Исполнение (СИ)
С этими словами он подал знак музыкантам. Один из орков, кивнув, взял колотушку и ударил в гонг. В тот же миг остальные музыканты стали синхронно бить по кожаным барабанам, создавая дикий, первобытный, необузданный ритм.
И в тот же миг Золотой Хозяин, словно подавая всем пример, подхватил свою супругу и направился в центр зала. И то, что они начали танцевать, можно было описать как Дикий Вальс. Они кружили по площадке и даже почти правильно выводили все движения, вот только при этом каждые несколько секунд подпрыгивали едва ли не на половину своего роста.
И при этом Золотые Хозяева щедро делились с гостями своей Доминантой, своим Цветом, Золотом, вдыхая в каждого чувства покоя и веселья, умиротворения и дикости, спокойствия и бешенства.
Некоторые из герцогов, особенно Пурпурные, поначалу испуганно сжались, вполне справедливо подозревая, что такой «подарок» от Золотых господ принесёт им уже давно знакомую и неизбежную боль. И каково же было удивление знати, когда они приняли Цветовую волну Геярра… и не ощутили ничего неприятного. Герцоги начали было возбуждённо перешёптываться… но в этот момент к Геярру и Иноке присоединились остальные королевские драконы, и герцогам ничего не оставалось, кроме как влиться в общий ритм танца.
Уталак прижимал к себе Ланире и довольно оглядывал зал. Геярр воистину устроил мероприятие, которое может войти в историю. Вся знать смотрела на него с такой преданностью и благоговением, что, казалось, готова была исполнить сейчас любую его волю.
Вот в его зрения попали Аяри и Хольдвиг. Оба дракона отвергали Золото — и оба, пользуясь короткими моментами передышки, прижимались друг к другучто-то ласково шепча на ухо. Вот так же обнимаются Энгефиан и Карлия. Рэй, не переносящий Янтарь и всегда вынужденный сохранять печальную серьёзность, кружился с какой-то из герцогских дочек и весело смеялся. И даже Мефамио, всегда твёрдо стоявший ногами на земле, танцевал с какой-то девушкой и мечтательно смотрел вдаль, позволяя увлечь себя фантаиям, которые обычно ему, как не принимающему Серебро, были недоступны.
Он осматривал драконов, которые впервые за долгое время осознали, каково это: сбросить оковы боли и чувствовать, жить, дышать свободно! И ведь во власти Дитриха было сделать так, чтобы это случилось и осталось навсегда. Если бы ему только удалось…
— Мы это сделаем, — подумал про себя Уталак, — мы свои жизни положим ради того, чтобы однажды это стало именно так…
* * *А, между тем, Дитрих и Меридия продолжали дарить друг другу ласку и любовь. Юный супруг снова устроился сверху и, с удовлетворением отметив, как заводят его супругу собственнические прикосновения, снова совершал свой «обход поцелуями», буквально сводя с этим Меридию с ума. В конце концов, истомлённая драконица не выдержала и зарычала, пытаясь подняться. И, разумеется, не преуспела, так как Дитрих тут же начал поступательные движения, от которых оба потеряли голову… Несколько восхитительно ярких, наполненных всеми цветами секунд — и Меридия облегчённо выдыхает. Смотрит на Дитриха, который сегодня просто бьёт все рекорды выносливости… И на дне глаз которого застыло детское ожидание похвалы за перевыполненный план. Меридия улыбнулась, открыла было рот…
И в следующую секунду снова увидела, как Дитриха уносит Янтарное облако. И, что самое страшное — он не кричит. Не просит о помощи, не умоляет, не зовёт — всего лишь уносится навстречу своей гибели, а в глазах — только застывшее слово «Прости»…
Меридия откинулась на подушки. Снова, снова этот проклятый кошмар! Как бы дорого она заплатила, лишь бы это ужасное видение больше никогда не приходило. В отчаянии она уронила голову и с тоской уставилась в окно.
— Ну, что такое, милая, — Дитрих аккуратно взял Меридию за подбородок и развернул к себе, целуя в кончик носа, — что не так?
Но та лишь покачала головой, снова смотря в окно, но ещё сильнее прижимая к себе Дитриха.
— Не бойся, — прошептал он, — ты можешь мне всё рассказать. Не бойся.
— Я… я не хочу потерять тебя, — беспомощно выдохнула Меридия, глядя в синие глаза Дитриха. Его вертикальные зрачки от удивления сузились, но в следующий момент он твёрдо сказал:
— Этого не будет никогда, — после чего, взяв её руку, приложил к своей груди и прошептал, — чувствуешь? Это сердце уже не сможет биться без тебя.
И Меридия снова обняла Дитриха. И была бесконечно благодарна ему за то, что он так же крепко, без слов обнял её в ответ. Так, в объятиях друг друга, они и уснули…
Глава 8
Всю весну и начало лета драконы провели вдалеке от своих родовых замков. Впрочем, теперь Дитрих внял просьбе Меридии, которая прозвучала единственный раз, и теперь они стали чаще останавливаться в гостиницах разных городов.
— А вот здесь, — показывал он супруге, когда они гуляли по Триниагосу, — была какая-то лавка магических расчётов.
— Правда? — заинтересовалась Меридия, — что-то я не припоминаю. Хотя, конечно, меня тут и не было какое-то время… совсем я свои обязанности забросила.
— Не бери в голову, — Дитрих на мгновение прижался щекой к щеке Меридии, — драконы женятся один раз в жизни. Думаю, они всё прекрасно понимают. Но, всё-таки, куда пропала лавка?
— Может, поработали и в другое место уехали? — пожала плечами Меридия, — а что они рассчитывали?
— Ну, как я понял, основным спросом пользовалась услуга по поиску второй половинки, — сказал Дитрих, вспоминая перечень услуг лавки «Расчёт Маджистик», — вроде как магичка могла эта рассчитать, где находится тот, с кем у клиента может сложиться счастливая семейная жизнь. И, как мне кажется, услуга вполне достойная. Не всем же в жизни повезло найти друг друга так, как нам с тобой.
Меридия, вспомнив, как она перепугалась, когда поняла, что едва не потеряла Дитриха, и как тридцать лет сходила с ума, ожидая его, лишь смогла заставить себя вымученно улыбнуться. Однако, посмотрев на супруга, принцесса увидела, что и он отчего-то потемнел лицом. Проследив направление его взгляда, она увидела, что смотрит он на таверну Пьяный Вепрь. Любопытно. Это была та самая таверна, где прежний Дитрих прятался после побега из Лазурного замка. И тем удивительнее был взгляд Дитриха. Меридия поняла бы, если бы он смотрел на заведение недоуменно или с ощущением, что ему это место знакомо… Но сиреневый принц бросил на таверну взгляд с такой злостью, словно хотел спалить её здесь и сейчас.
— Милый, — испуганно спросила принцесса, — что-то случилось?
— Да нет, — тяжело выдохнув, сказал дракон, отводя взгляд от вывески с кабаном, который копытом удерживал пенную кружку, — всё в порядке. А, — в этот момент он уставился на супругу, — с тобой что такое, милая? На тебе лица нет.
— Да так… грустное вспомнилось… Неважно, — ответила Меридия.
* * *Дни сменялись неделями, а Дитрих и Меридия всё так же летали от острова к острову. Пару раз они даже побывали в Анваскоре, но обоим этот город показался слишком строгим и сковывающим. В итоге сюда они решили больше не возвращаться. Хотя судя по тому, что увидели, многие жители были рады и даже гордились тем, что являются гражданами этого поселения.
Последний день весны был ознаменован окончанием занятий в школах, и теперь по городам сновали толпы ребятишек, которых ждали целых три месяца отдыха от занятий. Конечно, оставались кружки и клубы, ради которых школы оставляли открытыми даже в летнее время, но это уже, что называется, для души.
Однако, Для Дитриха и Меридии такое время означало нечто иное. Приближался день летнего солнцестояния, а это значило, что юным драконам пришла пора нанести визит в Лазурный клан. К своему стыду Меридия была вынуждена признать, что дома она не появлялась со дня своей свадьбы. Однако главной причиной было то, что Дитрих категорически, до дрожи в крыльях и хвосте не хотел лететь в Лазурный замок. Меридия была в отчаянии. Она не понимала, почему Дитрих так упорствует — и одновременно прекрасно понимала. И казнила себя за это ещё больше: выходит, в прошлой жизни Лазурный клан причинил Дитриху столько страданий, что их не сгладили даже смерть и перерождение.