Наши уже не придут 2 (СИ)
Выживших после налёта эскадрона Будённого японцев должны были доставить в Иркутск, но по дороге они «случайно» умерли. Комдив, генерал-майор Прилуцкий, пожурил Будённого за небрежность и ходатайствовал за очередное звание.
— Здравия желаю, товарищ гвардии генерал-майор! — подошёл к Аркадию статный мужчина, обладающий пышными и ухоженными усами. — Старший лейтенант Чапаев по вашему приказанию прибыл!
Оказывается, появился такой в Восточной группе войск. Недавно закончил с отличием офицерские курсы, после чего напросился в 4-ю моторизованную стрелковую дивизию. Изначально он был фельдфебелем в царской армии, но после офицерских курсов ему присвоили звание младшего лейтенанта, а дальше он уже сам.
— Здравствуйте, — кивнул ему Аркадий. — Слышал я, что вы хорошо проявили себя в ходе сражения за Листвянку.
Последовала команда, и грохнул очередной ружейный залп.
Приговоры выносил военный суд, на основании полноценного судебного разбирательства. Всё очень упрощало то, что поодиночке мародёров и убийц ловят редко — они склонны стихийно сколачиваться отряды.
В городских казематах накопилось достаточное количество приговорённых к высшей мере наказания, поэтому была устроена публичная казнь военных преступников. Желающих посмотреть собралось много, в том числе пришли и выжившие жертвы преступлений.
— Служу Советской Родине, — козырнул старший лейтенант Чапаев.
Грохнул очередной залп.
Расстрел полагался за типичные военные преступления — убийство мирных жителей, разбой, изнасилования и тому подобные противоправные действия. Аркадий, своим приказом военного коменданта, ввёл в Иркутской губернии военное положение, в связи с близостью фронта, поэтому судебные решения были более суровыми.
«По законам военного времени», — подумал он.
Отрабатывал он по уже известному «казанскому сценарию». Совет, как и в прошлый раз, выполнял декоративную функцию, а всё в городе решалось через приказы военного коменданта.
На первые две недели своей диктатуры он усилил патрулирование и начал работать над вопросом формирования городской милиции.
Пока что, уголовников «обслуживает» военный суд, а следственные мероприятия проводят части военной комендатуры — это вообще не дело, поэтому Аркадий поторапливал Смольный с выделением нужного количества специалистов.
— Вы служили в ударном батальоне, товарищ старший лейтенант? — поинтересовался Немиров.
Старлея Василий Иванович получил за сравнительно недавний бой при Листвянке. Корниловские мятежники пытались сжечь ледокол «Байкал», чтобы просто попортить кровь большевикам. Ледокол будет очень нужен зимой, чтобы переправлять через Байкал грузы в десятки поселений вокруг озера, поэтому Чапаев сделал большое дело и ярко проявил себя — он лично расстрелял, с дистанции не менее трёх сотен метров, группу мятежников, затаскивающих в ледокол бочки с горючим.
Вполне возможно, что они не собирались ничего сжигать, а пытались убраться на нём подальше, но и взорвать его они могли…
Было решено, что лейтенант Чапаев спас ледокол и заслужил очередного воинского звания.
— Так точно, товарищ гвардии генерал-майор, — подтвердил Чапаев.
— У меня есть свободная должность в 1-й механизированной дивизии НОАК, — заговорил Аркадий после паузы. — Командир ударного батальона. Как вы смотрите на то, чтобы занять её?
1-я механизированная дивизия, состоящая из китайцев, дунган, монголов, ойратов и уйгуров, прибыла в Иркутскую губернию для приобретения боевого опыта.
Командуют подразделениями, разумеется, красноармейские командиры, но если какие-то солдаты себя проявят, то займут штатные командные должности в приоритетном порядке. Аркадию нужны лидеры, а таких можно увидеть только в боевой обстановке.
Лидера не воспитать, не выявить заранее — это либо есть, либо отсутствует.
И в Иркутской губернии сейчас практически лабораторные условия для выявления прирождённых командиров из среды солдат Народно-освободительной армии Китая.
— Строго положительно, товарищ гвардии генерал-майор, — козырнул Чапаев.
— Пишите рапорт о переводе, — приказал ему Аркадий. — Хорошо покажете себя — буду ходатайствовать о переводе вас в 1-ю гвардейскую механизированную дивизию.
1-я гвардейская считается элитой РККА, хотя официально этот статус ей не придавался. Просто все считают, что 1-я гвардейская — это остриё копья, которым РККА уничтожает всех встречаемых противников.
— Спасибо, товарищ гвардии генерал-майор! — поблагодарил его Чапаев.
— Самое важное, товарищ старший лейтенант — наладить общий язык с вверенным личным составом, — напутствовал его Аркадий. — Можете идти.
Китайцами сейчас командуют Жуков, Малиновский, Василевский, Толбухин, Буланов, Герасимов, Георгули и Алёнкин — та самая «дримтим», (1) которую собрал Немиров.
В Синьцзяне его не будет, поэтому три добровольческие дивизии будут действовать самостоятельно — план вторжения разработает штаб 1-го механизированного корпуса.
И произойдёт это в начале следующего или в конце этого года, но только после того, как в Пекин прибудут все заказанные винтовки и боеприпасы, а из Пекина в Петроград убудут все заплаченные золотые слитки.
В Синьцзяне сейчас правит губернатор Ян Цзэнсинь, поставленный Бэйянским правительством в 1911 году. Личность эта, судя по присылаемой агентурой информации, очень мутная. С одной стороны, он говорит, что разделяет идеи Маркса и вообще, хоть завтра рукоположится в главные региональные марксисты, но с другой, он запретил все газеты, тепло привечает корниловских мятежников, а также проводит репрессии по отношению к национальным меньшинствам.
Его нужно будет обязательно свергнуть и установить в Урумчи власть Советов. Но потом начнётся другая проблема — клика Ма. Они частично занимают провинции к юго-западу от Синьцзяна — Цинхай, Нинся и Ганьсу.
В общем-то, когда речь идёт о де-факто независимых милитаристах, захвативших власть на бесхозных провинциях, сложно говорить о каких-то чётких границах.
Клика Ма опасна тем, что у всех троих наместников, занимающих три провинции, есть лично верные армии, которые будут сражаться за своих господ до последнего.
И задача НОАК — разбить войска клики Ма и обезопасить Синьцзян. Дальше лезть им запрещено, так как нужно откусывать столько, сколько можешь проглотить.
«По провинции за раз», — подумал Аркадий.
Вот на этой Синьцзянской кампании и должны показать себя будущие генералы. Немиров возлагал на них серьёзные надежды — присоединение Синьцзяна откроет путь в центральные провинции Китая. А там возможно всякое…
— Огонь!
Очередная партия приговорённых одновременно рухнула на землю.
*28 августа 1919 года*
— Неправильно, — покачал головой Курчевский. — Аэродинамика — слышали о таком? Зачем нам эти проклятые тросы? Кто так делает вообще⁈ Сократить количество тросов — они дают дополнительное сопротивление!
— Но тогда придётся пересчитывать нагрузки и это отбросит нас на месяцы назад! — возмутился главный конструктор, Брайан Тодд Макдуган.
— Мистер Макдуган, — резко успокоился Леонид. — Наша задача — превосходящая скорость. Мы можем либо увеличивать мощность двигателя, что видится невозможным в разумные сроки, либо улучшать аэродинамику планера. Если потребуется, вообще уберите к чертям второе крыло — усильте основное! Мы должны получить этот контракт!
Курчевский несколько изменил своё мнение по поводу генеральной линии его новой компании. Раньше он думал, что большие самолёты для больших грузоперевозок — это потенциальный хит, а теперь, после того, как узнал, сколько армия США готова заплатить за перспективный истребитель, он посчитал, что воздушные грузовики подождут…
Конкуренты из «Райт Аэронафтикал», «Локхид», «Льюис и Воут» и «Мартин» копошатся с бомбардировщиками и их не интересует давно существующий запрос на истребитель — Курчевский прямо нутром почувствовал, что это отличный способ показать себя полезным армии.