Дурман (СИ)

— Тебя это не должно волновать, — отчеканила, отворачиваясь от меня, — Ты… Боже! Да ты последний, кого это должно волновать!
— И ты говоришь мне это после того, что между нами было? — нарочно провоцировал её. Просто задеть за живое. Такое трепещущее чувство… стоит только вспомнить.
— Между нами ничего не было, Князев! Когда ты уже поймёшь?! Ты… зачем ты мне это говоришь? — нервничая, она стащила со своих волос резинку. Распустила кудри и зарылась в них пальцами. Это было красиво.
Если бы я не был за рулём…
— Не говори ерунды, Осина. Было, — подчёркнуто произнёс, — и тебе это понравилось. Не лги. Тебе нравится, когда я касаюсь тебя.
Она промолчала. Но, повернув голову, я заметил, как мелко дрожал её подбородок. Лида поджимала губы, злясь и не желая соглашаться с очевидным.
— Куда мы едем?! — снова возмутилась, осознавая, наконец, что мы едем совсем не в ту сторону, — Князев? Куда ты меня везёшь?!‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌
Лучше бы ты не писала мне сегодня, Осина. Тогда бы я уехал сегодня один.
  
Глава 7
 
Это не было помутнением. Но и назвать это осознанным поступком я вряд ли мог. Мои руки инстинктивно выворачивали руль в нужном направлении. И это был вовсе не дом Осины. Я знал, где она живёт, но вёл совершенно в другую сторону. Когда городские пейзажи сменились трассой, Осина снова запаниковала. Сначала молча озиралась и беспокойно ёрзала на своем месте, а затем последовали вопросы.
Стараясь не обращать внимание на то, как взволнованно она натягивает платье на свои бёдра, в попытке прикрыть наготу, я давил на газ и всеми силами концентрировался на дороге.
— Зачем мы приехали сюда?! — спросила, резко повернув голову ко мне. Догадалась, наконец.
— Потому что так надо, — играя желваками, я бросил на неё мимолётный взгляд.
Машину качало из стороны в сторону. Сосредоточившись на дороге, я старательно объезжал глубокие ямы на раскатанном, но не очень безопасном пути. Но эта дорога была единственной.
— Князев, ты в своём уме?! На дворе ночь! Зачем ты привёз меня сюда?! — в её голосе промелькнула подступающая истерика, и тогда я улыбнулся. Настолько искренне, насколько это было возможно.
— Не бойся, Осина. Никто тебя убивать не будет…
— Ты… придурок! — она несильно ударила кулачком в моё плечо. А потом, прижав руку к груди, застыла. Будто испугалась моей реакции. Думает, я ударю в ответ? Идиотка…
— Успокойся, коротышка, — проговорил, объезжая очередной ухаб, — прекрати истерику. Мы сюда ненадолго.
Я пока и сам не до конца понимал, для чего мы здесь. Но почему-то мне казалось это необходимым. Я был уверен, что она расколется. Здесь. На том же месте. Словно вернувшись в прошлое. Она сдаст себя с потрохами. Потому что я не верил. Я отказывался верить в то, что она ничего не помнит.
А если и правда не помнит… то, возможно, вспомнит?
— Приехали, — тихо констатировал факт, и заглушил двигатель. Снова посмотрел на неё. Как же темно…
— Я тебя поздравляю, — так же тихо ответила, но даже не пошевелилась.
— Выходи, — честное слово, я уже готов был силой вытаскивать её из автомобиля. Мы потратили на дорогу больше часа.
Я незаметно вздрогнул, когда телефон Лиды снова завопил. Второй раз с тех пор, как мы уехали из парка. Первый раз это была её мать. И Осина наплела той, что всё ещё тусуется со своими подружками. А сейчас?
Лида нервно одёрнула своё платье и полезла в маленькую сумочку за мобильным.
— Машка, — пробормотала, освещая своё лицо вспыхнувшим дисплеем.
Я пожал плечами и, положив локти на руль, уставился в лобовое стекло.
— Да, Маш? — бодро спросила Осина, — да, я же написала… всё нормально. Просто так вышло. — её пальчики бездумно пробежались по консоли, плавно маневрируя и, обходя одной ей видимые препятствия, поднимались выше. — Я с Князевым. — произнесла мою фамилию, и я резко повернул к ней голову. Неожиданно. И смело. Или просто с целью обезопасить себя? — Да, я потом тебе расскажу. Мы на поляне сейчас. — я слышу возгласы на другом конце, и мои глаза невольно подкатываться, — Всё, нормально, Маш. Он в курсе, что ты в курсе.
 
Теперь она повернулась ко мне, и мне даже показалось, что Осина ехидно улыбнулась.
И, чтобы не мучить себя больше догадками, я включил в салоне свет, наблюдая за тем, как Осина резко зажмурилась и прикрыла ребром ладони свои бесстыжие карие глаза.
— Хорошо, — продолжила, отворачиваясь к своему окну, — я позвоню. Или напишу. Давай, целую.
Сбросив вызов, Лида спрятала свой телефон в сумочку и, разгладив несуществующие складки на подоле своего слишком короткого платья, опустила ладони на оголённые бёдра. Прикрыла то, что сбивало меня с мыслей, и плотно сжав пухлые губы, посмотрела на меня.
— Всё? — напряжённо спросил, выгибая брови. — Отчиталась?
Было странно, что она соврала матери, но всё выложила подруге. Возможно, не хотела поднимать панику? Интересно, её мать знает о наших с ней непростых взаимоотношениях?
Осина открыла рот и зависла. Её брови так же выгнулись, и она несколько раз заторможено моргнула. Молчала несколько секунд, а после тяжело вздохнула, опуская голову и стискивая переносицу пальцами.
— Выходи, Осина, — я повторил свою просьбу. Нажал на кнопку, снимая блокировку с замков.
— Не понимаю, для чего нужен весь этот цирк, — выдохнула, продолжая сидеть, и пряча своё лицо. — Это… бессмысленно, Князев. Ты понимаешь?
— Тебе помочь?
— С чем? — слегка повернула голову, перехватывая мой взгляд.
— Выйти. Или всё же сама?
На мгновение в её глазах вспыхнул огонёк страха. Казалось, отступившая ненадолго паника, возвратилась, полностью парализуя Коротышку.
— Ау? Осина? Ты меня слышишь?
— Макс, — я видел как тяжело она протащила по глотке слюну, — просто… отвези меня обратно. Прошу тебя?
— Думаешь, я задумал что-то херовое, Осина? — усмехнувшись, я потянулся к её руке. И… о, чудо! Она даже не дёрнулась, когда мои пальцы обвили тонкое девичье запястье, — не делай из меня зверя, Лид.
— Мне всё это не нравится, — опустила взгляд, рассматривая непривычную картину: я касаюсь её, и она позволяет.
— Я вытаскивал тебя оттуда не для того, чтобы снова… — запнулся, едва не проговорившись. — Пошли, Осина. Прогуляемся. Ничего ужасного не произойдёт.
Некоторое время она отмалчивалась. Раздумывала, решалась, сомневалась, но всё же кивнула, отгораживаясь от надуманного страха.
Освободила свою руку от моих тисков и открыла дверь со своей стороны. Посмотрела на меня, и я, сделав то же самое, вышел из машины. Она вышла вслед на мной и тихо прикрыла дверь.
— И? — перетаптываясь с ноги на ногу, Лида взволнованно поправила свой пучок на голове, и осмотрелась.
— Пошли, — приблизившись к ней, я снова подхватил её руку. На этот раз я переплёл наши пальцы, но почувствовал лёгкое сопротивление.
— Не надо, — она попыталась забрать у меня свою руку.
— Здесь чёрт ногу сломит, — крепче сжал пальцы, — просто держись за меня. Не хочу, чтобы ты снова свалилась.
— Я не понимаю, зачем ты привёз меня сюда, — напряжённо проворчала, прекращая попытки освободиться, — и не понимаю, зачем тебе это надо, Князев. Мы с тобой даже не друзья. Мы…
— Враги? — дополнил её речь, слегка притягивая к себе.
— А разве нет?
У меня нет ответа.
Враги? Сложно-то как… я никогда не воспринимал её как врага.
Хотя, нет. Был небольшой промежуток времени, когда всё так было. Тогда, когда она доложила руководству о моей "якобы сломанной ноге". Меня чуть не попёрли. Во всяком случае сделали всё, чтобы я обделался и, опустив голову, пришёл на ковёр с повинной. Чёртова стукачка…
— Я давно не считаю тебя своим врагом, Осина, — всё же нашёл, что ответить, — и ты это прекрасно знаешь. А если не знаешь, то догадываешься.
Мы обошли по кругу ту саму поляну, на которой собирались тогда одногруппниками. Ещё несколько метров, чтобы оказаться в том месте, где всё произошло. И, потянув её за собой, мы снова оказались там.