Игры кланов (СИ)

— Флирт, кстати, не казался фальшивым, — позволил себе еще одну шпильку я. — Кажется она действительно мной увлеклась.
Полина с сарказмом улыбнулась, однако ехидных реплик не последовало.
— Думаешь прыгуны искренни в желании заключить союз?
Я в очередной раз пожал плечами.
— Трудно судить. Я бы сказал — скорее да, чем нет, — помедлил, прикидывая соотношение: — Где-то семьдесят на тридцать, не меньше.
Княжна медленно кивнула.
— Я тоже так думаю, — она рассеяно отпила из узкого стакана. — А толстяк у них ничего. Здорово играет. Нацепил маску простачка, а под ней хитрый, изворотливый жук.
На это лишь хмыкнул.
— Трудно ожидать простофилю на позиции мастера порядка. Лорд не дурак, брать такого на столь важную должность.
И еще одно неспешное кивание со стороны сестрицы.
— Мне показалось у них с Теоной напряженные отношения. Кажется, она его не считает особо умным.
— Скорее храбрым, — возразил я. — Она Воин в первую очередь. Для нее важны навыки, необходимые для боя. А уж потом остальное. Ее трудно назвать политиком, — я вспомнил наши словесные «кружева» в попытках вызнать друг о друге, и закончил: — По крайней мере пока.
Губы Полины сжались в тонкую линию.
— Вот именно — пока. Что дальше будет неизвестно. Многие прочат Теону на роль будущего главы клана ван Хоторнов.
Я лишь промычал что-то неопределенное на озвученную ремарку. Глупо загадывать так далеко. Лорд Рассел здоров, как бык, и полон сил. Неизвестно еще через сколько лет он уйдет на покой. А наличие кровных связей (Теона его родная внучка), вовсе не гарантировали преемственность власти.
Колдовские кланы придерживались других принципов, нежели стандартное монархическое престолонаследие.
Если сын (или дочь) глуп и слаб, то его сожрут свои же. И не потому что ненавидят, а из-за простого инстинкта самосохранения.
Клан не выживет, если вести его будет слабак.
— В любом случае, нам не помешает личное знакомство с потенциальным наследником одного из американских кланов, — подытожила Полина. — Даже если в конечном итоге союз не состоится, считаю мы слетали не зря.
Верно. Установление связей на таком уровне всегда пригодится.
У меня тренькнул инком, на экране высветилось имя Михаила, бессменного управляющего Сварог-групп.
— Извини, надо ответить. Закончим позже, — попросил я Полину.
Сестрица молча кивнула и удалилась вглубь салона. Забравшись с ногами на диван, княжна раскрыла планшет и вновь вернулась к изучению бумаг. Рабочая текучка для одной из правящего рода никогда не заканчивалась, лишь ненадолго притормаживала.
— Что у тебя? — без долгих вступлений и начал я, мазнув пальцем по зеленой полоске ответа на вызов.
— Приветствую, ваше сиятельство, — воспитанно откликнулся Михаил.
— Да-да, и тебе приветы, — нетерпеливо буркнул я.
В трубке возникла пауза.
— Я не вовремя? — осторожно осведомились оттуда. — Может мне перезвонить попозже? Это не так уж и срочно.
— Тогда зачем звонил? Если терпит?
Молодой и тщеславный финансист отличался особой привередливостью в плане беспокойства начальства. Старался решать проблемы самостоятельно, считая, что если слишком часто обращаться, то наверху могут подумать: а нафига такой работник, который разобраться с трудностями не может?
Правильно считал. Если бы он мне начал названивать по несколько раз на дню, я бы его мигом пинком отправил в направлении выхода.
— Ну, информация и правда не требует экстренного вмешательства по экономической части, — задумчиво протянули на другом конце связи. — Но может оказаться для вас интересной с политической точки зрения.
Политической? Что у него там черт возьми случилось?!
— Выкладывай! — приказал я.
На секунду в трубке возникла тишина, потом прозвучало:
— Меня пытался подкупить клан Гагариных.
И ведь, как сказал шельма. Скучно, буднично, почти безэмоционально, словно речь шла о пустяке.
— Так, — нехорошо протянул я.
Судя по всему, холода в моем голосе прибавилось, потому что Михаил поспешно разъяснил:
— Ничего особенного, простой подкат по линии корпоративных хедхантеров. Но я проследил заказчика и вышел на компанию, что является региональным подразделением, входящим в структуру финансового конгломерата под прямым контролем великого рода Гагариных.
 
О как. Неожиданно. У меня пытаются увести сотрудника? Он настолько ценен и на него обратили внимание крупные игроки? Или это копают под меня?
— Это еще не все, — воспользовавшись короткой паузой снова подал голос Михаил.
А он умеет подавать новости. Я про себя усмехнулся. Вываливает не скопом, а постепенно, давая время прийти в себя, усвоив предыдущие сведения.
— По косвенным признакам мне удалось выяснить, что за наездом на Курганмашзавод все-таки стояли структуры подконтрольные Гагариным.
Следовало догадаться. Курган входит в зону интересов Гагариных. Неудивительно, что они предприняли попытку выдавить чужака. Несмотря на то, что пока город принадлежал им лишь формально.
— По косвенным? То есть прямых доказательств нет? — уточнил я.
— К сожалению да. Наши юристы не смогли на сто процентов доказать причастность указанного клана к неприятностям на заводе.
Чисто работают, не светятся. И предъявить нечего.
Ах как сладко было бы заявить о прямом давлении. Потребовать объяснений. Заручится поддержкой соседних кланов и довести до прямого столкновения. Благо есть уже должники из числа спасенных «спящих красавиц» из ледяного грота.
Организовать общий фронт (пусть и хлипкий, главное видимость), додавить, поставить перед фактом и потребовать компенсаций.
Ясень пень, до прямых столкновений не дойдет, никто не позволит устраивать новую свару в границах русских владений, но стрясти N-ую сумму денег явно бы удалось. За попытку силового давления.
— Хитрые задницы, — проворчал я, не заметив, как сказал это вслух.
Михаил дипломатично «не заметил» некорректного замечания. Пусть Гагарины и потенциальные враги, но они все еще великий род и грубить им просто неприлично.
— Поиграть значит хотят. Хорошо будут им игры. Заодно дадим пищу для размышлений, — я на мгновение заколебался, просчитывая варианты.
Не слишком ли? А-а, плевать. Сами первые напросились.
— Значит так, Миша, слушай меня внимательно…
Я подробно обрисовал порядок действий для управляющего, особенно акцентируя внимание на способах подачи материала и, что особенно важно — методах распространения информации.
— Главное, это ни в коем случае не должно выглядеть официальной позицией, — напутствовал я. — Слухи, пересуды, случайные разговоры, пьяная болтовня. Все в таком роде. Ясно?
— Конечно, ваше сиятельство. Сделаем в лучшем виде, — бодро отрапортовал Михаил.
Черт, слишком уж взбудоражен, осознал значимость событий, к которым дали возможность прикоснуться, вот голову немного и вскружило.
Надо охладить пыл, а то наломает дров и правда все плохо закончится. В таких делах холодный разум важнее знаний и умений, потому что позволяет объективно смотреть на реальность. Оценивать и грамотно реагировать.
— Учти, мы сейчас ступаем по тонкому льду, если что не так… — я взял красноречивую паузу: — Сам должен понимать, чем может закончится.
Говорить, что последствия для меня и его будут совершенно разными по масштабу, не стал, не дурной, сам догадается. Я-то при любых раскладах соскочу (ну будем надеяться), а вот ему так просто отделается не получится.
Конечно, в случае чего постараюсь прикрыть, вплоть до отлета в жаркие страны с существенной суммой денег, но неизвестно получится ли еще унести ноги вовремя.
 
— Я понимаю, ваше сиятельство. Все будет сделано в лучшем виде. Не сомневайтесь, — пообещал Михаил.
Отлично. Я нажал кнопку отбоя, отмечая, что никаких признаков нервозности в голосе управляющего незаметно.
А еще это отличный шанс для него отличиться. Ставки повышаются, а с ними и награда за преданность и умелость.