Избранница колдуна (СИ)

Вздохнув, покачиваю головой. Брать письмо не хочется. Тянуть резину тоже. Оттягивая неизбежное — это делать харакири тупым мечом.
Кряхтя, поднимаюсь — онемела не только поясница, а и ноги — и иду забирать письмо “счастья”.
Но, открыв конверт и пробежав глазами, исписанные строчки шокировано замираю.
— Кас! Касси! — взволнованно окликает меня Кадир, так и не дождавшись хоть какого-то объяснения. — От кого это?
— От Сиварда, — перевожу ошеломленный взгляд на друга. — Он заявляет, что будет сопровождать нас на ярмарку.
 Глава 45 
Друг спокойно пожимает плечами и принимается сворачивать новый ковер.
— И что? Ты ничего не скажешь?
Я и сама не знаю как реагировать на это послание. Но от красноречивого Кадира ожидала более развернутой и многословной реакции.
— Скажу, что нам невероятно повезло! — удивляет заявлением мой дорогой друг.
— Повезло?
— Именно! — садится по-турецки возле рулона. — У нас будет дополнительная защита. К тому же от самого лучшего колдуна в Альдельмире. Должна же быть польза от твоих ухажеров. Ну, хоть какая-то! — прилетает шутливая шпилька в мою сторону.
Фыркаю, ничуть не обидевшись. Он бесспорно прав. Корчить из себя гордячку точно не стоит. Где-то там затаился Каор, как паук в паутине. И это затишье меня пугает. Бывший опекун благородством и принципами, в отличие от колдуна, не обременен. От него можно ожидать чего угодно. Тем более, если в качестве приза прилагается один из четырех источников Альдельмиры.
Обреченно вздыхаю, прячу письмо в карман платья и, присев рядом, тоже принимаюсь собирать инструменты.
— Ты не ответишь? — спустя минуту спрашивает Кадир.
— Меня не спрашивали, — мрачно один за другим складываю крючки в футляр. — Лорд Сивард поставил в известность. Так что, как я поняла, ни ответа, ни согласия не требуется. Мужлан! — последнее уже тихо и сквозь зубы.
Но Кадир все равно слышит. И улыбается, сверкая белоснежными зубами.
— Ты на его стороне? — вздергиваю возмущенно бровь. — Поверить не могу! Кадир!
— Милая, я на твоей стороне! И всегда буду на твой, — привлекает меня, устраивая мою голову у себя на плече. — И твоя безопасность превыше всего. В отличие от тебя мне прекрасно известна истинная сущность таких, как Каор. Ты невинная девушка… Милая и в чем-то наивная. Ты не знаешь реалий нашего мира…
— Я не невинная. И не наивная! — запальчиво дергаюсь.
— Наивная, Касси… Ты иномирянка… Реалии Саратуна тебе неизвестны. И уж тем более они были неизвестны Кассии, милому ребенку. Такое не пишут в учебниках. Такое не рассказывают детям.
— Что не рассказывают? — сажусь прямо и хмуро смотрю в черные глаза.
— О кровавых ритуалах. О жертвоприношениях. О древних богах. О запрещенных законом во всех странах, слышишь меня, Касси, во всех странах, извращенных надругательствах над магичной сущностью.
— А откуда ты об этом знаешь? Ведь не намного старше.
— Во-первых, я мужчина…
В шутливом возмущении закатываю глаза.
— Во-вторых, — игнорирует мой демарш Кадир. — Кажется, меня этому кто-то учил, объясняя, как такое делать. Теоретически, конечно. Я был тогда совсем малыш. Помню старого наставника. Пыльное помещение с множеством книг… наверное, библиотеку. Может, классную комнату… Я же говорил, что воспоминания постепенно возвращаются…
— Это отлично! Тебя учили… Скорее всего, именно истории магии… Индивидуально. Еще и пустыня эта…
Задумчиво барабаню пальцами по коленям.
— Касси! Касси! Касси! — хватает меня за руки друг. — Погоди! Давай сначала разберемся с твоими проблемами. Потом уже с моими.
— Давай… — не могу не согласиться.
Но таинственное прошлое Кадира будоражит сознание, не дает покоя. Так просто выкинуть эти «крючки» из головы не могу, хотя и отчаянно стараюсь. Понимаю, что Кадир абсолютно прав. Но я всегда любила детективы и загадки.
Убрав за собой и пожелав спокойной ночи, расходимся по комнатах.
И снится мне далекая жаркая страна, чем-то напоминающая наш Египет. Большие, красивые здания с множеством мраморных колон. Экзотические растения. Удушающий зной. И девушки в воздушных полупрозрачных нарядах. А потом сон и вовсе сменяется на кадры из мультика об Алладине, и я просыпаюсь.
 
Хихикая над собой и напевая “Арабскую ночь…” шлепаю умываться. Настроение, несмотря на то, что не выспалась, преотличное. Даже сразу не понимаю отчего. А когда до моего сознания доходит, замираю посреди комнаты и хлопаю глазами, как пластиковая кукла. Была у меня в детстве такая. Милой звали. Короткие светлые курчавые волосы. Зеленое платье с кружевами. Голубые глазищи. Положишь ее — они закрываются, подымешь — раскрываются. Так вот — сейчас я — Мила. И радость моя оттого что с нами едет Сивард.
Прижимаю пальцы к губам, чувствуя, как их начинает покалывать. Жаркий прощальный поцелуй удалось выкинуть из головы лишь на время. Я и так себе до изнеможения выматывала, чтоб глупости в голову не лезли. А теперь вот напомнил он о себе. Хорошо хоть не снился. Спасибо Алладину и моей детской влюбленности в него.
— Невыносимый колдун! — раздраженно притопываю ногой и ойкаю от боли в пятке.
— Леди Кассия! — в дверях с подносом Тента. Ошеломленно смотрит на меня, раскрыв от удивления рот.
Служанка уже успела сбегать за завтраком, пока я спала.
— Доброе утро, — наконец выдавливает она, проходит в комнату и сгружает на стол завтрак. — Что-то случилось?
— Нет, — качаю головой, потирая пятку о голень другой ноги.
— Леди Кассия, там… — внезапно заминается девушка, избегая смотреть мне в глаза.
Ее руки сноровисто раскладывают приборы на столешнице. Но я вижу, как дрожат пальцы, и выпадают из ослабевших рук салфетки.
— Говори, Тента!
— К вам посетитель, леди Кассия. К вам посетитель. Лорд Эзерт Каор.
 Глава 46 
Всего лишь на мгновение сердце маленьким горячим угольком тревожно сжимается под ребрами, а потом я беру себя в руки. Все изменилось с тех пор, как он был моим опекуном, а я беспомощной бесправной подопечной.
— Вот как? — ровно произношу. В голосе сквозит безмятежное равнодушие. — Ну что ж. Пускай подождет. Я намереваюсь спокойно позавтракать.
Планы свои менять из-за раннего визита бывшего опекуна нет ни малейшего желания.
— Что передать лорду? — стол наконец-то накрыт, но служанка все еще переживает, несмотря на мое показное спокойствие. И глазами буравит столешницу, а в пальцах беспокойно теребит полотняную салфетку.
— Передай, что я скоро спущусь, — с лукавой улыбкой заявляю. — А пока проведи в…
На этом моменте основательно задумываюсь. Очень хотелось бы встретить Эзерта в кабинете. Подчеркнуть свой статус хозяйки Отгрифа и хранительницы источника. Но оставлять его одного в комнате с важными документами и проектами было бы глупо и опрометчиво. Они хоть и в сейфе, защиту на котором мы с Кадиром давно уже изменили, а все же береженого бог бережет…
— А пока проведи в гостиную на первом этаже…
В какую именно не уточняю. Приличная и ухоженная осталась у нас только одна. Зато самая красивая. С французскими окнами, выходящими в сад. Как тут они называются, не знаю, но в своей голове продолжаю называть на земной манер. И именно из-за этих окон выбор пал на самую маленькую гостиную, но бесспорно самую милую и уютную. Вторую, побольше и еще одну на втором этаже мы, ради все той же экономии, закрыли.
— Тента! — решительно подхожу к девушке и беру за плечи. — Ему тут делать нечего. Больше я в обиду вас не дам. И сама себя тоже сумею защитить.
— Он вас не очарует? — дрожащим голосом спрашивает.
— Кто? Эзерт? — фыркаю в ответ.
— Он может быть очень-очень обходителен и учтив, — шепчет Тента.
Ручаюсь, вспоминает вертихвостку Готиени.
— Только… Только он плохой. Злой… Черный человек.
На этих словах девушка внезапно бледнеет, как полотно и затыкает себе рот ладонями.