Нужно кого-то СРОЧНО убить (СИ)
— Ты со мной никогда не расплатишься. — Зиг сощурился сквозь окуляры. — Ладно, дуй, ищи свою Стальную Стерву. Сделаю, что смогу. Псих.
И он принялся спешно шарить по карманам трупов под нарастающий гул бура. Ещё одно торможение. И камера, в которой мы находились, начала медленно менять своё положение — машина снова приходила в вертикальное положение. Тела закувыркались вниз, размазанные по стенке мозги самоубийцы шлёпнулись на пол вслед за ним. И, вскоре после того, как лестницы снова приняли вертикальное положение, начали открываться двери-сходни.
Высунувшись над лестницей, я осторожно выглянул наружу.
Слабо освещённый ангар был наполнен точно такими же бурами, насколько хватало взгляда. И из других машин один за другим начали выходить потрёпанные участники нападения, избежавшие смерти. Хотя, в некоторых подземных транспортёрах, как и в нашем, живых не осталось — и чёрные проёмы над сходнями так и оставались пустыми.
Пространство ангара наполнилось топотом сапог и негромкими переговорами.
— Повезло с местом. Неплохо награбили... А этих, похоже, в самую мясорубку закинуло. — Проходивший мимо моего бура солдат поделился мыслью с напарником, указав рукой почти на меня. — А, не... Вон, вроде живой даже... Э, брат! Вылазь, приехали! Ты там один что ли?
Я невольно оглянулся вниз на трупы и Зига. Который пока не придумал ничего лучше, чем сложить себе из них некое подобие бруствера. И, укрывшись за вражескими телами, вроде бы, принялся вскрывать заветные призовые ящики.
— Это была настоящая бойня, парни... — Процесс вливания в толпу активирован. — Со всех сторон... Из-за укрытий. Чудом ушёл...
— Погоди... А чё у тебя с ником? — Франшист сощурился и толкнул приятеля. — Это у меня какой-то глюк или ты тоже не видишь?
— Да это у меня чего-то глючит с утра. — Я расслабленно махнул рукой и попытался вылезти наружу. Никакая невидимая стена не сдержала мой выходи на этот раз. — Никто вообще разобрать не может. Или не видно ничего, или иерогифы какие-то...
— Ты с какой роты-то?
— Пятая. Которая в 3-Б. — Выбравшись наружу, я поправил плохо сидевшую шинель. — Вам не туда?
— О, элита! А по виду не скажешь... Ну может потому ты и уцелел. — Второй солдат пожал плечами и перестал присматриваться к моему лицу. — Не, мы из четвёртой. 3-А.
— Ну всё равно рядом. — Я сделал попытку угадать. И, судя по лёгкому кивку моих собеседников не ошибся. Может это всё та же удача срабатывает? Надеюсь, она мне и дальше подкинет пару «орлов». — Давайте, я за вами.
Сделав вид, что мне нужно поправить застёжку на сапоге, я замешкался до тех пор, пока не стало очевидно, в какой из многочисленных выходов ангара направляется эта парочка. Должно быть, западный блок там. И только тогда я двинулся следом за ними.
— Тебя как зовут-то, герой?
— Зиг. — Я сказал первое пришедшее в голову имя. Постоянно оглядываясь на свой бур, я пока не видел, чтобы кто-то туда лез к моему напарнику.
— Стальную Стерву знаешь?
— Кто ж её не знает... — Вспомнил я слова самоубийцы и сделал попытку выведать нужную мне информацию, продолжая оглядываться на буры. — Что-то её не видно...
— Дык она ж на губе! — Один из моих спутников обернулся и с подозрением сощурился сквозь маску. — Ты давно вообще в пятой?
— Ну не особо... Но, во всяком случае я её ещё несколько часов назад видел вместе со всеми в окопах. Правда, её там какой-то читер чуть не замочил. Застрелиться еле успела.
— Ага — Второй боец несколько раз кивнул. — И потом комроты тут обматерила. Чё-то ценное потеряла всё-таки, разозлилась как...
— Как Стальная Стерва! — Перебил его первый спутник и заржал. — Похоже на неё!
Да. На неудачи Лена всегда реагировала остро, хотя и довольно быстро отходила. Но прежде всегда стремилась как можно скорее отомстить обидчику. И если ей это не удавалось, то она вымещала злобу на ближайшем подвернувшемся несчастном. Чаще всего им был я. И в такие моменты она была особенно прекрасна. Раскрасневшись от ярости, она отчаянно ругалась и стучала меня кулачками в грудь, пока не утопала в моих объятьях. Подёргавшись и поворчав для вида, она, как правило, не выдерживала и вскоре, неловко всхрюкнув, заливалась звонким смехом вместе со мной.
— А на какой именно гаупвахте её держат? — Я предпринял очередной бросок монетки.
— На той же, где и всех остальных, в 3-В. — Бойцы снова оглянулись на меня, но на этот раз без подозрений, а с иронией. — Или ты думал, что для вас отдельная есть, элитная? С мягкими шконками и позолоченными парашами? Не, брат. Если косякнул — то всех в один мешок кидают. Чё ни разу не был, что ли?
— Везёт, наверное... — Я не столько ответил на его вопрос, сколько констатировал продвижение по задуманному пути.
Шагая следом за своими собеседниками, я постоянно озирался вокруг, пытаясь запомнить обратный путь и разглядеть в полутьме какие-нибудь надписи и ориентиры. К счастью, Система, очевидно, не особо заморачивалась с архитектурой служебных пространств. Как и во многих играх, условный «город», в который игрок возвращался для того, чтобы подлечиться, скинуть трофеи и подготовиться к очередному приключению, обычно представлял собой пару локаций с распределёнными по периметру неигровыми персонажами, отвечавшими за сбыт награбленного, лечение и выдачу заданий и призов.
Вот и здесь от прямого коридора, по которому мы шли вместе с остальными выжившими участниками рейда, то и дело отходили в сторону ровные ответвления, с указателями, написанными на стенах трафаретным шрифтом. В них сворачивали некоторые из тех, что шли из ангара по этому коридору вместе с нами. «1-А» и «1-Б» гласили указатели на первом перекрёстке. «2-А» и «2-Б» — на втором. А третья развилка имела три указателя: «3-А» и «3-Б» слева и справа. И прямо вела стрелка с надписью «3-В».
— Ну давай, покедова, Зиг. — Бойцы в светлых шинелях махнули руками и свернули в сторону своего блока.
Я же, в свою очередь, продолжил движение прямо, гадая, что представляет собой местная гауптвахта. Суд по тому, что под неё отведён целый блок, с дисциплиной у франшистов не очень. Наверное, ещё одна побочка этой их либеральной идеологии.
— Ты куда... имя пользователя? Заблудился? Или посидеть захотел? — Сразу после входной двери, которой кончался короткий коридор, меня встретил дежурный. Закинув ноги на стол, он со скучающим видом сидел на хлипком стуле чуть левее входа. Форма, каска — всё как у остальных бойцов. Только на рукаве белая повязка. Судя по его обращению — это не живой человек. А один из болванчиков этой самой Системы.
По обе стороны от него отходил в стороны ряд решёток. За некоторыми из которых находились такие же простые солдаты — или сидя на полу, или лёжа на дощатых нарах.
— У меня приказ... Сопроводить Венди Тестабургер к командиру пятой роты... Э-э-э... Для воспитательной беседы.
Солдат лениво зевнул и протянул руку:
— Бланк?
— Чего?
— Бланк приказа.
— Э-э-э... Ну, вообще-то мне его устно отдали. Не знаю ни о каком бланке.
— Без письменного приказа с гаупвахты не отпускают, имя пользователя. Так и скажи своему командиру. Или пусть сам сюда приходит, или пусть заполнит бланк.
Пока я лихорадочно обдумывал варианты дальнейших действий, дежурный снова сложил руки на животе и продолжил смотреть на меня с немым укором. И через несколько секунд тишины опять переспросил с точно такой же интонацией, как и в первый раз:
— Ты куда, имя пользователя? Заблудился? Или посидеть захотел?
Ладно, времени нет... В конце концов, это же не человек... А всего лишь бессмысленный гомункул. Хотя, выглядит, как живой.
— Смотри, там имперцы! — Я вытянул руку и указал ему за спину. А другую завёл за спину...
— Чего-о? — Он опёрся на спинку стула локтем и неловко обернулся. И тут же рефлекторно схватился за перерезанное горло, забулькав какие-то возмущённые проклятья. Порез оказался гораздо менее глубоким, чем я рассчитывал.
— Имя... Бла-а-к-х... Пользов... кх-а-а... — Капая на стол своей ярко-алой кровью, он спустил ноги на пол и потянулся одной рукой к кобуре на поясе. Те, кто сидел за ближайшими решётками, обернулись на шум и озадаченно уставились на развернувшуюся сцену у входа в помещение гаупвахты.