Будешь моей (СИ)

На Яну и иже с ней безотказно действовала коробочка из ювелирного.
На Маську, он верил, эта… как её… лобелия.
Дверь распахнулась почти сразу, Олег выдохнул:
– Сюрприз-сюрприз! Это тебе!
– Неожиданно, опта, – раздался гнусавый мужской бас, гася мерзкий смешок.
Олег в упор уставился на стоявшего напротив парня. Сопляк, от силы лет девятнадцать-двадцать, в мятой футболке и широких шортах. Белобрысый, взлохмаченный, с носом-картошкой и подростковой сыпью на лбу. Тощий и длинный – глист, одним словом. Проломить такому грудину дело пары секунд…
  
– Ти-и-и-ин, Тинка, – вдруг заголосил глист. – К тебе, выходи.
Из ближайшей к выходу двери выскочила Тина в спортивных лосинах и топике.
Твою мать!
Точёная фигурка… глаз не оторвать, так бы и сожрал, а лучше трахнул не сходя с места.
Большая часть женской половины человечества убила бы за такую фигуру, мужской – за возможность обладать ею во всех смыслах и позах.
Она перед глистом в таком виде расхаживает? Не сыграть ли в тетрис с его позвоночником?.. Знал чтобы, гадина, на кого можно пялиться, а на кого опасно для здоровья.
– Сюрприз, – повторил Олег, сделал шаг вперёд, протянул кашпо с синей шапкой растерявшейся Тине, которая смотрела широко распахнутыми светло-синими глазищами.
Не голубыми, а именно синими, едва светлее упруго покачивающейся в горшке лобелии.
– Пригласишь? – подсказал он, подмигнув.
О том, что в квартире находился парень, возможно, не чужой человек Тине, Олег думать не собирался. Был не чужой, станет чужим. Не для покрытых акне жердей такие девочки появляются на свет.
Прости, пацан, твой поезд ушёл. Видишь, за поворотом дым из трубы? Тебе в том же направлении.
– Я ненадолго, только после дежурства. Цветы увидел, сразу о тебе подумал, – пояснил он свой визит.
Естественно, ни о чём, кроме лобелии и балкона, где той предстоит жить, он думать не думал.
Святая простота. Сама невинность!
– П-проходи, – выдохнула Тина, распахивая шире дверь в комнату, одновременно забирая кашпо.
Довольный взгляд на подарок от Олега не скрылся.
Зачёт тебе, Калугин! Молодец!
Стандартная шестнадцатиметровая комната с балконом. Ремонт… не получалось даже примерно прикинуть каких годов. Определённо, Олег тогда ещё не родился. Мебель из полированного, тёмно-коричневого ДСП тянула на антиквариат эпохи застоя. Сейчас подобную разве что в музее СССР найти можно, или в квартире особо упрямой бабули, категорически отказывающейся от перемен.
Люстра с круглыми плафонами с нарисованными цветами, покосившийся паркет ёлочкой, трюмо с тремя зеркалами…
И, несмотря на внешнюю неустроенность, почему-то уютно. То ли шторы от стены до стены, удивительно вписывающиеся в «интерьер» играли роль, то ли цветы на всех возможных поверхностях, то ли безделушки, расставленные продуманно, с любовью, то ли идеальный порядок, чистота, а то и сама хозяйка комнаты – всё создавало впечатление благоустроенности.
– Здесь… прости, – засмущалась Тина, окинув виноватым взглядом своё жилище.
– Отлично всё, – засиял Олег. – У тебя очень уютно. Красиво, правда, – совершенно не слукавил он. – Тебе к которому часу в колледж? – решил сразу разузнать свои временный рамки.
Вдруг у неё выходной, тогда совсем шикарно получится. За день справится, ночью уже…
От представленной картины мелкая дрожь пробежала по телу, в паху налилось, пришлось переступить с ноги на ногу. Хорошо, джинсы не в обтяжку, приободрившейся открывающимися перспективами приятель не бросался в глаза.
– Через сорок минут нужно быть. Я завтракать собиралась. Составишь компанию? Глазунью могу сделать, бутерброды, кашу, если хочешь, сварю.
– Буду, что ты, то и я, – довольно кивнул Олег.
Голоден не был, только разве откажешься, когда так предлагаю. Как именно «так», понятия не имел, просто отказаться не смог. Сказала бы сейчас «шагни с балкона» – шагнул бы и пошёл по воздуху.
– Устраивайся, – Тина показала рукой на заправленный диван. – Я сейчас, – поспешила на выход, машинально собирая волосы в низкий хвост.
Неосознанный жест, привлекательный в своей естественности.
– Тина? – окликнул он. – А кто этот парень, который дверь открыл?
Необходимо выяснить степень опасности и заинтересованности, просчитать свои дальнейшие действия и возможные действия соперника. Впрочем, характеристика «соперник» – преувеличение века, не меньше.
Соперник, блин. Глист с пушком на лобке.
– Сосед, мы учимся вместе. Стас.
– Стас, значит, – сощурился Олег, сдержав рифму, которая мгновенно начала крутиться на языке.
Справедливая рифма, если не сути, то по содержанию. Как прикажете называть придурка, перед которым его Маська в комплекте, подчёркивающим всё лучше сразу, шастает?
Олег сел, как было сказано, чувствуя себя немного Фиником. Дали команду – исполняет. Хороший мальчик, самый лучший, воспитанный.
Верой, правдой и послушанием заслужит свою вкусняшку и съест. Непременно!
Пока ждал Тину, неспешно оглядывал комнату. Безделушки, растения, стопки книг на рабочем столе.
«Основы микробиологии и инфекционная безопасность», «Неотложная доврачебная медицинская помощь», «Генетика человека с основами медицинской генетики»... В одних названиях запутаться можно.
В тишине, обволакивающем уюте, под звук механических настенных часов, сидя на диване, опираясь на подушку-думку, не заметил, как сами собой закрылись глаза.
Последняя мысль перед тем, как провалиться в глубокий сон – нужно было ещё кофе выпить, в крайнем случае, энергетик…
Ничего-ничего, он вполглаза подремлет, пока Маська готовит яичницу. Сколько это минут? Пять, семь, максимум десять. Успеет перебить дремоту.
Проснулся от солнечного луча, который безжалостно лупил в лицо, намекая, что на улице давно не утро. Огляделся осоловевшим взглядом, не сразу соображая, где он, что здесь делает, а когда вспомнил – где хозяйка этого усыпляющего уюта, всё ещё готовит завтрак?
И почему стрелки на часах показывают почти два часа дня?..
Он, что, вырубился?! Охренеть, нашёлся соблазнитель года!
Позорище…
Быстро понял, что в квартире один. Соседняя комната открытая и пустая. Глист, выходит, тоже ушёл. Точно, он же учится вместе с Тиной, значит, готовится к экзаменам.
Будущий медицинский работник… н-да. Где-то перевернулся в гробу один Гиппократ.
«Привет, ты скоро?», – написал Тине, вернувшись в комнату, с удобством устроившись на диване.
Сразу же прилетел ответ:
«Консультация закончилась. Иду домой»
«Жду», – сразу же набрал. Подумал, добавил смайлик сердечко.
Да… косяк исправлять надо, и не смайликами. Не смайликами.
  
Глава 8. Олег
 
План родился сам собой, мгновенно. Производить впечатление, значит, производить. Сразу и наотмашь.
Кинотеатры, рестораны, букеты – до скрежета зубов банально, но другого в их городке и со стандартным набором Казановы, не найти. Тина же заслуживала индивидуального подхода.
– Послушай, – сказал Олег, когда Тина появилась на пороге собственной комнаты. – Неудобно вышло, развалился, уснул. Готов искупить вину.
– Ничего, я понимаю, – повела плечом в ответ, неопределённо улыбаясь.
Не понятно, действительно «ничего», или всё-таки серьёзный прокол. Искупать придётся хорошим впечатлением или кровью?
В принципе, на второе он согласен, ради такой-то Маськи – запросто.
– Какие у тебя сегодня планы? – поинтересовался Олег, решив брать быка за рога не сходя с места.
– Да никакие… к экзаменам готовиться надо, – нахмурилась Тина, – много пропустила.
– Несколько часов свободных найдётся? Голове надо давать отдыхать, есть идея, как это сделать, – привёл он аргумент. – Я сейчас домой, мигом вернусь. За пятнадцать минут успею. Жди, – дал он указание и, не дожидаясь ответа, двинулся в сторону двери. – Жди! – помахал телефоном, говоря, что позвонит.