— Ты собираешься следовать за мной, пока я доставлю это? — наполовину поддразниваю я, поднимая поднос.
Стоящий у стены возле бара охранник с суровым лицом смотрит на меня бесстрастным, невозмутимым взглядом. Он весь такой холодный и деловой, мало чем отличается от охранников в Колонии. Мне от этого не по себе, но я его часто видела, и он всегда такой. По крайней мере, он не жуткий, не смотрит на меня так, словно раздевает своими глазами, как Тони.
Я начинаю задаваться вопросом, не было ли каких-то проблем с Ублюдками Сатаны. Я надеюсь, что Спайдер просто перестраховывается.
Я направляюсь в холл, который ведет к ряду комнат для вечеринок, к охраняемой двери, через которую я пробежала с этими чаевыми, как будто тысячу лет назад. Он смотрит на меня, но не следует за мной. Но сейчас на этот раз я не войду в эту дверь.
 
Остановившись у комнаты, как раз перед охраняемой дверью, я стучу в дверь комнаты для вечеринок.
— Войдите.
Глубокий, низкий голос принадлежит Аксу, врачу, который ввел мне противозачаточный имплант. Это был единственный раз, когда я его видела, но я узнала его голос.
Я толкаю дверь, ожидая увидеть его сидящим на диване с одной из танцующих для него стриптизерш, но, когда я заглядываю, я его не вижу.
— Ваш заказ, сэр. — Я вхожу в комнату.
Он появляется рядом со мной словно из ниоткуда, и я вздрагиваю. У меня едва есть шанс рассмотреть его очки и узкие черты лица, прежде чем я вижу, краем глаза как его рука быстро двигается.
В моей руке острый укол боли. Я вздрагиваю, и поднос с грохотом выпадает из моих рук. Я открываю рот, чтобы закричать, но рука Акса прикрывает мне рот.
Накатывает головокружение, и комната кружится.
Акс подхватывает меня на руки.
Мир становится черным.
Я просыпаюсь секундой позже в полной темноте.
Мир полностью лишен света, в такой полной темноте я уже бывала раньше.
Меня охватывает паника. В последний раз, когда я была в такой темноте, я была в изоляции в Колонии. Я дергаюсь, но мое тело кажется медленным и тяжелым, мои мысли формируются медленно.
Когда я тяну за поднятые руки, звук звенящей цепи проникает в мои уши. Мои руки кричат от боли, как будто они слишком долго находились в одном и том же положении.
Сразу несколько осознаний поразили меня.
Во-первых, мои руки вытянуты надо мной, и холодная металлическая цепь обмотана вокруг моих запястий, звенья впиваются в кожу. Во-вторых, я стою на цыпочках, мои пятки оторваны от земли. Грубый цемент холодит мои босые пальцы. В-третьих, на мне нет одежды.
Я голая.
Снова.
Серьёзно? Как это продолжает происходить?
За исключением того, что последние два раза, когда я была обнажена, меня привязывал к кровати Спайдер, а затем к дереву в жаркой пустыне. Теперь такой удачи не будет. На этот раз я подвешена, вишу на цепи, как рыба, которую вот-вот выпотрошат.
Я никогда не слышала, чтобы пасторы раздевали прихожан догола, когда помещали их в изолятор, и они не делали этого со мной, когда я была заперта там.
Должно быть, я все еще с Дьявольскими Бандитами, но зачем Спайдеру вздергивать меня вот так? Между нами так многое изменилось. На прошлой неделе, после того случая с Кэпом, он был совсем другим человеком. Нежный. Сострадательный. Любящий.
Это не имеет смысла.
Мой взгляд скользит по сторонам, но куда бы я не смотрела, в комнате слишком темно, чтобы что-то разглядеть. Здесь прохладно, и запах плесени висит в воздухе, как в подвале. Если и есть окна, то они заколочены досками, чтобы не пропускать свет.
Я ничего не вижу, но у меня такое чувство, что, если бы я могла, мое зрение было бы размытым.
Я помню это чувство. Это похоже на то, когда я испытываю оргазм, но без приятных, божественных ощущений, связанных с этим. У меня гудит голова, и по венам бегут мурашки.
Затем воспоминания о том, что произошло за несколько секунд до того, как я отключилась, нахлынули снова.
Укол иглы в мою руку. Акс, поднимающий меня на руки. А потом… ничего.
Накачанная наркотиками. Доктор накачал меня наркотиками.
Почему?
Очевидная мысль сильно поражает меня. Он работает против Спайдера. Предал его по какой-то причине. Это не имеет смысла, но Спайдер не стал бы внезапно подталкивать его к чему-то подобному. Не после прошлой недели. Он бы не стал.
 
Если боль в моих руках — это какой-то признак, то не прошло и секунды с тех пор, как Акс вонзил в меня эту иглу. Тогда как долго?
— Спайдер! — мой голос звучит дрожащим и слишком высоким. — Выпустите меня отсюда!