Бандитская россия

Кровавые противостояния двух кланов начались сразу, и так же быстро нарастали. Например, казанское кафе «Мозаика» традиционно контролировала «Жилка» (это было излюбленным местом отдыха братков этой группы). И однажды вдруг все изменилось. Заходит, например, киллер, подходит к барной стойке, оценивает ситуацию и… начинает хладнокровно расстреливать сидящих за столиками. На это «Жилка» отвечает ответным кровавым ударом (бойцы, бросившие вызов Хайдеру, в тот раз даже не успели вытащить оружия).
Дальше - больше. Однажды сотрудники речного порта Казани обнаружили в реке изувеченный труп мужчины - Андрея Грудинина, активного бойца «Жилки» по кличке Баба-Яга. Хайдер моментально отреагировал на гибель товарища: в баре были убиты Валерий Мустаев по кличке Сапог с другом (оба - из противоборствующей «Жилке» группы «Низы»). Еще неделя, и по приказу Хайдера расстреляны лидер «Грязи» Степанов и ближайший помощник Дракона Ильин.
Гулять по улицам города стало просто опасно. Любой законопослушный гражданин мог совершенно случайно оказаться на месте бандитских разборок, случайно же попасть и под пулеметную очередь. Потому что повсеместно шла охота друг на друга. Привычная картина тех лет: машина останавливается у светофора, рядом - Другая машина, с бригадой из противоборствующей группировки; и те, и те понимали: эти должны убить тех, а те - этих. И вопрос решался за секунды.
Рассказывают, что при одном из нападений чуть не погиб семилетний сын Дракона (отец тут же отправил его за границу). Панически всего боялась и жена Хайдера; она передвигалась по городу в сопровождении многочисленной охраны и двух джипов.
Да и сами лидеры кланов тщательно скрывались. У рядовых боевиков, работавших «в поле», охраны не было. Поэтому они боялись ещё больше. Тогда Хайдер, видимо для повышения боевого духа своих соратников, назначил награду: за убийство противника каждый исполнитель получал массивную цепь «из металла желтого цвета».
Да, наступало время «гнутых пальцев» в перстнях и печатках, «девяток» с тонированными стеклами и шестисотых «Мерседесов», кожаных курток, особого воровского сленга, пышных памятников на могилах. Вот только стрижки - «под Котовского» - оставались прежними.
«Закрыть», не предъявляя обвинений
В общем, к началу девяностых организованная преступность Татарстана, закрепив через молодежные группировки свою социальную основу, перестала себя устраивать в том виде, в каком существовала прежде. Сращиваясь с подростково-молодежной средой, преступный мир вторгался в деятельность кооперативов, государственных предприятий и начал диктовать им свои условия. Об «Оргсинтезе» мы уже сказали. Но нечто подобное было и на заводе «Полимерфото», который выпускал дефицитные в то время кассеты для малогабаритных магнитофонов. Сюда по заданию суперлидеров города внедрялись члены подростковых группировок. Одновременно, «свои люди» проникали в охрану завода. Людей шантажом или прямыми угрозами заставляли выносить кассеты. Те, кто пытался препятствовать этому, вынуждены были уволиться, потому что избивали только на первый раз, на второй - уже стреляли. Около заводской проходной день и ночь крутились кооператоры со всего Союза. Сделки заключались солидные (томичи, например, в обмен на 24 000 кассет оставили казанцам «девятку»).
В начале 1993 года в республике сложилась крайне тяжелая криминогенная обстановка. Только за первых два месяца было совершено 80 убийств. Чашу терпения законодателей переполнили события мая. На пороге своего дома выстрелом в грудь был убит директор набережночелнинского МП «ФОК» Р. Гафаров; 13 мая расстрелян в автомобиле «Вольво» народный депутат Татарстана С. Гафиятуллин; 27 мая от полученных ранений скончался Р. Хуснулов, президент НПП электронных машин. Предполагается, что все убийства были заказными. В дележе сфер экономического влияния столкнулись интересы различных классов. Не сумев договориться мирным путем, соперники прибегли к крайнему средству. Выйти на след преступников не удалось. Убийцы Хуснулова вроде бы «засветились» в автомобиле цвета мокрого асфальта, но очень скоро их трупы были обнаружены в «Волге». Очевидно, о том, что они «засветились», было известно не только милиции. С этим надо было что-то делать. От государства давно требовались решительные меры. И тогда президент Татарстана Минтимер Шаймиев в 1993 году издает чрезвычайный указ по борьбе с оргпреступностью, который в народе назовут «расстрельный». (Через несколько лёт такой же указ издаст президент Ельцин по всей России.)
 
«И нам сразу стало легче», - признается уже в наши дни министр внутренних дел Татарстана Асгат Сафаров. Почему? «Этот указ позволял без предъявления обвинения подозреваемых в совершении преступлений, особенно членов организованных преступных группировок, задерживать сроком до тридцати суток», - вспоминает заместитель прокурора Татарии Фарид Загидуллин.
Шел ли этот указ вразрез с Уголовно-процессуальным кодексом? Шел. И бандиты, и милиционеры, конечно, об этом знали. Но статус Конституционного суда на тот момент был таков, что заявления и жалобы от рядовых граждан он просто не рассматривал.
Как же работал этот указ на местах? Вспоминает Рустем Зайнуллин, старший оперуполномоченный ОУРа Вахитовского района Казани с 1994 по 2000 год: «Это была сильная подмога в процессуальном плане. Человека можно было «закрыть» (то есть задержать в официальном административном порядке) на определенное время и фактически без всяких оснований (достаточно было подозрения в участии в чем-то противозаконном). Да, это был некий правовой произвол: задержание производилось в административном порядке, а в протоколе указывался номер уголовного дела. Но это нам развязывало руки. К тому же мы могли таким образом «гасить» на улицах горячие точки. Ну, например, мы получали оперативную информацию, что какая-то группировка готовится к войне. Мы брали и «закрывали» в изоляторе временного содержания большую часть группы, и война на некоторое время откладывалась… Многих участников банд «закрывали» периодически: раз в месяц, раз в неделю. Но потом и это сошло на нет. Помните советские времена? Сплошная отчетность. И сотрудники начали просто пыль пускать в глаза начальству. А что они могли сделать, если на них то же начальство спускало план: тебе на этой неделе «закрыть» пятерых!
Под этот указ начали задерживать и не группировщиков…»
Но несмотря на перегибы с «отчетностью», «расстрельный» указ сработал: только в июле 1993 года были раскрыты 1,879 преступлений, в том числе - 50 убийств; выявлены 130 группировок общей численностью 5141 человек; у преступников изъяты 31 радиостанция, 20 тротиловых шашек, 19 взрывчатых устройств, 392 единицы оружия.
А противостояние казанских продолжалось. Отголосками этих противостояний были постоянные убийства лидеров и активных членов ОПГ. Шла смертельная война между «борисковскими» и «первогорскими» - за влияние на корпорацию «ТАН» (ее возглавлял известный уже нам бизнесмен и политик Сергей Шашурин). В результате этой войны было убито много боевиков и авторитетов: Француз, Кондрашин, Флер, Челюсть, Скряба. В мае 1993 года убит лидер «тукаевской» группировки Ринат Игламов (Игла); по некоторым данным, именно с этой группировкой сотрудничал московский вор в законе Длукач (Глобус). В феврале 1994 года в Казани убит Юрий Яковлев, один из лидеров казанской группировки «Куба».
Все эти события развивались на фоне беспрецедентного передела собственности, которая охватила всю Казань и другие крупные города Татарстана. Специально созданная правоохранительными органами схема перекрытия города «Заслон» действовала, но надо было принимать дополнительные меры.
На Питер! На Москву!
К этому моменту им Казани было уже мало. И лидеры самых сильных группировок положили глаз на два других столичных города - Москву и Петербург.
Надо напомнить, что весь этот период в результате войн группировки то разделялись, то объединялись на основе нескольких, и это происходило несколько раз. В начале 90-х в Казани сильные позиции имела объединенная «Кирово-тукаевская» группировка. У «тукаевских» всегда были сильные экономические позиции (да и численность была высокой - до 200 постоянных членов) за счет контроля Центрального колхозного рынка и ряда других крупных предприятий. По своим силам им на тот момент могла уступать только «Борисовская» группировка (по слухам, последняя и сегодня имеет сильный вес в Казани).