Исполнение (СИ)
— Ваша еда готова, господин, — и с этими словами на столике перед Дитрихом оказался поднос. Принц подивился такой расторопности: он прождал, самое большее, двадцать минут — а готово было уже всё, что он заказал.
— Спасибо, — поблагодарил дракон светловолосую девушку, — если госпожа Фалкеста не освободится сегодня, я сниму у вас комнату. Только, ради святого Белого дракона, не надо никого выгонять, если свободных комнат у вас нет. Я найду место, где можно переночевать. И благодарен, что вы умудрились поздним вечером где-то раздобыть грибы, но, право слово, это не стоило таких хлопот.
— Услужить каждому клиенту — наша святая обязанность, — девушка склонилась в очередном поклоне, — да и я, наверное, вас не слишком удивлю, господин, если скажу, что обычно драконы не очень любят слышать слово «нет»? Что до комнат — у нас есть свободные. Но я передам госпоже Фалкесте, что вы её ждёте. Возможно, она примет вас сегодня.
С этими словами девушка развернулась и направилась по лестнице на второй этаж, где и был кабинет хозяйки гостиницы. Дитрих же, весь день летевший по небу, набросился на еду…
Как и в прошлый раз, всё было очень вкусно, но даже за столом Дитрих ни на мгновение не переставал размышлять. Ему почему-то казалось очень важным додумать эту мысль до конца. Осознать, почему Убийца драконов вообще появился. Разве драконы не должны были опекать и заботиться об остальных расах, которые тогда им служили. Как жаль, что он не расспросил об этом отца, или кого-то из других Хозяев. Ведь они, живущие на свете уже больше двух тысяч лет, не просто были свидетелями того, что тогда происходило — фактически, именно их силами удалось выжить тем драконам, чьи потомки сейчас населяли архипелаг.
Вот как протекала служба прочих рас? Возможно, главной обязанностью слуг было прокормить своих, что и говорить, весьма прожорливых в драконьих обликах хозяев. Ну и обеспечить прочие атрибуты поддержания комфортного существования. А что же потом? Если общества развивались… хотя, как ни странно, в этом и весь вопрос. А развивались ли?
То, что драконы живут тысячи лет, не могло не оставить своего отпечатка. И такие хозяева заставали не один десяток поколений слуг. И ото всех они требовали одного и того же: обеспечения пищей и комфортными условиями существования. Таким образом, властвуя, драконы просто заблокировали естественное развитие остальных рас. Им не нужны были изобретатели, учёные, люди искусства — за исключением, возможно, бардов, которые умели красиво воспеть величие драконов, да ремесленников, специализирующихся по драгоценным металлам и камням, опять же, ровно в той степени, в которой это надо было самим хозяевам. В конце концов, вряд ли драконы допускали, чтобы их слуги носили украшения. Почему-то в том, что драконы напоминали остальным расам, кто здесь главный, регулярно, настойчиво и с удовольствием, Дитрих не сомневался…
— Господин дракон, наша хозяйка готова вас принять, — раздался голос около принца. Тот, придя в себя, с удивлением обнаружил, что съел всё, что ему принесли. Поблагодарив разносчицу, он направился к кабинету хозяйки постоялого двора. И на лестнице столкнулся с мужчиной и девочкой. Незнакомец был высок, с небольшой залысиной, хотя волосы его ещё даже не тронула седина. На принца он хоть посмотрел и с опаской, но всё же почтительно кивнул. Девочка со смуглой кожей и чёрными волосами во все зелёные глаза смотрела на Дитриха.
— У вас такие красивые глаза, господин дракон, — малышка сделала книксен, — а я первый развижу, чтобы у дракона были синие глаза.
Дитриха такой комплимент изрядно удивил. В конце концов, они были в Лазурном городе. Неужели здесь это такая редкость? Меридия, в конце концов, тоже синеглаза.
— Пойдём, Сатти, — мужчина с аккуратно постриженной бородкой мягко, но настойчиво потянул девочку за руку, — не будем докучать господину дракону. Он, вероятно, по важному делу к нашей маме пришёл.
Отец и дочь спустились по лестнице и скрылись в зале. Дитрих же постарался выкинуть их из головы, хотя — вот ведь странность — и муж хозяйки гостиницы показался ему смутно знакомым. И всё же слишком важным был предстоящий разговор.
Госпожа Фалкеста практически не изменилась с их прошлой встречи. То же синее платье с длинным рукавом, те же убранные в узел каштановые волосы. Такая же вежливая и деловая улыбка, которой она встретила дракона в тот раз… Вот только сейчас при помощи Сирени, которая, казалось, в несколько раз обострилась, дракон почувствовал, что внутренне Фалкеста сейчас была очень напряжена.
— Добрый вечер, господин Дитрих, — доброжелательно поприветствовала женщина и взглядом предложила ему кресло около своего стола. Словно и не этот дракон в прошлый визит накричал на неё и обругал последними словами.
Кивнув, Дитрих занял предложенное ему место. И, попросив сил у Янтаря, дабы побороть смущение, начал говорить:
— У меня к вам очень важный разговор, госпожа Фалкеста. В прошлый раз вы мне сообщили много странной и неприятной информации, из-за чего я потерял выдержку и очень грубо с вами обошёлся. Надеюсь лишь на то, что вы сами понимаете, как это странно и дико звучало, что может служить мне хоть каким-то оправданием.
Дитрих цепко взглянул на Фалкесту. Женщина никак не реагировала на то, что говорил ей принц, хотя дракон и ощущал, что внутренне она расслабилась.
— Даже вынужден сказать больше: когда моя… семья рассказывала об этом… о моей прошлой жизни, мне очень помогло сдержаться то, что я уже слышал всё это от вас. Вы… были для меня незнакомой женщиной, и потому я значительно сдерживался в тот момент, и всё равно именно вы получили большую часть моего гнева и злости. А вот если бы я об этом услышал впервые от своей семьи, то мог бы выйти из себя от гнева… и совершить что-то, о чём наверняка пожалел бы. Так что я в некотором роде ваш должник. Вы… на меня не сердитесь?
— Нет, господин дракон, — степенно кивнула Фалкеста, — не сержусь. Я понимаю, насколько глупо и даже бредово звучала для вас та информация. Мне жаль, что я вас тогда так огорчила, но правда… существует такой, какова она есть. Вне зависимости от того, нравится это кому-то или нет.
— Так же ваши слуги сообщили мне… о том, что из-за того, что вы мне рассказали, вашему заведению якобы что-то угрожает. Уверяю вас: никто не станет подвергать вас какому бы то ни было преследованию. И вы, и ваши работницы в полной безопасности. Я вам это гарантирую.
— Благодарю вас, господин Дитрих, — кивнула хозяйка, — я, конечно, догадывалась, что вы бы не стали так с нами поступать, особенно после того, как всё-таки узнали бы правду от вашего отца, но вот, увидев вас несколько месяцев назад, мои девочки… впечатлились, что и говорить, сильно впечатлились.
Мельком посмотрев на Фалкесту, Дитрих понял, что это конец. Зачем ей бросать всё и лететь с ним? У неё здесь муж, ребёнок, своё дело. Зачем ей возвращаться туда, где она едва не лишилась жизни, и где всё ей будет напоминать о разбитых мечтах? Глупо было даже рассчитывать.
— В таком случае — благодарю за уделённое время, — кивнул принц, — я был очень рад узнать, что вы не держите на меня зла.
Дитрих встал и пошёл к выходу. Но на полпути Фалкеста окликнула его:
— Господин Дитрих, неужели вы только за этим прилетали? Чтобы извиниться и сообщить о том, что мы в безопасности?
— Да. Я прилетел за этим. И очень рад, что сделал это, раз уж ваши бедные работницы находились в постоянном страхе, что не сегодня-завтра сюда нагрянут драконы, чтобы устроить расправу.
В ответ Фалкеста как-то странно улыбнулась и, поднявшись из-за стола, подошла к дракону:
— Как и прошлый принц Дитрих, вы, господин дракон, хорошо ускользаете от ответа, чтобы не приходилось врать. Однако вы очень ловко избежали части моего вопроса. Только ли затем вы прилетели, чтобы принести извинения и сообщить, что не сердитесь? Или хотели чего-то ещё лично от меня?
Дитрих удивлённо посмотрел на женщину… И увидел, как в ней сияют Пурпур и Лазурь. Да, у неё была сильная воля. Цвет такое любит. И потому сейчас приоткрывает ей чуть больше, чем может знать человек.