Тень машины войны (ЛП)

— Правда, со мной всё хорошо, — она мило улыбнулась ему. — Идите. Вам столько нужно обсудить.
— Следуй за мной, — голос Оливера приобрёл суровые интонации, как только мы проскользнули обратно в коридор, незамеченные толпой у дверей оранжереи.
И вновь Оливер отвёл меня в свой внушительный кабинет. Только в этот раз на его столе были разбросаны какие-то бумажки. На углу стола у окна маленький механический пингвин прихорашивал пёрышки рядом с плюшевой лисой. У несчастного животного на одном глазу была повязка как у пирата.
Оливер скрестил руки на груди и прислонился бедром к столу.
— Ты же знаешь, что я собираюсь сказать, верно?
— Что я должна старательнее оберегать свою репутацию, — я склонила голову, но не в знак покорности, а потому что ощущала на себе груз собственных мыслей.
— Ты хочешь выйти замуж за Дэвида? Поэтому ты была так беспечна? — спросил Оливер, протянув руку и приподняв мой подбородок. — Я думал, ты хочешь закончить Академию.
— Так и есть! — я сделала шаг назад, но посмотрела Оливеру в глаза. — Я думала, что с друзьями моей репутации ничего не грозит.
— Твоя репутация никогда не в безопасности с каким-либо мужчиной. Если что-то случится, вина всегда ляжет на тебя, — предостерёг он.
— Это нечестно, — я могла никогда не обрести свободу. Ни одна женщина не могла быть поистине свободна в таком мире.
— Нет, нечестно, — Оливер положил руку мне на плечо. — Но до тех пор, пока мир не изменится, тебе выпала именно такая доля. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить тебя.
Я посмотрела на свои руки, не чувствуя себя смягчившейся. Мир не мог измениться достаточно быстро.
— Спасибо, Оливер.
Он душевно похлопал меня по плечу.
— Когда твой дедушка вернётся, надеюсь, я сумею сказать, что сделал для тебя всё возможное.
И это возвращало нас к другому насущному вопросу.
— Вы нашли мужчину в заводной маске? — спросила я. — Пожалуйста, скажи, что его поймали.
— К сожалению, ему вновь удалось ускользнуть от нас, — лицо Оливера сделалось мрачным. — Однако я поспрашивал в доках. Он регулярно путешествовал между Лондоном и портом Гавра, и даже поднимался вверх по реке до самого Руана. Я послал своих людей за расспросами в Руан, но французы склонны держать язык за зубами и не так охотно ведутся на суммы, которые я предложил за информацию.
Я села на изящное бархатное кресло возле огромного глобуса, чувствуя себя так, будто всё ещё тону.
— То есть, он во Франции, — я задавалась вопросом, не значит ли это, что мой дед тоже там, так близко.
Оливер склонил голову набок.
— След обрывается в Руане, хотя логично будет рассматривать и Париж, учитывая его связь с Сеной.
Я кивнула. Мои руки слегка дрожали. Я аккуратно сложила их на коленях, заставляя замереть.
— А у семьи Хэддоков есть какая-то связь с Парижем?
Бомба, которую мужчина заложил в магазине прошлым летом, породила метку мужчины по имени Ричард Хэддок. Тут должна быть какая-то связь. За время в Академии я узнала о Хэддоке все, что только могла. Орден присвоил ему Чёрную Метку, и тот заплатил своей жизнью.
У Хэддока имелись очевидные причины для вендетты против моей семьи из-за нашей роли в его падении, и он стоял во главе моего списка подозреваемых. Существовала лишь одна проблема. По всем данным он был совершенно точно мёртв, и у него не осталось наследников, которые могли бы мстить.
Оливер перекатывал небольшую шестерёнку по тыльной стороне своих пальцев.
— Единственная связь Хэддока с Францией — это его могила.
Этого недостаточно. Не существовало конкретной отправной точки или пути, по которому можно было бы последовать.
— Боюсь, этого недостаточно, чтобы что-то предпринять, — пробормотала я.
Шестеренка замедлила своё движение. Оливер нахмурил лоб, перекатывая шестерёнку туда-сюда едва уловимыми движениями пальцев.
— Что такое? — спросила я. Мне нужно было знать, что он утаивает.
Следующие слова он выбирал осторожно.
— Похоже, наше время также на исходе.
— Что ты хочешь сказать? — я подалась вперёд, отстранившись от плюшевой мягкости кресла.
 
— «Медуза» должна отчалить в Новый Орлеан под Новый Год, — сказал он. — И теперь он знает, что мы за ним наблюдаем.
До Нового Года осталось несколько недель. Если «Медуза» пересечёт Атлантику, то единственная моя зацепка оборвётся. Боже мой. Я отчаянно хотела помочь моему дедушке, но теперь в моём распоряжении мало времени и ещё меньше ресурсов.
Если мужчина в маске выскользнет из наших рук, мне придётся ждать очередного покушения на мою жизнь, и только потом я, возможно, сумею найти его след вновь. Особенно если он узнал, что Оливер взятками покупает информацию о корабле. Попытки Оливера в шпионаже недолго останутся тайной, зная длинные языки рабочих в доке.
Я отказывалась жить как запуганный кролик в охотничьем заповеднике, гадающий, отказался ли от охоты ястреб, наконец-то присевший на дерево неподалёку. Этот мужчина уже убил моих родителей, едва не убил меня, а также бессердечно одурманил меня и запер в сундуке. Он доказал, что может вломиться в мой дом. Что, если его следующая атака угодит в яблочко?
Даже с такой ужасающей мыслью я не хотела гоняться за убийцей, но и не могла бросить моего деда жертвой безжалостных махинаций этого негодяя.
Оливер положил шестерёнку на стол.
— Мег, я не хочу, чтобы ты гонялась за безумцем.
— Тогда что я должна делать? Мне нужно ждать нападения, которое наконец-то меня убьёт? Может, мне просто стоит передать ему дедушкин ключ при нашей следующей встрече? Повяжу на него миленький бантик. Может, тогда он хотя бы пощадит мои окна, — я тяжело выдохнула. — Никому в Ордене, кроме тебя, нет дела до судьбы моего деда. Он был следующим кандидатом на руководство Орденом, и пока он числится пропавшим, перспективы всех остальных выглядят более заманчивыми.
— Это неправда, — сказал Оливер, но оправдывающиеся нотки в его голосе говорили об обратном. — В Ордене нет ни единого члена, который захотел бы навредить Генри, чтобы улучшить своё положение.
Я приподняла одну бровь, но ничего не сказала. В конце концов, лорд Стромптон убил нескольких членов Ордена, чтобы улучшить положение его семьи и скрыл свой злобный замысел, подставив другого. Это обстоятельство сыграло в пользу Оливера, когда он женился на дочери Стромптона.
Оливер поднял ладонь.
— Даже не произноси это вслух.
Видимо, он вполне ясно меня понимал.
— Ты знаешь, что я не стала бы говорить об этом.
Он тяжело выдохнул и прислонился к своему столу, затем скрестил руки на груди.
— Что ты хочешь делать со всем этим?
— Ты мне поможешь? Мужчина в маске не заподозрит, что ты последовал за ним в Париж, — мои карты были выложены на стол. В прошлом году мы с Оливером потребовали этого друг от друга. По противоречивым чувствам, отразившимся на его лице, я поняла, что эта просьба уже переступила все границы.
— Мне нужно находиться в Лондоне, пока ситуация не... успокоится, — выпрямившись, он одёрнул свой изящно пошитый жилет. — Прости.
— Не извиняйся. Это не твоё сражение.
— Ну, тебе тоже не стоит отправляться в путешествие, — парировал Оливер. — И я говорю это не только потому, что не хочу, чтобы ты в одиночку столкнулась с убийцей. На следующем Собрании Ордена в канун Нового Года все будут приносить клятвы. Это обязательно, съедутся члены со всего мира. Если ты не вернёшься вовремя, чтобы принести клятву, твоё место ученицы будет потеряно. Ты больше никогда не вступишь в Орден.
— Я в курсе этой ситуации, — я посмотрела на мозоль у основания моей ладони.
 
— Тебе необязательно читать мне нотации.
Всё желание спорить ушло из него, и Оливер провёл рукой по своим непокорным волосам, как часто делал, когда оказывался загнанным в тупик.
— Слушай. Я напишу своему другу Гюставу и пошлю это через срочные каналы Ордена. Он сейчас в Париже. Возможно, он поможет разузнать побольше об этой тайне.