Цена зла (ЛП)

Дыхание Спайдера прерывистое, когда он толкает меня на колени.
Со связанными руками мне ничего не остается, как упасть на пол.
Он хватает меня сзади за шею.
Я не уверена, за что ненавижу его больше, за то, что он заставил мое тело так безумно реагировать на него, или за то, что он перестал гладить меня за секунду до того, как я смогла бы прыгнуть через край.
Или потому что я знаю, что будет дальше.
Боль между ног невыносима, но как только я вижу, как он расстегивает штаны, жар, сжигающий меня изнутри, остывает.
Его обещание на бензоколонке возвращается ко мне, и я пытаюсь вырваться из его хватки, встать на колени и отступить назад. Я так не готова к этому.
Пальцы Спайдера безжалостно сжимают мой затылок. Боль делает мою промежность влажной.
— Посмотри на меня, — рычит он.
Странно, как мне тяжело смотреть ему в глаза в лучшие времена, как только он отдает приказ, желание встретиться с ним взглядом вдруг становится непреодолимым. То, что я там увижу, пугает меня не меньше, чем то, что незамужняя женщина не должна видеть.
Мой взгляд устремляется в пол и не двигается.
— Почему это так трудно для тебя? — он хватает меня за подбородок и дергает вверх. — Посмотреть. На. Меня.
Мои глаза устремляются прямо на его лицо. Изгиб его рта дает мне понять, что он видит, как это тяжело для меня.
Он толкает меня вперед, прижимая мое лицо к своей промежности. Мой нос задевает через штаны железный выступ его твердости. Его запах переполняет мои чувства, горячий и мужской, смешанный с пьянящим запахом кожи. Эта смесь опьяняет. Яд для моих вен.
Я стону и пытаюсь отвернуться.
Я не могу поверить, что он делает это со мной.
Я не могу поверить, насколько я возбуждена.
Спайдер оттягивает мою голову назад и спускает штаны до бедер. Его мужественность высвобождается, и я сглатываю.
Он огромен — длинный, толстый и дьявольски красивый.
Я собираюсь отправиться прямиком в адское пламя за это, но я не могу отвести взгляд. Он великолепен.
Спайдер обхватывает свою длину кулаком и бесстыдно гладит ее. Зрелище завораживает.
— Тебе нравится то, что ты видишь, Дикая кошка? — голод в его голосе напрягает мои соски, пока они не набухают, болезненно твердые. Он проводит пальцами по моим губам.
Его слова разрушают чары, и я отвожу взгляд. Он снова поднимает мой подбородок так, что я смотрю прямо в его горящие голубые глаза. Его кулак все еще медленно движется вверх и вниз по всей длине.
— Давай попробуй. — Он обхватывает мой затылок и тянет меня к себе, пока мой рот не оказывается в нескольких дюймах от его большой фиолетовой головки члена. — Покажи мне, на что способен этот ротик.
Мои внутренности сжимаются от стыда, даже когда беспомощность ситуации заставляет мое тело чувствовать себя так, словно оно в огне. Ничего не остается, как дать ему то, что он хочет.
Я медленно втягиваю его в рот, скользя губами по головке. На ощупь он даже больше, чем кажется, и от его мускусного, насыщенного запаха у меня кружится голова. Его вкус странный и эротичный на моем языке. Я останавливаюсь, сомнения просачиваются внутрь и заставляют меня замереть на месте.
Пока из его горла не вырывается самый сексуальный первобытный рык. Потребность в этом звуке проникает глубоко в мою душу. Чувство правоты поселяется во мне, глубоко задевая меня.
— Черт. — Пальцы Спайдера сжимают мой затылок, и он толкается в мой рот, раскрывая мою челюсть, пока она не начинает болеть. — Я знал, что твой ротик будет чувствоваться так чертовски хорошо.
Он такой большой и длинный, что почти достает мне до горла, и даже не доходя до самого основания. Я задыхаюсь и извиваюсь, но выхода нет.
— Не отстраняйся. Открой свой рот.
Этот приказ заставляет мою плоть болеть снова и снова. Я дергаю плечами, пытаясь вскинуть голову, но его пальцы не отпускают меня ни на дюйм.
— Открой свой гребаный рот, или я заставлю тебя подавиться им.
Я стону от стыда и повинуюсь. Спайдер удовлетворенно мурлычет и скользит туда-сюда. Когда я пытаюсь закрыть рот и вытолкнуть его, он берет меня одной рукой за подбородок, а другой — за затылок. Он скользит внутрь и наружу, медленно, длинными движениями, запрокидывая мою голову для своего удовольствия.
 
— Ммм. Вот так. Просто позволь мне трахать твой идеальный ротик, пока я не кончу.
Господи, помоги мне, почему здесь так невероятно жарко? Ощущение его огромных, грубых рук, сжимающих мою голову, в то время как он наслаждается моим ртом… я такая влажная, что мое лоно пульсирует.
— О, черт. Это так идеально, Дикая кошка.
Он рычит, а потом внезапно начинает быстро и жестко входить, и выходить из моего рта. Его твердость становится еще жестче, его хватка на моей голове крепче, и его головка члена постукивает по задней части моего горла.
Я давлюсь и задыхаюсь, а он урчит, глубоким, жадным звуком, как будто от этого ему становится еще горячее.
Я кричу в ярости вокруг него и борюсь за воздух. Его хватка сжимается, словно тиски на моей голове и челюсти, и он жадно рычит, захватывая мой рот, как животное, которым он и является.
Это грех, это крайне унизительно, и мне это нравится.
— О, черт, да! — он ревет. — Жадная маленькая воровка, ты заставишь меня кончить так сильно.
Еще один стон, и Спайдер выплескивает свое семя мне в рот и в горло. Я давлюсь, пытаясь выплюнуть его, но он держит мою голову неподвижной, держит мой рот полным его длиной, не оставляя мне выбора, кроме как пить его соки.
— Вот так. Проглатывай каждую каплю.
Мое горло напрягается. Его вкус почти невыносим. Жар его семени обжигает мне живот, горячий и ядовитый. Мой желудок сжимается от ненависти к нему, от унижения перед самой собой.
Спайдер одобрительно хмыкает и выходит из моего рта. Он обводит мои губы головкой члена, покрывая их своей спермой. Его грудь тяжело вздымается и опускается в глубоком хриплом дыхании, и когда он смотрит мне в глаза, я ненавижу то, что вижу там. Его глаза светятся триумфом и насмешливым удовлетворением, когда он упивается видом моих губ, влажных от его семени. Улыбка победителя кривит его губы.
Он ухмыляется. — Никогда. Черт, ты чувствовалась так хорошо, что я не могу дождаться, когда почувствую, как твоя киска вот так выдоит меня.
— Только тронь меня, и я выцарапаю тебе глаза.
Его член дергается от моих слов, пробуждаясь к жизни.
— Моя маленькая Дикая кошка.
— Ты животное, — выплевываю я.
Он постукивает меня по носу. — Мне скоро придется наполнить твой рот еще раз. — Он убирает свой член и застегивает штаны. Затем он заходит мне за спину и развязывает ремень, освобождая мои руки.
Я разминаю руки и плечи. Та же жажда возмездия, что и в стрип-клубе, сжигает меня изнутри. Я хочу сломать этому человеку челюсть.
Когда я начинаю подниматься на ноги, он хватает меня за плечо, удерживая на коленях. — Оставайся так, пока я не уйду.
По ковру раздаются шаги. Я оглядываюсь через плечо. Спайдер надевает жилет и убирает пистолет в кобуру.
Его мобильник вибрирует, и он берет его, хмуро глядя на экран.
— Похоже, мне нужно уладить кое-какие дела. — Он кладет телефон в карман и подходит ко мне. — Поспи немного. — Он гладит меня под подбородком и тычет подбородком в сторону кровати. — Тебе понадобится вся твоя энергия для того, что я собираюсь сделать с тобой завтра.
Я отдергиваю лицо от его прикосновения, мой желудок скручивается при мысли о том, что за больные, извращенные вещи он собирается сделать со мной.
Он усмехается. — Столь совершена. Я люблю, когда ты сражаешься со мной. Никогда не меняйся, Дикая кошка. Скоро увидимся.
 
Прежде чем я успеваю придумать подходящий ответ, он открывает дверь, а затем уходит, закрыв за собой дверь спальни и оставляя меня наедине с моими темными, злыми мыслями.
Мне нужно выбраться отсюда до того, как он вернется, и не только из-за того, что он может сделать со мной.