Архимаг с пеленок. Том 3 (СИ)

Генералу начали рассказывать о том, что тут за тренажёры, как и кто на чём занимается — а дети тут же показывали всё в действии.
И Настя уже свято уверилась, что всё проходит безупречно — Дашков ожил на глазах, интересовался каждым устройством, восхищался тем, как ловко некоторые ребята (Конечно же и её любимый Костя тоже!) порят в кинетическом бассейне…
Когда урок уже подходил к концу, а ребята сделали очередной игровой перерыв на догонялки (нарезали круги вокруг своего преподавателя — это у них традиционная забава), а Костя Осинский просто сел, полуприкрыв глаза, и о чём-то задумался, к генералу подошёл немец.
  
Тихо так, буднично. Да никто уже и не помнил, что он не покинул класс, а всё это время оставался тут. Сам Дашков в это время как раз приблизился к Косте.
— Мальчик, а мальчик! — глухо позвал Осинского Дашков. — А ты чего со всеми не играешь? Тебя обижают? Ты скажи, мои сынки всех тут… э-эх!
Костя открыл глаза и непонимающе уставился на Дашкова. Словно удивлялся, что тот всё ещё здесь…
А затем вдруг вскочил с места — легко, быстро, как пружина. И бросился к ногам генерала!
— Осторожно!!! — крикнул малыш.
И именно в этот момент Настя поняла, что к генералу подошёл и немец. Подошёл сзади, без малейшего шума. И тоже бросился — а воздух аж вскипел от убийственных намерений, которые фон Рихтер перестал скрывать.
  
Глава 21
 
Отдать все силы
 
Я почувствовал Скверну ещё до того, как в уши ударила напряжённая музыка боя. До того, как наш учитель Этикета раскрыл свою убийственную ауру!
Внимание. Резкое повышение концентрации враждебной силы в эфире. Нахождение здесь смертельно опасно!
Было ли у меня время подумать? Ха! Тень бледного мужчины в костюме уже летела к генеральской спине!
И я поступил так, как стоит поступать, почуяв поблизости мразь.
Резко, одним толчком, я вскочил на ноги — в этом скачке, наверное, слились все годы, что я совершенствовал своё маленькое тело. От Разумного Усилия в колыбельке до регулярных занятий до седьмого пота на физкультуре.
— Осторожно!!! — крикнул я, и тут же сам бросился к мощным ногам генерала.
Я бы не успел закрыть его собой при всём желании. А и успел бы — ну насадили бы на клинок меня, а не его. Толку-то?
А вот то, что я не успею схватить генерала за ногу и телепортировать подальше, я понял, уже почти падая на него! Так что сначала его надо защитить!
Желательно так, чтобы потом суметь и портировать.
Ваше желание исполнится. Сотворяю Иллюзию Обмана.
Есть! Если бы убийца оказался убогим профаном, эти чары на него бы не подействовали — он бы просто по инерции продолжил заготовленный удар.
Но мой рассчёт как обычно верен — устранить целого боевого генерала и местного Архимага не послали бы криворукого дебила.
И всё сработало как надо! Фон Рихтер узрел иллюзию — безупречную иллюзию того, что его обманули. Генерал вдруг исчез перед ним, вспышкой появился где-то сбоку…
Туда-то и обернулся враг, промедлив с атакой на Дашкова какое-то мгновение.
Мне хватило и его!
Я уже почувствовал, как раскаляется воздух, как нагревает эфир пробудившаяся генеральская аура, но всё ещё видел — медленно. Уже слишком медленно, немец рассеял мою иллюзию за секунду.
За секунду, за которую я с разбега влетел в ноги Дашкова, схватил его — и вложил всю свою собственную ману, а заодно и ману родительского амулета, в телепортацию.
Никаких обращений к Заклинанию! Оно пригодится, если придётся-таки ещё и своих защищать. Не зря же я все эти годы прокачивал Источник и каналы⁈
Нет, не зря! Нас с Дашковым окутала вспышка. Тот, явно не ожидавший такого от ребёнка, сосредоточившийся на убийце, не сопротивлялся.
И я сумел портироваться прямым скачком! Наконец-то не провалом через предмет, а прямым разрывом пространства!
Взрыв! — и мы с генералом обрушиваемся на один из тренажёров, тут же разнося вдребезги его чародейский механизм. Теперь аура генерала без шуток может кого-нибудь убить!
Надеюсь, в пылу боя этот дементный дед не начнёт с меня!
Не начал. Когда я ещё одним пружинистым прыжком вскочил на ноги, судорожно проверяя целостность каналов в теле, Дашков уже обратил свой пылающий взор на фон Рихтера, ошалело застывшего в трёх метрах от нас!
Ха! Я ещё и три метра сразу смог преодолеть! Скоро точно в столовку смогу портироваться, хе-хе.
— Легит агг-Сот Заган-сар…
Закончить свой речитатив несостоявшийся убийца не успел. Шипящие злые слова, льющиеся изо рта немца, мгновенно потонули в рёве пламени.
Воздух перед генералом просто вспыхнул, обратился в слепящую плазму, испарил кусок пола — и тонким, но чудовищно концентрированным визжащим лучом устремился к фон Рихтеру.
Но тот не сдох… сразу. Его голос лишь дрогнул, волосы на голове вспыхнули, а щёгольский фрак вплавился в тело — но какая-то сила защитила его!
И в рёве и свисте плазмы мы услышали:
— … сар-Семмар удду вайол Зорианн-ша!
Последнее слово немец выкрикнул с такой нежностью, с таких придыханием, что стало ясно — всё затевалось ради одного этого слова. Что генерал не успел прервать его речь…
— Безумец! — ахнул Дашков своим глухим тяжёлым басом. И, кажется, утроил нажим!
— Закройте глаза и ложитесь!!! — только и успел выкрикнуть я своим, а затем сам зажмурился и приготовился активировать все массовые щиты, какие сумею.
Обошлось. Усилив напор, генерал просто смял щит учителя. Воздух наполнился истошным криком боли, мгновенно оборвавшимся…
А затем возникшим вновь! Но уже совсем иным голосом.
— … ИДИОТ!!! КУДА ТЫ ПРИЗВАЛ МЕНЯ, СМЕРТНАЯ ЛИЧИНКА НАВОЗНОГО ЖУКА!!!
Не удержав любопытство, я распахнул глаза. Воздух ещё догорал, но ослепляющий плазменный луч уже исчез. Так что я смог воочию наблюдать плачевные результаты бойни.
Спортивный зал нашей группы наполовину разрушен. Даже часть внешней стены выжгло плазмой, и теперь ласковое солнце заглядывает в дыру, словно спрашивая: «Как вы там, в порядке, в целом»?
Магический фон перегружен — это я ощутил даже без особых дарований. Тренажёры искрятся, в воздухе стоит тяжёлый запах озона и кислоты, явный признак повреждения эфира.
Порадовали ребята. Они все как один лежали, вжавшись в пол и крепко зажмурившись. Всё-таки не зря я больше года нарабатывал авторитет среди всей этой малышни — даже Зазнайка последовал приказу.
Ну или просто испугался и упал. Будем считать, что первое.
А посреди всей этой жуткой вакханалии — располовиненное тело, сожжённое до угольной черноты… И что-то ещё.
Будто чёрный бесформенный дым вытекал из трупа фон Рихтера вместо вскипевшей в нём крови. Густой, жирный, он стелился по полу, тщетно пытаясь соединить разлетевшиеся куски спёкшейся плоти.
А генерал уже вскинул старческую, но ещё могучую, ладонь для нового удара.
— Демоны! — глухо пробасил он. Даже прорычал, как матёрый хищник. Ни следа не осталось от расслабленного и разбитого старостью деда, видевшегося нам пять минут назад. — Почему ничто дурное не обходится без вас⁈
Дашков не спешил атаковать. Краем уха я услышал в его ауре бег мыслей — словно страницы тяжёлой старой книги перелистывал он в поисках ответа на вопрос:
Что же за тварь перед ним?
Это же интересует и меня. Аура, как у всех демонов, воняет кровью и смертью, горячим железом и тлением. Так пахнет Скверна. Но вот на слух…
Бульк. Бульк. Буль-бульк. Дзинь. И тут меня осенило!
Это же что-то вроде котла! Сдавленное бульканье, дребезжание крышки, которая периодически подскакивает, но ещё сдерживает бушующую стихию.
А ещё я вдруг понял, что от твари разит маной. Тем самым удушливым запахом озона и электричества, едва не перекрывающим даже вонь Скверны.
Ох, что-то мне это не нравится.
— Убейте его быстрее, генерал! — крикнул я, сам перебирая в памяти заклинания. Атаковать, или защититься? Атаковать, или защититься?