Становление (СИ)

— Жаль, что её тут нет, правда?
— Кого это нет? — невольно оживился Дитрих. Хотя он догадывался, о ком идёт речь.
— Моей сестры, — прошептала Трелона и тотчас приложила палец к губам.
— Это которая… белая дра… — хрипло начал Дитрих.
— Больше ни слова, — покачав головой, сказала Трелона, — здесь могут услышать те, кому не надо. Пригласи меня к себе — поговорим там.
Улизнуть с бала оказалось довольно легко. После того, как Дитрих выполнил ритуал, о нём все словно забыли. Чуть более поспешно, чтобы считать это правдой. К счастью, Дитрих, воодушевлённый тем, что может сейчас услышать, не обратил на это внимание. Когда Дитрих и Трелона заперлись у него в комнате, она сказала:
— Я пока не могу много сообщить. Но ты можешь написать ей письмо. И я его передам, обещаю.
— А она его ждёт? — с сомнением спросил Дитрих.
— Нет. Но, уверяю, будет очень рада.
Подойдя к столу и взяв карандаш и листок бумаги, Дитрих замялся.
— Как её хоть зовут? — спросил он.
— Прости, не могу сказать, — покачала головой Трелона, — если я назову имя, через минуту здесь будут твой и мой папа, и мы оба получим по голове. Напиши без имени.
— Да я так не умею, — вспыхнул Дитрих, — да и вообще, о чём мне писать?
— Обо всём, что приходит в голову, — терпеливо настаивала Трелона, — не переживай, она тебя… поймёт.
Рассердившись на себя за нерешительность, Дитрих написал следующее:
«Здравствуйте, уважаемая красивая серебряная драконица. Вы меня, наверное, не знаете, но я вас видел, когда моя сестра Олесия держала меня на руках. Я вас видел недолго, но вы мне понравились. Надеюсь, вы не думаете, что я в тот момент выглядел смешно и глупо. Я ждал, что вы сегодня прилетите, но вас почему-то не было. Всё же надеюсь, что мы скоро увидимся. Почему-то мне очень хочется с вами познакомиться.»
Закончив, Дитрих перечитал про себя письмо.
— Глупость какая-то получилась, — сказал он, собираясь скомкать лист, — не буду это посылать.
— Именно эту глупость она от тебя и ждёт, — уверенно сказала Трелона, выхватывая письмо и пряча его во внутреннем кармане платья.
— Эй, отдай, — рассердился Дитрих, — это… это глупости! Ну, она смеяться надо мной будет, — жалобно закончил он.
— Посмотри мне в глаза, — серьёзно сказала Трелона. Дитрих честно посмотрел.
— Я даю слово: она не будет над тобой смеяться. Ты мне веришь?
И Дитрих почему-то поверил. Сам не мог сказать почему, но точно знал, что это правда…
* * *
— И что, — спросил Мизраел Уталака, когда они в его кабинете с умилением наблюдали за Дитрихом и Трелоной, — позволим передать письмо?
— Письмо — это самое то, — уверенно заявил Уталак, — когда молодые лишены возможности пообщаться вживую, они пишут письма и втайне их передают. Пускай. Для Дитриха это не опасно, а для Меридии — хоть какая-то отдушина. Кстати, — Уталак более подробно пересказал Мизраелу о случившемся с Цветами, — в общем, они вернули ему человеческую скорость роста. Так что по человеческим меркам Дитриху сейчас тринадцать лет. В следующем году будет четырнадцать. Так что через год можешь взять Меридию с собой. Думаю, год переписки подготовит к этому принца…
* * *
До конца пребывания гостей в замке Трелона избегала любых контактов с Дитрихом, давая ему понять, что тайна должна оставаться тайной. Впрочем, это было лишнее, у Дитриха и так было не то, чтобы очень времени. На плотный график тренировок не повлияли ни холодное время года, ни присутствие в замке гостей: Микаэро по-прежнему гонял своего воспитанника, развивая в нём выдержку и выносливость. Он заставлял принца с собой на спине подниматься так высоко, как тот только мог, и летать до изнеможения.
— Когда я встану на крыло, — устало прошептал Дитрих, лёжа после очередного полёта, в ходе которого он три часа боролся с ветром с Микаэро на шее в километре от земли, — я… я… я не знаю, что я с тобой сделаю, но что-нибудь точно сделаю.
— Обязательно сделаешь, Дитрих, — Микаэро одобрительно похлопал воспитанника по носу, — а теперь давай-ка ещё часок полетаем вокруг замка. И можешь не скулить: раз есть силы придумывать всякие глупости, значит, и полетать силы найдутся…
   
Глава 6
 
Глава 6
Тем временем в Лазурном замке, когда драконы вернулись от Сиреневого клана, Трелона тут же направилась к Меридии.
— Ну и чего тебе надо? — угрюмо спросила сестру принцесса, когда та к ней зашла, — сейчас будешь хвастать, что видела Дитриха и говорить о том, как он чудесно выглядит? Я это и без тебя знаю. Иди, откуда пришла.
— Превентивная грубость тебе никогда не была к лицу, сестрица, — хмыкнула Трелона, — вспомнить хотя бы ведро помоев…
Но в этот момент Меридия сорвалась со своего места, а в следующую секунду уже душила сестру.
— Ой, ой, задыхаюсь, всё, всё, больше не буду, сдаюсь, — заохала Трелона. Меридия нехотя отпустила её.
— Ну, так что ты здесь забыла? — уже на пару градусов теплее спросила принцесса.
— Чтобы показать тебе то, за что ты будешь меня благодарить на коленях, — торжественно возвестила Трелона, доставая письмо. Меридия дико уставилась на него.
— Это, — прохрипела она, — это что, от него?
— Надо же, как ты быстро соображаешь, — хмыкнула Трелона, самодовольно вздёрнув носик, — давай, можешь начинать меня благодарить. Становись на колени и говори: Трелона, ты самая лучшая, самая люби… эй, мы так не договаривались!
В новом броске Меридия хотела выхватить листок, но теперь Трелона была настороже. Она мгновенно выскользнула из комнаты.
— Неблагодарная эгоистка! — возмущалась она, улепётывая от сестрицы, — никогда даже спасибо не скажет! Только о себе и думает. Бедный Дитрих, мне уже заранее его жалко.
Раздавшийся в следующий момент рык мог принадлежать кому угодно, только не Меридии. Однако, за отсутствием иных кандидатов приходилось признать очевидное. Трелона мчалась в кабинет Мизраела, но Меридия ловко отсекла от него сестру, умудрившись запрыгнуть на целый этаж. Трелоне пришлось бежать обратно. Как-то сама собой погоня вернулась в комнату Меридии.
— Ладно, ладно, забирай, — буркнула Трелона, бросив письмо на стол. Меридия схватила листок и впилась в него глазами. Трелона же довольно наблюдала за сестрой. Та проговаривала про себя каждую строчку, а под конец поднесла письмо к лицу и втянула воздух. И, судя по расширившимся зрачкам, уловила эхо его запаха.
— Ладно, пошла я отсюда, — фыркнула Трелона, — чувствую, благодарности так и не дождусь. Ну да не сказать, чтобы ты меня так уж сильно удивила.
Однако, когда Трелона уже выходила из комнаты, то ощутила, как сзади её крепко обнимает и прижимает к себе Меридия. А затем она прошептала:
— Спасибо тебе, Трелона. Ты моя самая лучшая, самая любимая, самая сообразительная сестра…
— Мало, — притворно надула губы Трелона, — ещё что-нибудь приятное скажи.
— Самая внимательная, — подумав, продолжила Меридия, — самая понимающая и… ты письмо читала?
— Нет, конечно, — праведно возмутилась Трелона, — я не читаю чужих писем.
— И самая честная, — закончила Меридия.
Через две минуты обе девушки уже сидели на диване, и Меридия по большому секрету зачитывала Трелоне письмо.
— Не могу поверить, — в восторге говорила она, — он меня увидел всего один раз. И то мельком. И всё равно для него я красивая серебряная драконица. И ему уже небезразлично, что я о нём подумаю. Невероятно.
— А у меня для тебя ещё одна важная новость, — довольно сказала Трелона, — в следующем году ты точно полетишь в Сиреневый клан.
 
— Да пусть только попробуют меня остановить, — тихо сказала Меридия, — я весь замок по камушкам…
— Да дело не только в этом, — Трелона замялась, — я тут… подслушала… В общем, Дитрих уже был представлен Цветам. И они сказали…
— Кто сказал? Цвета? — не поняла Меридия.
— Да, наверное… я не совсем поняла, да и не так, чтобы много успела услышать. А чтобы не засекли, пришлось срочно ретироваться. Короче, Дитрих теперь растёт как человек. Сейчас по людским меркам ему тринадцать лет. Соответственно, через год будет четырнадцать. И Уталак решил, что в этом возрасте Дитрих будет более чем готов…