Рассвет (СИ)
На базе проживало около шестидесяти бойцов, которые занимались охраной лесорубов и патрулированием местности. По окрестностям они передвигались на внедорожниках и гусеничных вездеходах. Последние были особенно актуальны в свете почти полного отсутствия дорог. Единственная дорога соединяла главную трассу и лесоповал, что находился недалеко от базы, откуда я даже слышал работу бензопил. Нам приходилось чистить её собственными силами, для чего пришлось приобрести дополнительный бульдозер. Также в гаражах стояли две машины на воздушных подушках.
Почти на всей технике бойцы собственными руками приладили крупнокалиберные пулемёты. Любая поездка могла обернуться встречей с тенебрисами, поэтому оружие было необходимо, как воздух. Всякую мелочь пятилинейные пулемёты выкашивали просто замечательно, а твари покрупнее появлялись редко.
Командовал усть-катайгинским отрядом Турок. Он встретил нас и проводил в штаб — одну из бревенчатых изб, где располагались комната отдыха, зал для планёрок и кабинет начальника. В кабинете Турок расстелил на столе карту и стал рассказывать, как обстоят дела.
Самая тяжёлая ситуация образовалась на юго-западе моих владений. Там разверзлись две крупные ямы, к которым невозможно было никак подобраться: мешали река и заболоченная местность вокруг. Тенебрисы там обитали давно, ещё с того времени, когда я эту землю только получил. Я сообщил о проблеме военному командованию в Усть-Катайгинске, но оно пока не шевелилось. Контингент войск тут стоял небольшой, и он не мог охватить сотни квадратных вёрст вокруг города. Комендант так прямо и сказал, что будет иметь в виду, что у меня такая ситуация, но возьмётся за неё нескоро, поскольку есть дела поважнее.
А на прошлой неделе полезли (и уже не первый раз) тенебрисы с юга. Вероятно за границей моих владений тоже образовались ямы, которые некому было убрать. Сейчас моя охрана как раз готовилась провести операцию по зачистке территории от вторженцев, ну и поскольку у меня выдалось свободное время, я тоже решил поучаствовать.
Пока мы с Турком обсуждали детали, за воротами базы выстроились семь гусеничных вездеходов, два из которых были военного образца с вместительными кузовами, куда набилось по десять человек охраны. Остальные были штатскими разных моделей. Участвовали и обе машины на воздушных подушках. Почти на всей технике, где позволяла конструкция, стояли крупнокалиберные пулемёты.
Мы с Вероникой и Турком разместились в «командирском» вездеходе, имевшем мощную радиостанцию, антенны которой торчали над крышей.
Проехав вёрст пять, колонна затормозила посреди заснеженного поля. Начались разведывательные мероприятия. В воздух подняли два квадрокоптера, которые стали облетать территорию. Скоро камеры зафиксировали движение небольшой стаи, а южнее наблюдались беллаторы-великаны — довольно опасные существа, с которыми без сильной магии воевать было крайне проблематично.
Мы проехали ещё немного, все спешились, включая нас с Вероникой, и началось сражение. Тёмных оказалось больше, чем мы предполагали. Дорога (точнее гусеничная колея) пролегала через лес, и со всех сторон к нам стали выбегать бестии и беллаторы. Это чем-то напоминало мою первую битву, когда императорское войско только выступили в область тьмы, но с одной существенной разницей: сейчас мы были готовы к такому раскладу.
Вероника создала полукруглое заграждение из магических камней, которое не позволяло существам добраться до нас, а остальные охранники отстреливали тёмных тварей из карабинов и пулемётов. Грохот стоял такой, что закладывало уши. Шесть человек у нас владели магией на высоком уровне (два — огненной, три — земляной, один — водной), которую тоже активно применяли, уничтожая назойливых тварей, лезущих со всех сторон.
Я же, как обычно, орудовал тьмой. Чёрные вихри полетели сквозь чащу, испепеляя всю мелочь, которая околачивалась поблизости, а заодно скашивая деревья и уничтожая кусты, благодаря чему улучшался обзор.
Стая была не слишком велика, и я бы в одиночку с ней справился. Главная проблема заключалась в том, что существа не все сразу к нам выбежали, поэтому пришлось топтаться на месте полчаса, ожидая запоздавших тварей, а потом ещё час охранники обходили окрестности, чтобы найти и добить самых трусливых, которые побоялись напасть.
Наконец, работа была завершена, и мы двинулись дальше. Ещё через пять вёрст на склоне холма встретили первых беллаторов-великанов. Здоровенные твари ростом с двухэтажный дом брели среди сосен, ломая молодые деревца и топча кустарник. Здесь мне пришлось основную тяжесть боя взять на себя. Хотя «тяжестью» это можно было назвать с натяжкой. Никаких трудностей я не испытал. Ни одна из громад до нас так и не добралась, а более мелких покосили пулемёты. Затем на помощь сородичам подошли ещё три беллатор-великана, но их постигла та же участь.
Пока суть да дело, день начал клониться к вечеру. Темнело рано, а в ночи шастать по лесу было довольно опасно, и охрана вернулась в свои тёплые бревенчатые казармы.
Переночевали мы с Вероникой на базе, в город возвращаться не стали, а на следующий день продолжили зачистку. Продвинулись ещё дальше, где наткнулись на последних трёх беллаторов-великанов и пастыря в окружении пяти мега-бестий. Этих мне тоже пришлось взять на себя. Остаток дня заняли поиски и уничтожение мелких тварей, разбредшихся по окрестным лесам.
Я целый день шастал по колено в снегу, работал вместе со всеми и перебил-таки десятка два бегунов и бестий, которых ещё и догонять приходилось. Но это для меня они были неопасны, а вот для простых охранников и рабочих, валивших лес, представляли нешуточную угрозу, поэтому местность следовало очистить.
На следующий день я планировал уезжать домой. Вечером мы с Вероникой, Турком и тремя десятниками собрались в кабинете начальника крепости. Я выслушал отчёты и пожелания.
— Сильных тварей поблизости больше не наблюдаем, ваше сиятельство, — сказал Турок. — За рекой фиксируем разрозненную стаю из примерно полусотни бестий, бегунов и беллаторов. Завтра-послезавтра будем их уничтожать. И на юго-западе остались тенебрисы. Вот там их много, но добраться до них пока не можем. Там леса непролазные, а сейчас ещё и снег. Нам бы машин на воздушных подушках побольше — штук пять хотя бы. А то по болотам на гусеницах не пройдёшь.
— Это верно, — согласилась Вероника. — Вездеходы — хорошо, но нужны машины на воздушных подушках. Вокруг одни болота.
— Понял. Тогда займись. Сколько нужно? Пять? Купи пока три. Я переведу деньги в ближайшие дни.
— Хорошо бы «Шквалы» получить, — сказала Вероника. — Они и мощнее, и вместительнее, и турель для пулемёта у них есть, не надо самим мастерить.
— Так откуда мне их взять? Я разговаривал с военными, у них самих мало.
— Тогда давай я поговорю. Я уже наладила связи с местным полковником. Он один раз нам партию рубрумитовых пуль поставил. До сих пор ими стреляем. Может быть, и с катерами поможет.
— А ты времени даром не теряла, смотрю. Ладно, как хочешь. Добудевшь «Шквалы», я только спасибо скажу. Правда, они, наверное, дорогие, собаки.
— У нас прошлой осенью хороший урожай кристаллов был. Неужели ты все деньги потратил?
— А что ты хочешь? Нам целый форт пришлось строить, пусть и деревянный. А у меня ещё… в общем, хватает дел.
— Могу взять из наших нераспроданных запасов. Их ещё много, а вояки с радостью обменяются.
— Это ты как хочешь. Только не продешеви. И рассеиватели не трогай. Тут у нас ямы под боком, их как-то закрывать придётся, а на военных полагаться — сама знаешь, смысла нет. Им не до нас.
Я опять переночевал на базе, а утром Вероника меня повезла в Усть-Катайгинск, где остался «Рубин». Но едва мы подъехали к городу, как мой телефон зазвонил. На экране высвечивался номер Марии Романовой. Я сразу понял, что возникли проблемы на границе. Просто так полковник не стала бы меня беспокоить. Нажимая кнопку «ответить», я мысленно попрощался с отпуском.
— Алло, капитан Озёров-Сибирский, здравствуйте, — прозвучал в динамике холодный и какой-то взволнованный голос Романовой. — Где бы вы ни были, вам необходимо как можно скорее явиться в Томск. Дело государственной важности. Вы где сейчас?