Сладкий плен

— Жена Рэя? — едва смогла переспросить она.
— Да, в Бермудах…
Смысл ответа не дошел до нее; ей стало вдруг невыносимо душно, и она поспешила на террасу.
Почему он никогда не говорил ей о жене? Они жили раздельно? Да теперь это и не важно. Как она могла быть столь наивной?
Жена Рэя… Он был негодяем, лжецом и даже хуже! В душе Джейн боролись печаль и гнев.
Как было жестоко с его стороны так поступить с ней, зная, что их отношения могут закончиться лишь болью и разочарованием, не заботясь о ее чувствах! Он заставил ее снова поверить, что она может любить, а затем убил эту любовь. Он думал, что она не узнает его тайну, которая осталась по ту сторону Атлантики.
  
Джейн не могла этого вынести. Слезы душили ее. Губы дрожали. Губы, которые совсем недавно целовал Рэй.
Нет, она не позволит себя унижать, она ответит на предательство Рэя.
Гости начали прощаться и расходиться. В холле зазвучали пожелания спокойной ночи хозяину.
«Когда все разойдутся», — сказал Рэй. Но Джейн поклялась себе, что не будет дожидаться его. Она тоже уйдет, а завтра он найдет себе кого-нибудь другого, чтобы «оседлать ветер». Она решительно двинулась следом за толпой гостей и тут же наткнулась на того, от кого так хотела убежать.
— Эй, что за спешка? — Рэй удержал ее за руку.
— Пусти меня. — Она ненавидела себя за волнение от его прикосновения.
— Ты обещала подождать меня, мы собирались поговорить, помнишь?
Как будто она могла забыть об этом.
— Нам не о чем говорить. — Джейн тяжело дышала, слова давались ей с трудом. В блестевших от слез глазах горела ненависть.
Рэй нахмурился.
— Джейн, в чем дело? Что случилось? Ты не была такой раньше.
В ответ на ее упорное молчание он привлек ее к себе, легко преодолевая ее сопротивление, и страстно прошептал:
— Джейн, я люблю тебя. Ты должна знать это. Ты чувствуешь то же самое, я же вижу. Ну что ты молчишь, что могло случиться? Ведь я так люблю тебя!
Слова, которые сделали бы ее счастливой всего час назад, теперь звучали жестокой насмешкой. Ее лицо исказилось от боли, когда она прошептала, не владея собой:
— А своей жене ты говоришь, что любишь ее?
Несмотря на загар, лицо Рэя стало серым. Она вернула ему часть боли, которую он причинил ей. Джейн горько усмехнулась:
— Ты думал, я не узнаю о ней, да? Ты забыл, что люди любят поговорить о чужой жизни. Что же до твоей любви… — она яростно вскинула голову, в ее глазах сверкнуло презрение, — прибереги ее для своей жены, если она еще нужна ей. Ты глубоко ошибаешься, если думаешь, что я стану третьей в вашем Бермудском треугольнике.
Резким жестом она высвободилась из его объятий и бросилась к лестнице. У ее подножия она встретила Кит.
— Идешь спать, Джейн?
Она обернулась, но Рэй уже ушел. Рядом была только Кит в своей коляске. Девушка остановилась возле нее и огорченно воскликнула:
— Да на тебе лица нет! Ты расстроена? Что случилось?
— Жена Рэя. — Эти слова невольно вырвались из нее.
— Ты только что узнала об этом? Я думала, ты знаешь. — Красивое лицо Кит омрачилось. — Это было ужасно, да? Они были женаты всего лишь несколько месяцев, когда это случилось. Джоана была помешана на парусном спорте. Сэм — брат Рэя — предупреждал, чтобы она не выходила в море одна. Шторм мог разыграться в одну минуту, хотя до этого светило солнце и был полнейший штиль. Но Джоана была профессиональной спортсменкой. Думаю, она считала, что справится, и ушла в открытое море. Ее не было несколько часов. Когда начался шторм, Сэм отправился на ее поиски, но все было бесполезно. Море поглотило их обоих.
— Что ты такое говоришь?!
«Сэм предпочитал парусный спорт». Теперь Джейн вспомнила, что Рэй говорил о брате в прошедшем времени, хотя тогда она не придала этому значения. Джейн была поражена.
— Джейн, с тобой все в порядке? Ты белая как полотно. Тебе что-нибудь принести?
— О, Кит, что я наделала! Что я наговорила ему! Я не знала…
Джейн со стоном опустилась на ступеньку.
— Не расстраивай себя. С этим уже все в порядке. Это было около трех лет назад. Сначала он никак не мог прийти в себя, постоянно мотался по всему свету, с головой ушел в работу. Он был просто одержим, не мог нигде обосноваться, жил только в своих гостиницах. То, что он хочет остаться в поместье, — хороший знак. — Кит улыбнулась. — Думаю, ты могла бы повлиять на его окончательное решение.
— После всего, что я ему наговорила, он не захочет остаться. Он меня никогда не простит.
Джейн залилась слезами. Всхлипывая, она поведала обо всем пораженной девушке. Кит тотчас взяла ситуацию под контроль.
— Сейчас бесполезно что-либо предпринимать. Рэй в парке, договаривается об охране автомобилей. Там много бесценных машин, и нужно исключить риск похищения. Ты не сможешь поговорить с ним наедине, даже если пойдешь туда. — Она удержала Джейн, порывавшуюся броситься за ним. — Оставь все до завтра. Ты найдешь его и все объяснишь. У вас обоих будет время успокоиться. Утро вечера мудренее.
— Если бы это было так!
— Так и есть. Вот увидишь. Ну все, иди вытри слезы, поспи немного, это тебя взбодрит.
Но хотя Джейн и успокоилась, сон не шел к ней. Глубокой ночью она сидела у окна в своей маленькой комнате, всматриваясь в темный сад. Спит ли сейчас Рэй? Или бодрствует, погруженный в свои думы, черные как эта ночь? Горюет о жене, ненавидя Джейн за то, что она заставила его страдать, разворошив прошлое, так же как ненавидела она его в Париже?
Ночной бриз ворвался в приоткрытое окно, разметав бумаги на столе. Это были ее рекомендации по реставрации комнат поместья. Джейн устало поднялась. Если она не может уснуть, надо упаковать свои вещи.
Она сможет незаметно смешаться с толпой и уйти, когда ярмарка закончится. Может, кто-нибудь из баллонистов, возвращаясь домой, подбросит ее до железнодорожной станции. Она боялась встретиться с Рэем лицом к лицу. Она содрогалась при мысли о том, что увидит ненависть и осуждение в его глазах, еще недавно смотревших на нее с такой любовью.
На следующее утро Джейн заправила в фотоаппарат новую пленку, положила в карман запасную и твердо сказала себе, что сегодня ей предстоит лишь очередное поручение. Она сделает свою работу и спокойно уедет.
Но все ее планы рухнули в один момент, когда она увидела Рэя. Завтрак был сервирован а-ля фуршет, и в холле было многолюдно. Спускаясь с лестницы, она увидела Рэя. Он стоял внизу. Ждал ли он ее, чтобы поговорить? Джейн замерла на полпути и неуверенно оперлась ослабевшей рукой на перила. Ей хотелось повернуться и убежать, но она знала, что Рэй последует за ней, и тогда…
— Джейн!
Его голос был холодным как лед. Джейн вздрогнула. Его лицо было таким же суровым и неумолимым, как и в ночь пожара, а взгляд темных глаз так же пронзителен. В глубине души она ждала, что он позовет ее. Но у нее не нашлось нужных слов, чтоб рассеять его гнев, а у него — нежных слов, чтоб рассеять ее страхи. Неожиданно появилась Элис.
— Джейн, я везде тебя ищу! Вот, возьми и надень это. — Элис протянула ей ярко-желтый свитер.
— Что это? — спросила Джейн.
— Теперь ты принадлежишь к верховому клубу Бонд-хилза. Вот видишь, здесь написано.
— Я никогда раньше не принадлежала ни к какому клубу.
Глупо вступать в клуб, который она больше никогда не посетит. Но Джейн послушно натянула свитер. Она надеялась спрятать под ним свое горе.
Но спрятаться от Рэя ей будет очень трудно.
Джейн глубоко вздохнула, как прыгун перед прыжком в воду, и отвернула воротник свитера.
— А, лорд Брутн! Рэй… Самый главный укротитель ветра!
К Рэю подлетела Эмилия Крауф. От нее так просто не отделаться! Джейн благодарно взглянула на старую матрону и поспешила смешаться с толпой в холле.
Она сумеет избегать Рэя в течение дня. Как хозяину, ему постоянно требовалось что-то делать, с кем-то разговаривать, а ее фотоаппарат позволял ей постоянно находиться в окружении людей.