Сладкий плен

— Я думаю, сюда скоро приедет полиция, чтобы снять с нас показания, — спокойно продолжал незнакомец.
— Надеюсь, вы не думаете, что это я подожгла конюшни? — язвительно бросила Джейн.
Незнакомец повернулся и посмотрел на нее, обдумывая ее слова.
— Они должны получить объективную картину. Вы были там единственной, когда начался пожар.
— А как вы оказались здесь? — разозлилась Джейн.
  
— Мне случилось проходить мимо.
— В два часа ночи? Красивая выдумка. И вообще, кто вы такой?
— Джейн! — ужаснулась Элис. — Это лорд Брутн, владелец поместья.
— Ну и что? — Почитание привилегий аристократов не входило в привычки Джейн. — Если человек владеет поместьем, это еще не гарантия того, что он не сможет совершить поджог.
— Зачем ему поджигать конюшни, которые он собирается купить?
— А если он хочет сбавить цену?
Здравый смысл подсказывал ей, что сейчас — не время и не место выдвигать такие обвинения, но Джейн уже не могла остановиться. Пережитые волнения лишили ее обычного самообладания, вывели чувства и мысли из-под контроля.
— Думаю, мы знаем, кто явился виновником пожара, мисс, — сказал вошедший незамеченным полицейский. — На одной из проселочных дорог недалеко отсюда задержан тип на велосипеде. После приказа остановиться он попытался скрыться. Думаю, ему будет трудно объяснить, почему в седельном кармашке его велосипеда оказался лоскут намоченной в бензине ткани и коробок спичек.
Джейн устало прислонилась к стене и сказала Элис:
— Никогда больше не приглашай меня к себе. Я приношу несчастье людям. Я здесь всего несколько часов, а ты уже потеряла сенник и все запасы сена на зиму, не говоря уже о сарае. Это чудо, что лошади спасены…
Лорд Брутн, стоявший рядом, хранил молчание, но Джейн чувствовала его взгляд, прикованный к ее лицу. Она невольно посмотрела в его сторону. Его карие, почти черные глаза под четко очерченными густыми бровями, казалось, пронизывали насквозь. Джейн постаралась отвести свой взгляд, но ей это плохо удалось.
— Ты говоришь ерунду, Джейн. — Элис попыталась успокоить подругу. — Если бы ты не спала в пристройке, я бы потеряла и конюшни, и лошадей, и сенник, и этот сарай.
В этот момент полицейский, с интересом всматривавшийся в лицо Джейн, воскликнул:
— Вы дочь Дугласа Грейса, мисс? Знаменитого Дугласа Грейса? И как я вас сразу не узнал? — Полицейский был вне себя от восторга. — Я видел каждый ваш фильм, они потрясающи, особенно тот, в котором рассказывается о разрушении памятников старины! Ваши работы вызвали широкий резонанс в обществе. Вандализм — это болезнь человечества.
— А может быть, вандалы оказывают человечеству любезность?!
Лорд Брутн заговорил так внезапно, что Джейн вздрогнула. Она, должно быть, ослышалась?
— Любезность? — эхом повторила она. Какое больное воображение могло предположить, что разрушение того, что принадлежит истории, может расцениваться как любезность?!
Его глаза спокойно встретились с ее пылающим взором.
— Любезность, — медленно повторил он. — Освободившись от груза прошлого, вы будете смотреть в будущее, а не жить вчерашним днем.
  
Глава 2
 
Как он мог так говорить? Джейн взглянула на нового хозяина имения почти с ненавистью.
— Вы… Я… — Она запнулась. Как назвать его? Она не знала его имени, но и не хотела называть по титулу.
— Зовите меня Рэй. Это сбережет время, — сказал лорд Брутн, будто прочитав ее мысли.
Джейн с трудом выдавила из себя:
— Если вы действительно этого хотите…
Она-то этого вовсе не хочет.
— Да, хочу, — просто ответил лорд Брута. Да, Рэй держался просто по-королевски.
Это был его стиль — отдавать приказы и брать на себя ответственность за все происходящее, как будто это было его естественным правом и обязанностью.
Интересно, кого он выберет себе в жены? Нет сомнений, что, когда придет время, выбирать будет именно он. Рэй не относился к тому типу мужчин, которые позволяют женщине принимать решения за себя. Но во всех случаях, какая бы женщина ни стала невестой Рэя, она должна уметь сохранить свое «я». Он был из тех людей, которые упорно работают, азартно играют и страстно любят, и ему нужна была женщина исключительная, под стать ему самому.
Появление одного из пожарных внезапно прервало размышления Джейн. Он зашел в пристройку в огромных прорезиненных ботинках и весело обратился к Элис:
— Огонь полностью потушен, мисс Дорси. Боюсь, что сенник и сарай спасти не удалось. Пламя слишком сильно повредило их. Но мы сделали все, что могли.
— А как конюшни? — с тревогой спросила Элис.
Он успокоил ее:
— Огонь практически не коснулся их. Мы полили из брандспойтов крыши конюшен, чтобы предотвратить возможность возгорания, и на всякий случай оставляем здесь на некоторое время один из тендеров  [1]и пожарного. Он производит тщательный осмотр всех зданий, чтобы быть совершенно уверенным в том, что уничтожены все очаги пожара.
Уже светало… Утомленные, перемазанные сажей люди с удивлением увидели, что бесконечная ночь закончилась. Свет электрической лампы был уже излишним. Элис потянулась выключить ее и устало поднялась со скамьи.
— Мне нужно сходить к моим пони. Сейчас как раз время утреннего обхода.
— После этой ночи с ними будет трудно управиться, они будут шарахаться ото всех, — предостерег Рэй.
Элис обеспокоенно кивнула:
— Да, да, вы правы! Первое время они будут нервными и пугливыми. Придется оставить их пока в загоне. — Она нахмурилась. — После сегодняшнего несчастья я не могу позволить никому из учеников садиться на них, пока не буду уверена, что пони достаточно успокоились и безопасны для людей. Я переживу потерю заработка за несколько дней.
— Вы не должны полагаться на то, что это продлится всего несколько дней, — выразил свои опасения Рэй; обе женщины посмотрели на него с удивлением. — Сарай и сенник невозможно отремонтировать. Страховой агент осмотрел их. Строительство же новых означает много шума и пыли и толкотню рабочих. Все это плохо скажется на лошадях. Они будут дольше приходить в себя.
Элис тяжело вздохнула:
— Тогда все затянется не на дни, а недели. — Ее лицо помрачнело, она пожала плечами. — В таком случае, нет смысла ждать целый месяц, Рэй. Я продаю вам конюшни.
— Нет! — Джейн вскочила на ноги. — Ты не можешь вот так продать их ему! Какую бы сумму Рэй ни предложил за твои конюшни, я заплачу!
Страх пронзил ее, когда эти слова слетели с языка. Ее порыв может ей дорого стоить. Ее капитал никогда не сравнится с богатствами лорда Брутна. Он ведь миллионер, так? А сколько стоят эти конюшни? Она не имела ни малейшего представления об этом, но отступать было поздно. Джейн решительно прогнала свой страх прочь. Ее глаза метали молнии, когда она буквально набросилась на Рэя.
— Сколько бы вы ни предложили Элис, я заплачу, — повторила она. — Назовите вашу цену за то, чтобы взять назад свое предложение купить конюшни.
Элис пролепетала:
— Джейн, но ты… — Но Джейн не слышала ее слов. Она была поглощена этим своеобразным поединком с Рэем. Она должна победить. Ради Элис… или ради себя? Казалось, воздух искрился от напряжения.
— Назовите вашу цену!
Наверное, прошла целая вечность, прежде чем Рэй ответил.
— Моя цена — это…
Он сделал паузу. Едва уловимая насмешка сквозила в его глазах. Джейн хотелось крикнуть: «Ну, говори, говори же!» Ответ Рэя превзошел все ожидания.
— Моя цена — это ваша помощь в реставрации поместья, — нарочно растягивая слова, произнес он.
— Что?..
Джейн не верила своим ушам. Рэй повторил:
— Мне нужна помощь в восстановлении и обновлении комнат в доме. Женская помощь. Вы бы прекрасно справились с этой задачей.
Наглость этого человека не знала границ.
— Я предлагала деньги, а не свои услуги, — процедила Джейн сквозь зубы.
— Такова моя цена. — Это было сказано твердым голосом, и пронзительный взгляд Рэя подтверждал, что он не собирается обсуждать свои предложения. — Соглашайтесь или выбросьте эту идею из головы.