"!Фантастика 2023-109". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Он остановил Умника и, спешившись, подал Мариэль руку. Однако та, словно не замечая этого, вспорхнула и опустилась на землю самостоятельно.
– Мой милый король! – воскликнула самка, встав рядом и уперев руки в бока. – Это, по меньшей мере, несправедливо! О какой опасности вы говорите?!
В этот миг из кустов к ним вышел повернувший вспять сороконог Лаана и Фиам. Видимо они слышали последние слова королевы, потому что Лаан, спрыгнув на землю, сказал:
– Теперь понятно, откуда покойная Наан черпала свою строптивость. Похоже, в этих землях водится зараза пострашнее, чем в поселке т’анга. Фиам только что вела со мной те же самые речи.
– Ничего удивительного, – отозвалась та. – Я, как и королева Мариэль, не вижу в предстоящем визите никакой опасности.
– Так, – сказал Лабастьер. – Если вы немедленно не прекратите перечить, я разделю отряд пополам, и с одной из половин отправлю вас домой.
– Я целиком на вашей стороне, – качнул головой Лаан.
Мариэль и Фиам обиженно молчали. Гвардейцы спешились, ожидая, чем окончится монаршая семейная размолвка, и делая вид, что та их совершенно не интересует.
– Ракши, – позвал король.
– Слушаю, мой государь, – откликнулся тот.
– Выбери трех лучших бойцов, пусть они разобьют лагерь и, как зеницу ока охраняют в нем самок. Тилия тоже останется здесь.
Синеглазая оружейница, встрепенувшись, открыла было рот, но тут же предусмотрительно закрыла. В бою она стоила многих самцов, но взять ее – значило бы обидеть остальных самок еще сильнее. К тому же их охрана при таком раскладе становилась еще надежнее.
Ракши назвал имена трех гвардейцев и повторил распоряжение короля. Таким образом, в лагере оставалось шесть бабочек – три самки и три гвардейца, а с ними, соответственно, три сороконога. Места позади Лабастьера, Лаана и Ракши заняли воины, вооруженные мечами, арбалетами и многоразовыми огнестрельными трубками, изобретенными Тилией.
– Мариэль, – окликнул король супругу, – надеюсь, вы не думаете…
– Полно, Ваше Величество, – не позволив ему договорить, Мариэль подхошла к Умнику. – Простите меня за упрямство. Вы абсолютно правы. Ваш поход опасен.
– Мы постараемся вернуться как можно скорее, – Лабастьер наклонился и поцеловал ее.
Отряд двинулся в путь, спугнув стайку птиц-пузырей.
– На твой взгляд, – спросил Лабастьер Лаана, – она сейчас говорила искренне или демонстрировала покорность, только чтобы уязвить меня?
– По мне, так все равно, – отозвался Лаан. – Шут их, самок, разберет, сложные они. Может быть даже и так, что наполовину она была искренней, а наполовину – чтобы вас уязвить. Самое глупое, что теперь мы просто обязаны встрять в какую-нибудь передрягу, иначе выйдет, что они были правы…
Да, это был город. Домов из воздушного коралла было так много, что, казалось, им не будет конца. И город этот, похоже, вымер. Отряд короля двигался по узкой пустынной улочке, никого не встречая на пути. Двери домов были заперты.
– Гостеприимство местных жителей не знает границ, – заметил Лаан.
– Думаю, они, как и в прошлый раз, каким-то образом узнали о нашем прибытии заранее и подготовились к нему. Ракши, давайте-ка остановимся.
Тот просвистел условленный сигнал, и сороконоги замерли.
– Эй, вы! – крикнул Лаан. – Есть тут кто живой?
Ответа не последовало.
– Жуть какая-то, – констатировал он, соскакивая на землю.
– Постучи, – предложил король.
Лаан шагнул к ближайшему строению, несколько раз ударил в дверь и прислушался. Тишина. Но… Какое-то чуть слышное шуршание за дверью все-таки угадывалось. Лаан изо всех сил пнул ее и, видно, сломал замок, потому что дверь распахнулась.
– Осторожнее! – предупредил король.
Лаан кивнул, заглянул внутрь и вошел. Вышел он почти сразу, и вид у него был обескураженный.
– Там только две насмерть перепуганные гусенички маака, – доложил он.
– Еще бы им не испугаться, – отозвался король, – ты себя в зеркале когда-нибудь видел?
– Полно шутить, – отмахнулся Лаан.
– Ты уверен, что больше там никого нет? Ракши, отправьте туда пару бойцов, пусть они обшарят помещение, проверят, нет ли там подземного этажа… Только поосторожнее с личинками.
 
Вернувшись, гвардейцы доложили, что дом действительно пуст и это не подлежит сомнению. Но ощущение такое, добавили они, что хозяева покинули его совсем недавно.
– Дверь-то я сломал, – заметил Лаан. – Дети могут выйти. А ведь родители неспроста их заперли. Видно, по этому городу бродит какая-то страшная опасность.
– Возможно, возможно, – посерьезнел Лабастьер. – Давай-ка попробуем припереть дверь вон той дубиной, – указал он на валявшийся неподалеку кусок стебля псевдокриптометрии.
Лаан и один из гвардейцев приспособили деревяшку так, что одним концом она уперлась в ручку двери, а другим – в землю. Для проверки подергали. Дом оказался надежно запертым снаружи.
Больше вламываться в жилища не стали, но несколько раз останавливались перед ними и прислушивались. Иногда за дверями царила полная тишина, иногда же слышались характерные звуки – шуршание, лепет, а иногда и хихиканье, свидетельствующие, что в доме гусенички.
– Нам не остается ничего другого, кроме как двигаться дальше, – сказал король. – Но все это явно не к добру.
– Если горожане опять готовят нам засаду, – заметил Лаан, – то, играя на беззащитности личинок, они поступают довольно подло.
– Не нужно делать скоропалительных и необоснованных выводов, – сказал Лабастьер. – Может быть, их самих настигла какая-то беда. Но будьте готовы к любой неожиданности.
С оружием наготове отряд двинулся дальше, к центру города. Порой, приостановившись, король и гвардейцы напряженно прислушивались, но вновь и вновь убеждались, что взрослых бабочек в домах нет. Так продолжалось не менее получаса, пока дома не расступились, открыв картину настолько невероятную, что отряд остановился без команды.
Это был, скорее, пустырь, нежели площадь, так как земля здесь была покрыта не специальными цветными мхами, а неровно, с проплешинами, поросла чахлой травой. И весь этот огромный пустырь был усеян бабочками. Они стояли на коленях, сложив крылья и низко опустив головы. Гробовая тишина не нарушалась ни малейшим шорохом.
– Это еще что такое? – пробормотал Лабастьер и хотел уже выпорхнуть из седла, но его остановил Ракши.
– Осторожно, Ваше Величество! – воскликнул он. – Вдруг это и есть засада? Они могут прятать оружие. Представьте, если вся эта орава вскочит с саблями в руках…
– Бросьте, – не поверил ему король. – Такой способ покушения кажется мне слишком странным.
– Вы забыли, что обычным способом они на вас уже покушались, но это у них ничего не вышло, – не унимался Ракши.
– Может, они во власти т’анга? – предположил Лаан.
– Это больше похоже на правду, – кивнул Лабастьер, – однако я уже не ношу свой амулет, а описываемых вами чар счастья что-то не ощущаю.
– Да, – согласился Лаан. – Я тоже. Пожалуй, я сморозил глупость.
– Значит, так, – принял решение король. – Ракши, пусть твои бойцы остаются здесь в полной готовности и в случае чего прикроют нас. А ты и ты, Лаан, полетите со мной. Когда мы с Лааном опустимся, ты, Ракши, останешься в небе, в вертикальном охранении, чтобы отряд видел тебя.
– Ваше Величество, это безрассудство, – начал Ракши, но король, внезапно вспылив, рявкнул:
– Еще одно возражение – и я отстраню вас от должности! Что за мода пошла – перечить королю?! Безопасность – безопасностью, но не до абсурда же! Может, вы прикажете мне вообще не высовывать носа из дворца?
– Простите, Ваше Величество, – пробормотал Ракши. – Но я не приказываю, я только рекомендую…
– Прости и ты меня, – так же внезапно успокоившись, сказал Лабастьер. – Ты выполняешь свой долг, и выполняешь его безупречно. Действуй, как я сказал.
Ракши, обернулся к отряду:
– Оставаться здесь в полной готовности и прикрывать государя. К бою!