Цена зла (ЛП)

Его язык скользит по моему клитору, дразнит мою сердцевину, а затем снова мучает мой клитор. С каждым предательским движением потребность нарастает, угрожая разрушить мои стены и уничтожить мою решимость.
Язык этого человека — волшебный. Он точно знает, что делает. Он лижет внутреннюю сторону моего бедра, затем другое, и я стону, извиваясь под ним в отчаянии.
— Скажи мне, что ты этого хочешь, — рычит он. — Скажи мне, что ты хочешь, чтобы мой язык был на твоей киске.
Ох, он не заставит меня это сказать.
— Скажи это, или я заставлю тебя съесть мою сперму и отправлю тебя спать без оргазма.
Я бы умерла, если бы он сделал это снова.
— Я… я хочу этого. — От одних этих слов у меня горят щеки.
Его глаза ловят мои. — Чего ты хочешь, Дикая кошка? Скажи мне, чего ты хочешь. — Он снова лижет каждое мое бедро, в опасной близости от моей жаждущей сердцевины, не прикасаясь.
— Я хочу, чтобы твой рот был на мне.
Его бровь приподнимается, когда он ясно понимает, как это тяжело для меня. Я вижу, как он обдумывает это в своей голове.
— На твоей киске. Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я лизал твою киску, пока ты не кончишь.
Я облизываю губы, подавляя прилив стыда, который пытается затащить меня под воду. — Я хочу, чтобы ты… лизал мою киску, пока я не кончу.
Мои щеки становятся еще горячее, но, сказав это, я почему-то чувствую себя правильно. Как будто он добирается до какой-то внутренней части меня, которую Колония подавила.
— Хорошая девочка. Это было так трудно?
Он вознаграждает меня несколькими долгими, медленными облизываниями. Я стону, а затем притягиваю его голову к себе. Спайдер торжествующе рычит и упивается моей плотью, пожирая каждую каплю.
Мои бедра покачиваются, потираясь о него. Он ускоряет темп, и тогда этот злой язык оказывается повсюду. Он проходится по мне снова и снова, и волна поднимается и поднимается, пока мои бедра не подкашиваются, и внезапно мне все равно.
Меня не волнуют приличия, или Колония, или то, чему меня учили. Мне плевать, что он язычник из Ада. Все, чего я хочу, это его рот, его язык, язык Спайдера, облизывающий меня до беспамятства. Я вскрикиваю от удовольствия, хватаю его за волосы и бесстыдно трусь о его лицо.
— Блядь, да. Трахни мой язык, сладкая. — Спайдер стонет, и вибрация от этого делает меня еще более влажной. Его язык возобновляет свои мучения.
Я издаю всхлип.
Его борода царапает мои бедра, поднимая меня выше. Я дико вращаюсь, вцепившись в край матраса за головой так сильно, что удивляюсь, как одеяло не рвется.
— Ах… Спайдер! — его имя наполняет мои уши, и это мой голос, но он едва узнаваем. Я разваливаюсь на части, прилив засасывает меня. Эйфория захлестывает меня умопомрачительной волной.
Белые огни прорезают мое зрение. Едва оргазм отступает, как он ползет вверх по моему телу и ложится на меня сверху.
— Для того, кто хочет уйти от меня, ты только что очень хорошо прошлась по мне. — Он проводит языком по моей щеке. — По всему моему лицу. Ты дикая женщина, когда перестаешь быть такой гребаной ханжой и отпускаешь это.
Негодование разжигает мою кровь. — Это было нечестно. Я…
Его рот пожирает мой, и вкус моих соков в его поцелуе разжигает огонь. Я пытаюсь отвернуться, и его пальцы хватают меня за челюсть. Его рот раскрывает мой, его язык разрушает.
Когда он поднимает голову, я, затаив дыхание, беспомощно смотрю на него.
Его лицо холодное и жесткое, вызывающее меня бросить ему вызов, сказать ему, что я не хочу его. Чтобы солгать ему. Безжалостность в его глазах, победа в них насмехаются надо мной.
— То, что ты заставил меня… пройтись по твоему лицу… ничего не меняет. Я все еще ненавижу тебя.
Молча, он подтягивает мои колени к своим бедрам. Его ствол дразнит мою сердцевину, а затем он входит в меня одним жестким собственническим движением.
Я хнычу, и он делает это снова.
— Так сладко. — Он жадно упивается, вращая бедрами и двигаясь взад и вперед, поглаживая каждый нерв. — Ты была создана, чтобы брать мой член, когда и как я захочу.
 
Мои глаза закрываются, и я отворачиваюсь в сторону, испытывая унижение от собственной слабости за то, что поддалась ему, съедающее меня заживо.
— Посмотри на меня, — рычит Спайдер.
Я всхлипываю, чувствуя, что мое собственное тело предало меня так же сильно, как и я его. На одно глупое мгновение я подумала, что он доставляет мне удовольствие, но это было не так. Он положил голову мне между ног, чтобы доказать, что может заставить мое тело откликнуться на него.
Я качаю головой.
— Посмотри на меня. — Его руки обхватывают мое лицо, его пальцы на моих щеках и лбу, большие пальцы под моей челюстью. — Даже не думай закрывать глаза. — Он слизывает мои слезы и погружается глубже в меня, достигая каждой частички меня. — Я хочу смотреть на твое лицо, пока буду трахать тебя. Я хочу, чтобы ты увидела, что ты со мной делаешь.
Я не уверена, что понимаю, что он имеет введу, но это не имеет значения. У него есть я. Я ничего не могу сделать, кроме как лежать рядом с ним, пока он заглядывает в мою душу, пока он берет меня, наблюдая, как мой дух медленно развращается и поглощается им.
Спайдер медленно, но грубо входит и выходит из меня, каждый удар, очевидно, должен напоминать мне, что я принадлежу ему. Что он — это все, что есть, и у меня здесь нет власти.
Его грубость должна причинять боль, но это не так. Моя плоть сжимается вокруг него, и растяжка кажется потрясающей. Может быть, это потому, что я такая мокрая, но чем сильнее он входит в меня, тем больше я его хочу.
Мышцы на его лице напрягаются каждый раз, когда он входит в меня. В нем нет ни сострадания, ни тепла. Он снова завоеватель, и мне это нравится.
Я стискиваю зубы и ничего не говорю. Смотрю в глаза зверя, но больше ничего не говорю. Я пытаюсь отключить свое тело, но неизбежно моя потребность усиливается, пока мои бедра не раскачиваются, а затем я нахожу его ритм, бьющийся в такт с его.
Никто из нас не произносит ни слова; комната наполняется нашим дыханием, нашим ворчанием и звуком шлепков плоти по плоти. Я сжимаю одеяло под собой, и он входит быстрее.
И вот тогда я понимаю, почему он хотел, чтобы я смотрела на него, пока он берет меня. Вот тогда я вижу это в его глазах, животное, которое питается моим унижением, болью от осознания того, что он медленно и полностью уничтожает меня.
Боже милостивый, как горячо.
Он ускоряет шаг, и я иду за ним, мои бедра вздрагивают, встречая его толчки. Тогда меня уносит прилив. Еще раз эйфория захлестывает меня, и я разлетаюсь на части, запрокидывая голову в крике.
— Ммм. Да, вот и все. Кончай хорошо и жестко для меня. — Спайдер сильно кусает меня за ухо, и я кричу, дико извиваясь под очередной волной. Затем он вонзается в меня еще три раза, рычит от облегчения и изливается в меня.
— Видишь? — его голос пронизан насмешливым удовлетворением в моем ухе. — Я же тебе говорил. Я могу заставить тебя кончить, когда захочу, черт возьми.
И вот тогда до меня доходит неизгладимая правда. Он действительно владеет мной.
Нравится мне это или нет, но я принадлежу ему целиком и полностью, и, если он не убьет меня, я никогда, ни за что не смогу уйти от него.
Глава 14
Доверие
Эмма
Через неделю после вечеринки я заканчиваю убирать последнюю комнату в клубе и возвращаюсь в бар. Я пообещала себе, что спрошу его сегодня. Я не могу продолжать откладывать это.
Спайдер сидит перед телевизором со Страйкером, Драгоном и кучей других парней. Как только я его вижу, мой желудок сжимается от беспокойства.
 
Проведя с ним десять дней, я не должна была так нервничать, разговаривая с ним. Но Спайдер никогда не был самым доступным человеком, и неважно, как часто я с ним разговариваю, я все еще комок нервов. Кроме того, дела никогда не идут хорошо, когда я о чем-то прошу. Каждый раз, когда я обращалась к нему за чем-то, он находил способ заставить меня пожалеть, что я спросила.