Судья королевского отбора

– Вообще-то нет, – отвечает Сарика.
Видимо, я озвучила свои мысли.
– Довольно часто родственники участниц подкупают судий, – поясняет она. – Ко мне вы можете обращаться с любым вопросом. Постараюсь ответить или отправить к тому, кто сможет вам помочь. Все служанки судий находятся под командованием его высокопревосходительства. Он лично нас отбирал для данной службы, – с гордостью чеканит девушка, выпрямляясь и словно принимая стойку «смирно».
  
– А великий князь может сюда заходить? – я вспоминаю, как меня толкнули в предоставленные покои, хотя дверь я не открывала.
– Разумеется, – с готовностью отвечает служанка.
Вот вам и «никто, кроме вас и служанки, не зайдёт»!
Наверное, на моём лице отразилось что-то из мыслей, потому что Сарика поспешно добавляет:
– Его высокопревосходительство всё-таки ответственен за вашу безопасность и зайдёт только в случае необходимости, если я не смогу защитить вас или меня убьют.
Меня коробит от того, как спокойно она говорит о своей возможной гибели. Симпатичная девушка с модельной фигурой. Ей бы флиртовать с молодыми людьми, а не охранять иномирянку.
Но это моё мнение с высоты собственной колокольни. И раз Сарика находится здесь, значит, она считает иначе. Её право.
– Покажите, пожалуйста, как тут всё устроено, – обращаюсь к ней с просьбой.
Облегчение и улыбка расцветают на её лице.
Следующий час она показывает и учит меня, как пользоваться местными благами цивилизации.
Первая комната оказывается гостиной, где стоит парочка диванов и кресел. Справа от входа у стены находится книжный шкаф, разделённый секциями. Книг в нём немного, судя по названиям лёгкие романчики, больше различных статуэток, пара невысоких ваз и плетённых коробочек. Два высоких окна слева выходят на парковую зону, где не вдалеке виднеется пруд.
Дверь из гостиной ведёт в спальню с резной деревянной кроватью с балдахином из тяжёлого бархата синего цвета, на котором сияют золотые звёзды. У изножья находится кушетка того же материала, что и балдахин. Слева, как и в гостиной, два высоких окна. Между ними расположился столик и пуфик под ним. В дальнем левом углу за креслом причудливо связаны шторы, образуя второй балдахин. На противоположной стороне от входа почти всю стену заменяет окно с приоткрытой дверью. За ней – балкон.
Как же я мечтала иметь спальню с балконом! Копила деньги на покупку собственной квартиры именно с таким расположением. В чужом мире моё желанием сбылось.
Я выхожу на балкон и едва ли не прыгаю от радости, потому что там стоят плетённый столик и стул со спинкой. Облокачиваюсь на парапет и закидываю голову, подставляя лицо ласковым солнечным лучам. Дневное светило уже перешагнуло зенит. Выходит, что утреннее и обеденное солнце будет освещать мои покои.
Едва сдерживаюсь, чтобы не запищать от восторга. Кажется, что так везти может только во сне, а не наяву. Теперь ни один хмурый фельмаршалок не испортит моего настроения! Ведь каждый день ко мне в гости будет заходить солнце.
Да-да, я люблю солнечный свет. Люблю, когда его много. Очень много.
– Дверь справа от кровати ведёт в гардеробную, – Сарика открывает её, приглашая меня проследовать за ней. – Слева – в ванную комнату. Обе комнаты между собой тоже сообщаются, – и демонстрирует, распахивая дверь.
В гардеробной в основном вешалки. Полок было гораздо меньше. И всё пустует. У окна туалетный столик с тремя зеркалами. На него я кладу сохранённый из храма цветок.
Слышу позади себя восхищённый тихий возглас. Оборачиваюсь и вижу, как глаза Сарики блестят при взгляде на божественный цветок.
– У нас есть поверье, которое непременно сбывается, – поясняет она, когда замечает мои приподнятые в немом вопросе брови. – Если незамужняя девушка сохранит озаролу, то через полгода она выйдет замуж. И её семейная жизнь будет счастливой.
Какое интересное поверье! Вот только волшебных пилюль нет. Везде надо работать. Даже над отношениями.
Возвращаюсь к осмотру своих покоев. Зеркало в полный рост прячется в одном из углов. В ванной всё было знакомо по родному миру. Разве что, принципы действия основывались на магии, как я поняла из кратких объяснений служанки.
Свет «включается» самостоятельно, когда кто-нибудь заходит в комнату. И также «выключается». Так работают артефакты, реагирующие на движение.
– По инструкции я могу предложить вам принести обед сюда, после вам рекомендуется отдохнуть, чтобы подготовиться к ужину с королём и его доверенными лицами, – закончивает Сарика экскурсию по моим покоям.
От еды я не отказываюсь, а после сытного обеда и вовсе выключаюсь. Стресс и море впечатлений дали о себе знать. Утомлённый организм требовал отдыха.
Небольшой сон, всего час, даёт хороший прилив сил. Я просыпаюсь посвежевшей и бодрой.
Сарика тут же отправляет меня в ванную и предлагает свою помощь.
– Благодарю, но с водными процедурами я справлюсь сама, – отказываюсь я.
– Доставили пару платьев и нижнее бельё. Остальные вещи уже будут шить по вашим меркам. Я подготовлю вам одежду для ужина, – сообщает она и удаляется в гардеробную.
Через полчаса чистая и в халате я захожу в гардеробную, где меня уже ждёт платье. Красное. Пышное, атласное, с короткими рукавами. Лиф обшит сверкающими стразами (или что там заменяет их в этом мире?).
– Оно прекрасно, – соглашается со мной служанка.
Она подаёт мне нижнее бельё и указывает на ширму, которую установила, пока я мылась. На нижние девяносто, по правде говоря, там было больше земного стандарта, я надеваю что-то похожее на гибрид бабушкиных труселей и рейтузов (по внешнему виду), но сделаны из невесомого материала и отделаны искусным кружевом. Сверху полагается надеть тонкую маечку, топик по нашим реалиям. Когда я оделась, Сарика приносит корсет.
– А можно без него? – я с сомнением смотрю на этот пыточный инструмент.
В голове сразу встают факты из истории, как из-за этого предмета дамского гардероба страдал женский организм смещением внутренних органов и нехваткой кислорода. Мне подобных проблем со здоровьем не хотелось.
Сначала она смотрит на платье, а потом переводит взгляд на корсет и тяжело вздыхает:
– К сожалению, нет.
В гардеробной раздаётся наш слаженный выдох безысходности.
Признаться, в корсете сидеть трудно и жутко неудобно, хотя Сарика несильно его затянула. Платье красивым было только внешне. Оно тяжёлое и надо ещё приноровиться в нём двигаться.
Смотрю на себя в зеркалах сидя за туалетным столиком, пока служанка магичит в прямом смысле слова над моими волосами: с её пальцев то и дело срываются разноцветные искры. Сперва она их сушит, затем накручивает на щипцы и собирает их на затылке в интересном пучке, оставив слева от лица свободную прядку.
Сарика протягивает мне баночку с кремом. У него лёгкий аромат фиалок. Впитывается крем на глазах, делая кожу нежной. После девушка припудривает моё лицо пуховкой, отчего его цвет выравнивается. Она кисточкой оттеняет глаза и слегка подводит их коричневым карандашом.
Когда наступила очередь губ, служанка достаёт вполне себе такой привычный для меня формат в виде стика. Правда, слишком яркий цвет настораживает меня. Смотрю на Сарику. Она тоже задумалась.
– А может так? – я беру из её рук помаду и мажу ею подушечку указательного пальца, а потом лёгкими похлопывающими движениями придаю губам оттенок красного, менее яркого, но тем не менее не старящего меня, как если бы накрасила густым слоем.
– Так намного лучше, – соглашается она со мной. – Нам пора. Нужно успетьдо прихода его величества.
Сарика быстро провожает меня по дворцовому лабиринту в Малую столовую, как она её назвала. Открыть дверь служанка не успевает, её распахивает фельтмаршалок. Он быстро пробегает по моему внешнему виду придирчивым взглядом. Только князь открывает рот, чтобы что-то произнести, как справа раздаётся:
– Ваше высокопревосходительство, как долго нас будут заставлять ждать?