Мотель «Биттеррут» (ЛП)

Я развернулась и жестом подозвала ее поближе, чтобы прошептать ей на ухо.
— Он не говорит о себе. Никогда. И я старалась уважать его частную жизнь. Помнишь? Ты сказала мне быть непредвзятой?
— Да, но разве вы, ребята, не разговариваете? Я не понимаю. Как получилось, что его работа так и не всплыла?
— Я никогда не спрашивала, ясно? И он никогда не говорил. Он приходит, и мы играем с Коби. Ты же знаешь, как это бывает, когда вокруг дети. Они доминируют в разговоре.
— Верно, но, что происходит после того, как Коби ложится в постель? Тогда вы, ребята, не разговариваете?
— Нет. — Я откинулась назад, чтобы убедиться, что меня больше никто не слушает. — Мы не разговариваем, потому что заняты другими делами. Ну, знаешь, взрослые дела? Потом мы засыпаем, а утром он первым делом уходит.
Хантер и я были на той стадии наших отношений, когда мы не могли оторваться друг от друга. Две недели, и я потеряла счет оргазмам, которые он мне дарил. В постели я очень хорошо знала Хантера Фарадея. Жаль, что я не могла сказать того же о том, когда мы были полностью одеты.
— Итак, — прошептала Джиджи, — ты была слишком занята сексом с горячим доктором, чтобы узнать, что он был горячим доктором?
Я кивнула.
Она отстранилась и пробормотала «ёрт» как раз в тот момент, когда Хантер подошел к нашему проходу.
Коби протиснулся мимо Бо и Сабрины в конце прохода и забрался ко мне на колени. Он пробыл там всего секунду, просто используя меня как платформу, чтобы подняться на следующий ряд.
— Привет, Бен! — воскликнул он, присоединяясь к другим детям, которые играли с игрушками, принесенными Джиджи.
Все остальные смотрели на меня, ожидая представления.
Я проигнорировала их и просто уставилась на Хантера. Чего еще я не знала о мужчине, который делил со мной постель?
К счастью, Джиджи пришла мне на помощь.
— Доктор. Фарадей! Рада, что вы смогли присоединиться к нам.
Его глаза оторвались от моих, и он улыбнулся моей подруге.
— Привет, Джиджи. Пожалуйста, просто Хантер, помнишь?
— Да, конечно. Хантер. Добро пожаловать.
— Спасибо. — Его взгляд вернулся ко мне, и морщины на его лбу стали глубже.
Прежде чем Хантер успел проскользнуть вниз по ряду, Бо встал и преградил ему путь.
— Привет, я Бо Холт, брат Мейзи.
Хантер протянул руку.
— Хантер Фарадей. Приятно познакомиться с другими членами семьи Мейзи.
— Другими? — Бо продолжал жать Хантеру руку, но повернул голову, чтобы адресовать свой вопрос мне.
— Он уже знаком с Майклом и мамой.
Бо поджал губы, прежде чем снова повернуться к Хантеру и разнять их рукопожатие.
— Приятно с тобой познакомиться. Хотел бы я сказать, что много слышал о тебе, но поскольку моя сестра в последнее время хранит секреты, я пока ничего о тебе не слышал.
— Бо, — выругалась Сабрина, вставая со своего места. — Давай не будем слишком остро реагировать. Я уверена, что у нее были на то свои причины. — Протянув руку, она представилась Хантеру. — Привет. Я Сабрина, жена Бо.
Хантер улыбнулся и взял ее за руку.
— Поздравляю вас с вашей свадьбой. Мейзи сказала, что она была прекрасна.
— Спасибо, — сказала Сабрина. — Нам лучше позволить тебе сесть.
Хантер все еще торчал на лестнице, заставляя людей протискиваться мимо, но он не мог убраться с дороги, потому что Бо все еще загораживал вход в наш ряд.
— Бо. — Сабрина схватила Бо за карман джинсов и сильно дернула. — Шевелись, Голиаф.
Бо плюхнулся на свое место, чтобы Хантер мог протиснуться между мной и Фелисити.
— Привет. — Он обнял меня за плечи. — Все в порядке?
Я покачала головой и посмотрела себе под ноги. Если бы я посмотрела в его глаза — в те прекрасные глаза, которые я видела каждую ночь перед тем, как заснуть — я бы сошла с ума.
Почему бы ему просто не открыться мне? Почему он должен был хранить секреты? После всего, в чем я ему призналась, почему он не хотел доверить мне свое прошлое?
Я ненавидела то, что это воскрешало во мне чувства из тех времен, когда я встречалась с Эвереттом.
Не обращая внимания на мое разочарование, Хантер коснулся тыльной стороной ладони моей щеки. Врач осматривает своего пациента.
 
— Что не так? Ты больна? Ты выглядишь бледной.
Я покачала головой.
— Съела слишком много сахара на распродаже выпечки. — Джиджи снова спасла меня. — Итак, Хантер, я знаю, что прошло несколько лет, но ты помнишь Джесса, моего мужа?
Хантер повернулся боком и пожал руку Джессу.
— Привет. Рад снова тебя видеть.
Прежде чем Джесс успел ответить, Джиджи продолжила знакомство.
— А помнишь ли ты мою невестку Фелисити Грант и ее мужа Сайласа?
— Привет. — Хантер помахал Фелисити и Сайласу, сидевшим по другую сторону от него. — Рад снова видеть вас обоих. Когда я был здесь в последний раз, ты еще не был женат. Мои поздравления. И я вижу, вы расширяете семью Грантов.
— Да, это Виктория. — Фелисити посадила дочь к себе на колени.
Они все болтали несколько минут, но все, о чем я могла думать, это о том, что Хантер знал моих друзей. Мой желудок сжался еще сильнее, и я закрыла глаза.
Хантер знал моих друзей.
И они знали его, вероятно, лучше, чем я. Хантер как-то сказал, что бывал в Прескотте раньше. Это было преуменьшением. Он жил здесь. Все это время я думала, что он новичок в городе, что он был здесь всего один раз в гостях, но все мои предположения оказались ошибочными. Он был частью сообщества. Моя лучшая подруга была его коллегой. Мама Джесса и Фелисити была его пациенткой.
Он был тем самым «новым доктором», о котором я слышала год назад. Он был тем самым «новым доктором», который решил вернуться в Прескотт. И я вовсе не избегал «нового доктора», как думала раньше.
Я спала с ним.
Неудивительно, что его имя показалось мне знакомым в первый день нашей встречи. Я слышала его, когда другие говорили о нем в городе.
Черт возьми. Почему из всех профессий в мире он должен был быть врачом? И почему он мне ничего не сказал? Это была деталь, которую мне нужно было знать.
— Хантер! — Коби бросился нам на спины, толкая нас вперед. — Уже пришло время для хот-догов?
— Не совсем, приятель. Давай подождем, пока начнется родео, а потом пойдем ужинать. Тебя это устраивает? — спросил меня Хантер.
— Хорошо, — пробормотала я.
Хорошо. Все было далеко не хорошо.
Хантер был врачом, которого наняли на вакантную должность Эверетта. Он был доктором, которого мои друзья называли доктор Кельвин Кляйн.
А я была невежественна.
Я покорно уважала его частную жизнь.
Он покорно держал меня в неведении.
Обрывки разговоров промелькнули у меня в голове. Я прокрутила в голове дискуссии за обеденным столом. Как часто было подходящее время, чтобы он рассказал мне о своей работе или о том, что раньше жил в Прескотте. Черт возьми, я прямо спросила его об этом в «Чёрном быке».
— Ты бывал здесь раньше или переехал сюда вслепую?
Его ответ?
— Я был здесь однажды.
Преуменьшение со стороны человека, стремящегося держать меня на расстоянии вытянутой руки.
Прямо как Эверетт.
И кем меня это делало? Это делало меня глупой женщиной, которая не усвоила урок от первого врача, с которым встречалась.
— Дамы и господа, — прогремел диктор из динамиков. — Пожалуйста, встаньте и снимите шляпы под наш национальный гимн.
Мы все повиновались и встали, скрестив правые руки на сердце, наблюдая, как королева родео объезжает арену на своей лошади с американским флагом.
— Коби, помолчи, пожалуйста. — Повернулась я, чтобы отдать приказ, в то же время как Джесс шикнул на Бена.
Когда воздух наполнился Звездно-полосатым Знаменем, я сделала несколько глубоких вдохов, испытывая облегчение от того, что меня отделял от Хантера дюйм.
Удивление от того, что я узнала о работе Хантера, постепенно проходило. Теперь я просто злилась, и ни черта не могла с этим поделать.