Сладкий плен

Джейн хихикнула. Она не могла сдержать смеха. Рэй разъяренно посмотрел на нее:
— Ты находишь это смешным? Ты довольна, что мы не можем вернуться вовремя?
— Но ведь это не моя вина, что совершена кража. Ты можешь позвонить Крауфам и предупредить, что опоздаешь. Думаю, пока мы ждем, нам не дадут умереть с голоду. Конечно, это не званый обед…
Из полицейского буфета охрана доставила сандвичи, сыр и по чашке крепкого чая. Конечно, эта скромная трапеза мало походила на обед, который ждал Рэя у Крауфов.
  
— Попробуй. Они, по крайней мере, свежие.
Когда Рэй покачал головой, Джейн взорвалась:
— О, не будь таким занудой! Нет смысла в голодовке. Пройдет целая вечность, пока они найдут мистера Тэнели.
— А ты злорадствуешь по этому поводу?!
— Я не злорадствую. Я лишь подчиняюсь неминуемому.
В конце концов голод заставил Рэя сделать то же самое.
Антиквар как сквозь землю провалился, и все попытки местной полиции отыскать его не увенчались успехом. С наступлением темноты поиски были прекращены. Однако Рэю заявили, что он должен оставаться в участке, пока не установят его личность.
— Поиски вашего мистера Тэнели продолжатся утром, — сказал дежурный по участку тоном, не терпящим возражений. — А пока располагайтесь с удобствами.
Джейн ухмыльнулась:
— Ночь в камере — это что-то новенькое!
Несколькими минутами позже их разместили в соседних комнатах, мало отличающихся от настоящих тюремных камер.
— Ты находишь это удобным?
— Может, комната не соответствует стандартам твоих отелей, но мне приходилось видеть и кое-что похуже.
Джейн крепко спала всю ночь и проснулась рано утром бодрая и свежая. Выяснилось, что мистера Тэнели нашли, и он подтвердил все сказанное Рэем. Теперь они были свободны. Не хотят ли они позавтракать перед отъездом?
— Нет, спасибо, — ответил Рэй за обоих. — Нам нужно ехать, мы и так задержались.
— Все сердишься?
Рэй положил вызвавшие столько споров картины обратно в «ренджровер» и включил зажигание.
— Смотри на вещи проще! Теперь ты сможешь рассказывать на обедах, как тебя приняли за матерого преступника. Не каждый может этим похвастаться. И ты обязательно получишь еще одно приглашение от Лолиты Крауф, если тебя это так волнует.
Джейн имела мрачную уверенность в том, что так оно и есть, но, к ее удивлению, в Рэе не осталось и следа прежней ярости:
— Перестань твердить об этом, — сказал он и с чувством добавил: — Мы поедим по дороге. Я не могу больше видеть сыр и бутерброды.
Они остановились, чтобы перекусить в маленьком мотеле. Рэю не терпелось ехать дальше.
— После вчерашнего я буду рад поскорее повесить картины на место.
Когда они наконец добрались до Бонд-хилза, он, однако, настоял на том, чтобы заехать к Крауфам.
— Я позвонил им вчера и объяснил все, но они вправе рассчитывать на мои личные извинения.
Они свернули с дороги к внушительному дому с двумя фасадами на окраине поселка.
— Я подожду тебя в машине. Присмотрю за картинами, если тебя долго не будет.
Его взгляд был похож на рентгеновские лучи.
— Во дворе Крауфов картины в безопасности. Какова твоя истинная причина?
Джейн покраснела и неохотно призналась:
— Если ты хочешь знать, я не могу предстать перед Эмилией Крауф в таком виде. Я чувствую себя плохо в этой одежде после двух дней и ночи.
— Я тоже изрядно помят, и давай не будем придавать этому слишком большое значение!
Дверь открыла сама миссис Крауф.
— Дорогой мой, что за ужасный случай. Вы уверены, что с вами все в порядке? — Она опять не замечала Джейн.
— Мы оба в порядке, — ответил Рэй, делая ударение на «оба».
Джейн благодарно взглянула на него, но ее сердце болезненно сжалось, когда она услышала:
— Лолита была так расстроена, когда вы позвонили. Она… А, вот и моя дочь.
— Привет! Я слышала шум мотора и подумала, что это вы.
Лолита стремительно ворвалась на веранду, и, увидев ее, Джейн тут же почувствовала себя лучше. Лолита была одета в потрепанные джинсы и тенниску, золотистые волосы коротко подстрижены.
— Лолита, дорогая! Пожалуйста, сначала пойди и приведи себя в порядок! Вы должны извинить мою дочь. — Миссис Крауф была явно смущена поведением дочери.
— Я знаю, что выгляжу как бродяга, мама, но я возилась с собаками.
— Я приехал извиниться за прошлый вечер. — Рэй поспешил сгладить напряжение между матерью и дочкой.
Девушка обернулась к нему. У нее был заразительный, звонкий, как серебряный колокольчик, смех, зажигавший огоньки в голубых глазах. Джейн опять почувствовала уныние.
— Вы пропустили великолепное угощение. Мамина стряпня должна превзойти все, чем вас кормили в тюрьме. Вам дали овсянку? — хихикнула она.
— Лолита, дорогая, в самом деле…
— Ужасный сыр, соленые сандвичи и чашка такого крепкого чая, который только пьют в аду страшные грешники, — уточнил меню Рэй.
Девушка состроила в ответ гримасу:
— Ничего себе! Ну а теперь пойдемте в сад смотреть моих собачек!
Она взяла Рэя под руку и повела в сад, оставив мать стоять в растерянности, и, когда они отошли на порядочное расстояние, доверительно сообщила:
— Не обращайте внимания на маму. Она милая, хотя и старомодная. Она просто из другого века. И, сказать честно, она все еще возражает против Тоби.
— Тоби — это собака?
Звонкий смех был ответом на его догадку.
— Собака — Пэтси. А Тоби — это мой друг. Ну, он больше чем друг. Я думаю, у нас то, что называется стабильными отношениями. — Она вновь обнажила в улыбке белые зубы. — Мы оба только что закончили колледж и будем целый год практиковаться в медицинском центре за границей. Потом Тоби поступит в лондонский госпиталь, а я начну преподавать. Тогда мы и поженимся. Родители еще не могут привыкнуть к нашей помолвке.
Джейн снова воспряла духом. Да что с ней происходит? Ее бросает то в жар, то в холод.
— Я не сомневаюсь, что мама будет настаивать на белом подвенечном платье со всякими там рюшечками и оборками. Все это ужасно скучно, но она будет стоять на своем. Я и так разочаровала своих родителей.
— Да?!
— Я не разделяю их увлечений балами, охотой, стрельбой, рыбалкой. Я абсолютно против этого. Более того, мои родители хотели бы выгодно выдать меня замуж. — Девушка весело взглянула на Рэя. — Я полагаю, самый выгодный жених в Бонд-хилзе — это вы?
Рэй улыбнулся.
— Вы должны обязательно прийти к нам в гости с Тоби, перед тем как уедете.
— С удовольствием. Мы уезжаем через несколько недель. И пожалуйста, зовите меня Ло. Меня все так зовут, кроме родителей. Сюда, собачки!
Она хлопнула в ладоши.
— Берегитесь моего войска. Хотя они крошечные, но вместе могут сбить вас с ног.
Полдюжины маленьких терьерчиков с визгом бросилось им под ноги.
— О, разве они не прелестны?
Не заботясь об одежде, Джейн опустилась на колени прямо посреди копошащейся кучи, и один лохматый комочек тут же прыгнул к ней на руки.
— Все они, кроме одного, уже обещаны в хорошие дома, но никого еще не выбирали. Так что можете взять любого.
Так вот о чем Рэй и Ло договаривались по телефону! О щенке, а не о ярмарке. Джейн была на вершине счастья, когда Рэй спросил ее:
— Ну, Джейн, какой тебе больше нравится?
— Все! Но этот, с коричневым ухом, самый лучший.
Она протянула щенку руки, и он безо всяких колебаний бросился к ней.
— Он выбрал вас, — улыбнулась Ло, и Джейн немного печально ответила:
— Он не мой. Рэй его хозяин. Его он должен выбирать.
— Он уже выбрал свою хозяйку, — твердо сказал Рэй, когда они снова оказались в машине. Джейн удивленно и недоверчиво взглянула на него.
— Он мой? О, Рэй! Ты слышал, что я сказала Астрид, и запомнил!
— Вот почему я так спешил вчера. Ло сказала, что у нее шесть щенков, и я хотел, чтобы ты выбрала сама.
— А я думала… — Нет, она не могла в этом признаться. — Мне нравится Ло. Я этого не ожидала.